Анна всегда считала себя независимой. Двадцать шесть лет, красивое лицо, острый язык и гордость, которая не раз подводила её. Она работала старшим администратором в дорогом ресторане и привыкла держать всё под контролем.
Всё изменилось в один вечер.
В зале был важный гость — Владлен Сергеевич, сорок восемь лет, владелец нескольких компаний и человек, которого боялись даже владельцы ресторана. Анна лично обслуживала его столик. Когда она ставила бокал с дорогим вином, её рука дрогнула. Тёмно-красная жидкость разлилась по белоснежной рубашке и брюкам гостя.
В зале повисла тишина.
— Простите… я сейчас всё уберу, — быстро проговорила Анна, хватаясь за салфетки.
Владлен Сергеевич медленно поднял на неё тяжёлый взгляд. Он не кричал. Просто смотрел. От этого взгляда у неё по спине пробежал холодок.
Вечер закончился тем, что владелец ресторана извинился, а Анну вызвали в служебное помещение. Ей сказали, что ущерб — больше двухсот тысяч рублей. Рубашка, часы и репутация.
— У меня нет таких денег… — тихо сказала она, глядя в пол.
На следующий день ей пришло сообщение:
«Завтра в 19:00. Адрес пришлю. Если не придёшь — передам дело юристам.»
Анна пришла. Квартира на последнем этаже в центре города. Дорогая, холодная, минималистичная.
Владлен Сергеевич открыл дверь в чёрной рубашке и брюках. Без улыбки.
— Разувайся. И проходи на кухню.
Она послушалась. Сердце колотилось.
На кухонном острове стояла бутылка вина и два бокала. Он налил только себе.
— Ты понимаешь, в каком положении оказалась? — спокойно спросил он, делая глоток.
— Да… я заплачу. Частями. Я могу…
— Нет, — перебил он. — Ты будешь платить так, как я скажу.
Он поставил бокал и посмотрел на неё сверху вниз.
— С сегодняшнего дня ты будешь делать всё, что я прикажу. Без вопросов. Без капризов. Взамен я забуду про деньги. Но если хоть раз откажешься — долг вернётся с процентами.
Анна почувствовала, как горят щёки.
— Вы серьёзно?
— Абсолютно. Сейчас ты встанешь на колени и скажешь: «Я принимаю ваши условия, Владлен Сергеевич».
Она стояла и молчала почти минуту. Он просто ждал, не торопя. Тишина давила сильнее любых слов.
Наконец Анна медленно опустилась на холодный пол. Колени коснулись плитки.
— Я… принимаю ваши условия, Владлен Сергеевич.
Он едва заметно улыбнулся.
— Хорошо. Теперь сними блузку. Не полностью. Просто расстегни и раздвинь полы. Хочу видеть, как ты краснеешь.
Руки Анны дрожали, когда она расстёгивала пуговицы. Белый кружевной бюстгальтер открылся его взгляду. Она стояла на коленях, держа блузку раскрытой.
Владлен подошёл ближе, взял её за подбородок и заставил поднять голову.
— Смотри мне в глаза. Скажи: «Я теперь ваша должница и буду вести себя как положено».
— Я теперь ваша должница… и буду вести себя как положено… — голос предательски дрогнул.
Он провёл большим пальцем по её нижней губе.
— Видишь? Уже лучше. Гордости поубавилось. Завтра вечером приедешь сюда снова. В чёрном платье, без трусиков. И будешь звать меня «Господин». Поняла?
— Да…
— «Да, Господин».
Анна сглотнула.
— Да, Господин.
Он отпустил её подбородок и вернулся к вину.
— Можешь идти. И не вздумай прикасаться к себе сегодня. Я узнаю, если нарушишь.
Анна поднялась, дрожа. Застегнула блузку и пошла к двери. Уже на выходе услышала его спокойный голос:
— И да, Анна… это только начало.