Дознаватель на отдыхе

Глава 7: Адриан

Я понял, что без работы схожу с ума. Безделье давило на меня. За эти дни я обошел весь город и дочитал детектив, что начал в первый день приезда. Теперь снова стоял напротив библиотеки в попытке выбрать, чем занять время еще.

Господин Эшворд не давал о себе знать все это время, что говорило об отсутствии новых улик и зацепок. Его записи я тоже прочел сотни раз и ничего не нашел, что указало бы на то, куда девушки делись и кто мог поспособствовать их исчезновению.

Мне кажется, я даже стал более вялым и уже подумывал вернуться в столицу раньше, чем планировал. Если понадобится помощь в деле, смогу помочь оттуда. Единственное, из-за чего я еще оставался тут, — Алара. Она была для меня загадкой. Мне хотелось узнать, что скрывает ее грустный взгляд и почему она плакала в день нашего знакомства. В наш последний разговор я заметил, что она не очень охотно отвечала на мои вопросы по поводу Генри и даже не смотрела на меня во время разговора. Тогда я поймал себя на мысли: а не он ли был причиной ее слез? Этот вопрос тяготил меня и рождал желание спросить ее напрямую, но, посмотрев на изящный профиль в мягком золотистом свете заката, что просачивался через окна, спросил о совсем другом.

Теперь, бесцельно перебирая книги на полке в поисках чего-то стоящего, я предвкушал сегодняшнюю прогулку вдоль озера вместе с ней. Мне искренне нравилось ее общество — то, как она говорила тихим и мелодичным голосом, как застенчиво отводила глаза в сторону, словно боялась встретиться со мной взглядом. Особенно очаровательным казалось то, как расцветает легкий румянец на ее нежной, словно фарфор, коже. Меня завораживало, как она нервно, но изящно перебирает тонкие пальцы, словно играя на музыкальном инструменте. А ее улыбка… Та особенная, теплая улыбка Алары, в которой столько искренности и нежности, заставляла сердце биться чаще.

Только эти мгновения еще сдерживали меня от работы. Я впервые захотел узнать о девушке нечто большее, чем просто имя, узнать, чем она живет и о чем мечтает. В столице девушки и их матери смотрели на меня как на лучший кусок мяса в лавке мясника. Им был важен мой статус и положение в обществе, а именно то, что я был приближенным к королевской семье. Поначалу мне нравилось такое внимание, и, признаюсь честно, я этим успешно пользовался. Постепенно начал замечать, что ни в одном взгляде не вижу искреннего интереса. Общение стало скучным и плоским, лишенным глубоких эмоций. Понял я и то, что они не вызывают ни малейшего интереса во мне. Тогда с головой ушел в работу. Перестал ходить на балы и званые ужины, отложив поиск невесты в долгий ящик. Моя мать периодически намекала, что пора бы главному дознавателю обзавестись семьей, но я только отмахивался и отшучивался от нее.

С появлением Алары в моей жизни я увидел в ней то, что не видел в других, и один раз подумал, из этого может выйти больше, чем приятное знакомство.

Часы в доме пробили пять раз. Я прервал бесцельное разглядывание пыльных полок, вышел из дома и направился привычным маршрутом к чайной.

Я застал Алару убирающей новую партию чая по баночкам. Она настолько увлеклась работой, что не заметила, как открылась дверь. Поэтому, когда я подошел к ней ближе, она очень мило отреагировала: прижала руки к груди и вздрогнула, тихо охнув.

— Добрый вечер, — произнесла она, отводя взгляд.

— Добрый, — я ей улыбнулся, — вам еще долго?

Я посмотрел на небольшое количество мешочков, которые небрежно лежали на столе перед ней. Она сказала, что закончила все дела и готова идти, когда приведет себя в порядок. И тут же скрылась в служебном помещении.

Я наблюдал за местом, где она только что стояла, и чувствовал разливающееся тепло внутри.

Алара вскоре вышла, прервав мои мысли и не дав разобраться в своих эмоциях. Мы вышли из чайной, и я галантно предложил ей локоть, в надежде, что она примет мое предложение. Я чувствовал, как внутри нарастает волнение, смешиваясь с предвкушением чего-то особенного, что могло изменить все между нами. Я посмотрел на нее и заметил неуверенность во взгляде, но длилась она недолго, и ухватилась за мою руку.

Вдоль озера по мощеной дорожке прогуливалось множество людей. Некоторые удивленно на нас смотрели и даже оглядывались. Я не придал этому особенного значения, только почувствовал, как напряглась Алара.

Она ненадолго ушла в себя — ее взгляд стал задумчивым, почти отстраненным, будто она вспоминала о чем-то важном, но болезненном для нее. Тишина между нами затянулась. Алара нарушила его первой, спросив, слышал ли я слухи, которые ходят по городу о пропавших девушках. Я не удивился, что они появились. Да, жандармерия официально ничего не сообщала и не подтверждала, старательно держала все в секрете. Только всегда найдётся тот, кто что-то видел или слышал, и вот уже разговоры идут от одного к другому.

— Нет. — Я покачал головой. — О чем именно эти слухи?

— Люди говорят, что пропало уже десять девушек. — Она приблизилась ко мне и тихо поведала мне их.

Я растерянно посмотрел на нее и не мог поверить, что домыслы доросли до такого масштаба.

— Пропало всего две девушки, вы уже знаете о них, и это всего-то слухи. — Я пожал плечами. — Алара, а что вы думаете о пропавших девушках?

Мне хотелось узнать ее мнение, вдруг она знает что-то, что могли упустить дознаватели. Она начала рассказывать, что девушки были сиротами и работали гувернантками в домах местной знати. Отличались скромностью скромными и мечтали стать учителями в младших классах. Также высказала мнение, что просто так сбежать они не могли и если бы уехали, то предупредили бы семьи, на которые работали.

Алара посмотрела на меня своими большими карими глазами и произнесла:

— Значит, их похитили. — Она понизила голос. — Кто-то местный.

— Почему вы так думаете?

— Потому что никто ничего не заметил, а чужака бы заметили.

— Из вас бы вышел прекрасный дознаватель, — подметил я.

— Не думаю.