Дракон, это (не)твой ребенок!

ГЛАВА 14

Листи вышла из комнаты, словно ожившая мумия: под глазами залегли тени, руки и ноги выдавали мелкую дрожь, казалось, она даже похудела.

— Воды! — прохрипела она.

Валя тут же протянула ей полный бокал холодного морса. Осушив его залпом, ведьма попросила еще и уже пила спокойнее. Поставив кружку на стол, она измученно улыбнулась:

— Жить будет! Я убрала весь яд, но организм ослаблен его действием и мелкими ранениями. Но я рада, что с его драконом все в порядке. Если он захочет обернуться во дворе, не мешайте — так ему будет легче справиться с недугом, да и регенерация сделает свое дело. Найдя Валю взглядом, она еще раз напомнила:

— Старайся быть всегда рядом. Если будешь придерживаться моего совета, через неделю он окрепнет.

— Почему я, а не Дири, например, или Лионар? — удивилась попаданка.

— Чуть позже узнаешь, а пока поверь на слово!

— И за что мне такое? — проворчала Валя. — Дом еще не привела в порядок, а тут уже постоялец объявился.

— Как у нас говорится: «Заварил кашу — так не жалей молока!» — рассмеялась Листи. — Запомни, Виола, не просто так Создатель сталкивает между собой людей — от этого ты получаешь много полезного для себя, даже если встреченный тобой — враг. Ты на мир будешь смотреть уже по-другому.

Пролетела неделя, и в один прекрасный момент Валя услышала, как что-то громоздкое упало за стенкой. Она занимала комнату служанки, чтобы быть рядом с раненым. Вскочив, словно ужаленная, девушка распахнула дверь и встретилась взглядом с синими глазами дракона, сидевшего на полу.

— Ты чего вытворяешь? Тебе ни в коем случае нельзя еще вставать! — зашипела она.

— Мне надо! — твердо произнес он, пытаясь подняться с пола.

Сил, видимо, еще не было, но он упорно стремился выйти из комнаты. И только сейчас до Валентины дошло, что, скорее всего, мужчина хотел справить нужду. Тут как раз вовремя в комнату заглянул брат.

— Лионар, помоги, пожалуйста, нашему раненому гостю! — едва сдерживая улыбку, попросила Валя.

Для нее отвести больного справить нужду ничего не стоило, но в этом мире мужчины могли об этом говорить только с супругой. И мужчины, и женщины краснели, если разговор заходил об интимном, когда рядом находился противоположный пол. «О времена! О нравы!» — вспомнила Валентина крылатое выражение древнеримского оратора Марка Цицерона.

Наконец дракон с Лионаром вернулись. Было ясно, что раненому все еще тяжело даются такие перемещения, хотя дойти до санузла — метров двадцать не больше. Сев на кровать, он с облегчением выдохнул и посмотрел на хозяйку дома.

— Извините, леди, как могу я к вам обращаться? — склонив голову, он с интересом взглянул на нее.

— Обращайтесь ко мне Виола!

— Я вижу, что вы ждете маленького дракончика, а где отец?

Увидев, как дернулась Валентина, он тут же добавил:

— Простите, я не думал, что для вас этот разговор неприятен. Знаю, что принес вам проблемы, поэтому, как только смогу твердо стоять на ногах, съеду от вас. Деньги у меня есть, я заплачу за жилье! — произнес мужчина.

Отчего-то Вале стало неловко слышать все это.

— Я не заставляю вас платить за жилье, лежите и лечитесь столько, сколько потребуется. А сейчас ложитесь, мне нужно, чтобы вы выпили зелье, которое оставила ведьма, а я принесу вам поесть что-нибудь легкое.

Лионар, до этого молча сидевший на стуле, встал и подал дракону зелье, а Валентина вышла и принесла с кухни суп. Еще вечером ей захотелось сварить бульон, и она не стала противиться своему желанию. Вытащив из холодного ларца, заменявшего в этом мире холодильник, курицу, она отварила сразу полтушки. Даже не ожидала, что он понадобится ранним утром.

Так, в домашних хлопотах и лечении дракона, незаметно пролетела неделя. Альбус чувствовал себя с каждым днем намного лучше. Сил у него еще было мало, но он старался помочь Валентине в хозяйстве. Они о многом разговаривали, но тему ребенка не поднимал никто из них. Женщине было приятно беседовать с ним, иногда спорить, а порой и повеселиться.

За прошедшие дни Валентина успела привыкнуть к постоянному присутствию Альбуса. Его тихий голос, его заботливые руки, его присутствие в доме, где она привыкла быть только с братом, — всё это стало для неё чем-то естественным, почти обыденным. Она ловила себя на мысли, что ей уже трудно представить, как будет выглядеть после его ухода. Эта мысль одновременно радовала и пугала её.

Их беседы становились всё более откровенными. На третий день после пробуждения Альбус, едва окрепнув, сам начал говорить о своей прошлой жизни. Он рассказывал о своих путешествиях, о товарищах, которых давно потерял, о великих битвах и маленьких радостях. Валентина слушала, затаив дыхание, чувствуя, как её мир расширяется, наполняясь новыми красками и звуками.

В один из дней, когда Альбус приводил в порядок крышу хозяйственной постройки и увидел, как на улице крутился пацан.

— Сарат, ты к Лионару? Он на кухне, сейчас доест обед и выйдет! — сказал мужчина, подтягивая веревкой доску на крышу. Можно было бы это сделать магией, но Листи строго-настрого запретила им пользоваться.

— Нет, дядя Альбус, я к вам!

— Что-то случилось? — спрыгивая с крыши, поинтересовался дракон.

— Я не знаю, но вчера я был на том конце деревни и случайно услышал разговор. Говорили между собой двое мужчин. Одного из них я узнал — это голос нашего старосты, а второй — чужой. Так вот, этот незнакомец спрашивал, не появлялся ли в поселении раненый мужчина, на что староста ответил, что не слышал про такое. Но отметил, что если ничего серьезного нет, то жители сами справляются, поэтому посоветовал узнать на другом конце поселения. А сегодня я увидел его заглядывающим за забор. Раз ищет раненого, то это точно вас, дядя Альбус.

— Я понял, Сарат, — спасибо за предупреждение. Видимо, не увидев моего мертвого тела, они решили убедиться наверняка, жив ли я. Чтобы не принести проблем тем, кто помог в трудную минуту, мне следует исчезнуть.