Дракон и лисица

Глава 17

Но сюрпризы на этом на сегодня не закончились. Только я вышла из купален с желанием забиться в уголочек или провалиться под землю от стыда, как мне навстречу выплыла матрона Цинь.

– Идём со мной.

Я вздохнула, уже даже не таясь. Лучше бы это была плаха, потому что иначе я сама себя сожру. Или, в крайнем случае, розги.

Матрона провела меня на второй этаж, в коридор, где располагались комнаты матрон и некоторых евнухов, что жили при гареме постоянно. Она отодвинула одну из створок, пропуская меня в большую светлую комнату. Столик, зеркало, шкаф и огромная кровать с балдахином. Выход на балкон и ковры.

– Его Величество приподнёс тебе подарок, – торжественно провозгласила матрона. И ворчливо добавила: – Не знаю, правда, за какие заслуги. На моей памяти таких строптивых как ты сразу отправляли прочь из дворца.

И ещё бормоча что-то себе под нос, она удалилась.

Я вошла в комнату и тихонько прикрыла створку. И за что мне это всё? Обошла комнату кругом, нашла в комоде чайничек и пару чашек. Интересно, это на случай, если ко мне заявится Лун чайку попить или я могу звать кого-то из девочек в гости? Вышла на балкон… и ахнула. Он располагался ровно напротив балкона императора. Между нами, конечно, был угол сада, но при желании я прекрасно могла видеть, чем занят Лун на своей террасе. Сейчас там была пусто.

В сердце зашевелилась игла, заныло и заболело. Интересно, он там в порядке?

Уже ближе к вечеру, когда я перенесла все свои скромные пожитки в комнату, мы сидели с Милой на балконе и распивали приготовленный мною чай. О поединке я ей так и не рассказала. И о том, что в этот четверг свободна от своих обязанностей. Да и вообще, наверняка Луну будет не до того с такой-то раной. А рыжая всё ворковала о зацветшей вишне и пыталась предположить, кто именно является избранницей императора.

– Между прочим, – чуть понизив голос, призналась Мила. – Я была уверена, что это ты!

– Не говори глупостей, – я все поглядывала на балкон напротив, ожидая увидеть там знакомую фигуру. – Ты же знаешь, как я отношусь ко всему Востоку и к императору в отдельности.

Мила в ответ только горько вздохнула. И принялась дальше перебирать кандидатуры, искренне желая, чтобы избранницей императора оказалась не Марджери.

Но судя по настроению куколки в следующие дни, это тоже была не она. Точнее, я то точно знала, что это не она, но теперь об этом догадывались и остальные обитатели гарема.

Я же быстро привыкала к своей новой комнате. Все также приходилось ходить на занятия, но зато есть я иногда могла в одиночестве. А ещё по утрам я с удовольствием делала зарядку на своем небольшом балконе. На следующий же день утром я увидела Луна. Сомнений не было, он наблюдал за мной. И я неувренно махнула ему рукой, когда выходила из стойки. Он махнул мне в ответ. Что же… Будем надеяться, что худой мир восстановлен.

По вечерам я перетаскивала на балкон подушки и столик, и долго сидела там, попивая чай и любуясь садом и звездами.

Император был со мной. Точнее, он был на своем балконе, но мы не сговариваясь выходили на балкон в одно и то же время и садились пить чай. Здоровались коротким взмахом руки и… всё. Казалось бы, мое желание почти исполнилось. Свободной я, конечно, не была. Но положение мое было гораздо лучше, чем в первые дни здесь. И Лун больше не пытался покушаться на моё… время. Однако к заветному четвергу, который теперь был свободен, я поняла, что, боги, соскучилась.

Может прервать наш обет молчания и напроситься на чай на императорскую террасу? Чай там не в пример вкуснее, да и места больше. Например, чтобы… Я потрясла головой, отгоняя жаркие мысли, вернулась к еде. Сегодня я решила поужинать в одиночестве у себя, но это аппетита не прибавило. Я едва съела половину плошки риса и немного бамбука, и отставила всё в сторону. Принялась расхаживать по комнате, злясь на саму себя. Какая я глупая, мягкотелая трусиха. И умереть с достоинством не смогла – попала в плен. И признать, что не могу отпустить из сердца своего заклятого врага – тоже. Прав был дядя, ни ума, ни чести…

С яростью подхватив подушки, я направилась на балкон, устраивать гнездо. Любование звездами в тишине ночи всегда меня успокаивало.

Лун был уже у себя. Вскинул руку, взметнулся рукав белого наряда, словно диковинная птица. Я улыбнулась, махнула ему рукой в ответ. Всё же я была рада его видеть. Даже так…

Я сладко потянулась и запрокинула голову, чтобы посмотреть на звёзды. На Пастуха и Ткачиху, что теперь встретятся лишь спустя год в седьмой день седьмого месяца. Вдруг перед глазами всё поплыло. Мгновение, и звёзды смешались перед глазами. Я покачнулась, не устояла на ногах и упала на четвереньки. Меня тут же стошнило съеденным ужином. Тело скрутило жгучей болью. Мееня рвало снова и снова, как будто организм пытался отторгнуть самого себя. А когда позывы, наконец, кончились, сознание заволокло тягучей болью в висках, и я провалилась в густую черноту.