Дознаватель на отдыхе

Алара

Мрачные тени, рожденные трепещущим пламенем единственной свечи, танцевали причудливый танец по стенам. Я чувствовала плавные движения шершавых и потных ладоней по телу, слышала прерывистое дыхание возле уха, которое доносилось как будто издалека. Сознание заволокло туманом, из-за которого я не понимала ни где я, ни что происходит со мной…

Я резко села в постели. Отголоски сна пульсировали в висках, по телу бегали противные ледяные мурашки. Взгляд метнулся к окну, где первые лучи рассвета робко окрашивали небо. Я погладила себя по плечам, чтобы прогнать остатки ночного кошмара. Наконец придя в себя, я поняла, что нахожусь в своей комнате. Я думала, что забыла прошлое и смогла сбежать от него, но оно решило напомнить о себе спустя долгое время.

Осознав, что больше не усну, я встала и спустилась на первый этаж, намереваясь приготовить завтрак и немного пройтись по набережной.

Прогуливаясь вдоль хрустально-чистого озера, я зачарованно наблюдала, как солнечные блики играли на зеркальной поверхности. Однако этот весенний день был обманчиво теплым — то и дело резкие порывы зябкого ветра проносились над водой, заставляя ежиться. Холодные струи воздуха приносили с собой свежесть пробуждающейся природы, но вместе с тем и легкую дрожь, которая никак не желала отступать.

Весной случается волшебство. Стоит однажды проснуться и выйти на улицу, как деревья уже распустили листву и приготовились зацвести, даря наслаждение красотой. Сейчас как раз и была такая пора.

Созерцая природу, мыслями я перенеслась на три года назад. Мне пришлось покинуть столицу опозоренной из-за выбора, который я не совершала, оборвать все связи с семьей и научиться жить самостоятельно. Хоть я и уехала, сменив фамилию, позор последовал за мной. Слишком громким было мое имя и падение в пучину порицания обществом, которые, словно стервятники, пировали на моем горе. Жить с клеймом опороченной девушки было тяжело, противно и страшно.

Если бы не моя бабушка, герцогиня Элинор де Рос, и ее подарок в виде дома и маленькой, уютной чайной, даже не знаю, как бы справилась и смогла бы сохранить последние крупицы достоинства. Она часто мне писала, подбадривая и вселяя надежду, что смогу обрести счастье. Ее не стало два года назад, и я потеряла последнюю связь с прошлой жизнью.

Я стерла пальцами холодную слезинку со щеки и улыбнулась. Сегодняшний сон пробудил старые раны, которые только недавно смогли затянуться. Возможно, это напоминание, что пришла пора отпустить прошлое и просто жить. Ведь сейчас моя жизнь спокойна, у меня есть любимое дело и уютный дом, а главное, я сама себе хозяйка.

Я глубоко вздохнула и покачала головой.

Каждый день напоминала себе об этом, но у меня плохо получалось не возвращаться к прошлому. Иногда казалось, что все хорошо, но стоило увидеть влюбленную пару или мать, ведущую за руку дочь, как сердце сжималось в тиски, потому что я этого лишилась. Я могла полюбить, но смогут ли полюбить меня?

В попытке сбежать от беспокойных мыслей, я резко развернулась и направилась в чайную.

Впереди я увидела Генри Эшворда, он шел мне навстречу. На его губах появилась улыбка, когда он заметил меня. Я не разделила его радости.

— Алара. — Господин Эшворд помахал мне рукой и подошёл ближе. — Не ожидал вас увидеть здесь в ранний час.

Я сдержанно улыбнулась, чувствуя, как внутри всё сжимается от его близости.

— Добрый день, господин Эшворд, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Вы как всегда холодны со мной, Алара.

Он внимательно всматривался в моё лицо.

— Разве? — Я пожала плечами, отводя взгляд. — Просто у меня много дел и я спешу.

— Дела… — протянул он с лёгкой усмешкой. — Всегда у вас находятся дела, когда я появляюсь поблизости.

Его слова повисли в воздухе.

— Что ж, не буду задерживать вас. — Он слегка поклонился. — Приятного дня, Алара.

— И вам того же, господин Эшворд.

Он удалился, оставив после себя едва уловимый аромат дорогого парфюма.

Генри Эшворд вызывал у меня лишь раздражение своей навязчивостью и двусмысленным поведением по отношению ко мне. С самого первого дня нашего знакомства, когда я регистрировалась в жандармерии на новом месте проживания, он не скрывал своего интереса ко мне. Каждое его движение, каждый взгляд были пропитаны откровенным флиртом, который я находила не только неприятным, но и оскорбительным. Я старалась держаться с ним предельно холодно и отстранённо, давая понять, что его ухаживания неуместны и не найдут отклика. Чем настойчивее он становился, тем сильнее росло мое отторжение. Его назойливость лишь укрепляла решение держать дистанцию. Однако стоило ему занять пост главы местной жандармерии, как вся его галантность тут же испарилась. Опасаясь теперь, что моя репутация запятнает его. Вот только иногда я все же ловила его сальный взгляд на себе.

Зайдя в чайную, я увидела небольшой беспорядок, устроенный моими помощницами — Валери и Сьюзен. Судьба свела нас после моего приезда, в этом самом заведении, и мы быстро подружились. Вскоре они предложили мне помощь с лавкой, и я была благодарна им за это.

— Что вы тут устроили? — пожурила я их.

— Алара! — радостно вскрикнула Валери и подбежала ко мне, взяв за руки. — Ты вовремя. Смотри, привезли наш любимый чай с персиком.

Валери подвела меня к прилавку, где в хаосе лежали десятки разноцветных тканевых мешочков, источающие легкий аромат разнообразных чаев. Она взяла розовый с надписью на иностранном языке и открыла его. Я вдохнула сливочно-персиковый запах и прикрыла глаза от удовольствия.

— Наконец-то, — прошептала я.

— Точно, — проговорила Сьюзен, пересыпая чай в баночки.

Я отложила драгоценный мешочек и принялась помогать Сьюзен, попутно участвуя в оживленной беседе. Они обсуждали первый в этом сезоне вечер танцев, что пройдет на городской площади. В домах знатных семей тоже будут устраивать балы. Помню, и я любила такие мероприятия, проводимые с весны и до первого дня осени. Они устраивались во всех городах нашей страны под чутким и внимательным взором матушек. Это время, когда двое людей могли найти друг друга, и к концу сезона, осенью, проводилось много свадеб. На одном из таких балов, который устраивал именитый герцог, я встретила Самюэля де Кана. Мы быстро полюбили друг друга, так мне казалось, вскоре он сделал предложение, и я чувствовала себя самой счастливой. Сезон закрывался и приближалась осень. Каждый день становился все волнительнее, но последней бал в тот год обернулся для меня кошмаром и унижением.