Дракон и ведьма. Не пара?

Глава 10

- Тебе что, ее жалко? - с любопытством спросила фигура.

По голосу я поняла что за черным балахоном скрывается девушка. Ну и еще по длинным прядям цвета меди, выбивающимся из-под капюшона. Лицо девчонки разглядеть я не могла — его надежно скрывали складки черной ткани.

- Не особо, - честно призналась я. - Но она все-таки человек.

Девчонка в балахоне хмыкнула, но Лину отпустила.

- Ладно, здесь у меня времени немного, - заявила она. Глянула на часы, висящие на стене и добавила: - Скоро здесь появится этот ваш знаменитый гадальщик. Как его там?

- Профессор Неж? - уточнила я, поднимаясь на ноги.

Мне не верилось, что кто-то в мире не знает известного прорицателя!

- Точно, Неж. И ведь знал же, этот олух Неж… В общем, Грейс, они бы тебя сегодня убили. По неосторожности, конечно. Спрятали бы тело, потом бы его нашли, и эти две дурынды отправились бы в тюрьму. Так что, считайте, я спасла вас троих.

Девчонка еще раз тревожно взглянула на часы, шагнула к двери и указала рукой на окно.

- Смотрите! Что это там?

Я посмотрела туда, куда указывала рука, укрытая черным балахоном, но не увидела ничего, кроме одинокого тополя, подрагивающего под порывами налетающего ветра.

Когда я оглянулась на дверь, фигура в черном исчезла.

После этого случая я расспрашивала всех подряд, не видел ли кто в тот день в школьных стенах девушку в черном.

- Среднего роста, - объясняла я. - Кажется, с рыжеватыми волосами.

Так я ничего и не выяснила про девчонку, которая появилась так вовремя.

Кстати, спустя полминуты после ее исчезновения в аудиторию влетел прорицатель Неж. С перекошенным лицом и круглыми, как у филина, глазами.

- Грейс! - он сразу бросился ко мне. - Ты жива!

Когда я позже, преодолев свою природную застенчивость, спрашивала у Нежа, что он тогда имел в виду, он только скармливал мне какие-то отговорки. Мол, просто неудачно выразился и на самом деле не думал, что я могла быть не живой.

А я уверилась, что девчонка в черном балахоне говорила правду. Иначе с чего бы Нежу так себя вести?

Сейчас, много лет спустя, сидя в сумрачной комнате своей избушки, я вспомнила про эффект от средства, которым угрожала Майе и Лине. И которое в итоге оказалось на моем лице. А эффект от него все-таки был.

Нет, я не покрылась бородавками вопреки собственным опасениям. Зато мое лицо усыпало такими ярко-красными огромными прыщами, что меня легко можно было использовать вместо светофора на главной городской площади!

… Огарок в подсвечнике затрещал, огонек задрожал. Я вынырнула из пучины воспоминаний, убрала дневник обратно в тайник, заглянула к крепко спящей Дашке и легла в кровать.

Уснула я неожиданно быстро. Всю ночь мне снилась искренняя открытая улыбка Томаса. Улыбка дракона, от которого я просто обязана держаться подальше.

Вся следующая неделя протекла однотипно и, как выразилась Дашка, «уныло». Она оставалась в постели и выздоравливала. Зато мне и присесть было некогда: я ухаживала за сестрой, а остальное время проводила в хозяйственных хлопотах. За эту неделю я собрала рекордные урожаи ягод, овощей и фруктов. Сварила из них столько банок варенья, джемов, конфитюров и прочих заготовок, что частично их пришлось отнести в погреб сарая. Потому что в погребок, прятавшийся под половицами кухни, все банки уже не влезали.

Я пекла блины, готовила омлеты и каши на молоке. До мадам Шарман, обожающей козье молоко и готовой отдавать за него всякие женские штучки, я так и не добралась. Так что все молоко, которое выдавали Муся и Дуся, нам с Дашей приходилось осваивать самостоятельно. И я уже стала задумываться о том, что пора мне наладить домашнее производство козьего сыра.

Да, я специально придумывала все новые дела, лишь бы отвлечься. Лишь бы не думать о теплых сильных руках и глазах цвета ясного небо. И еще — о том уютном чувстве дома, которое возникло у меня, когда Томас накрыл мою ладонь своей. Теперь воспоминания о том кратком моменте вызывали лишь душевную боль.

Даже Даша заметила странности в моем поведении. Хотя обычно, надо признать, сестренка была сосредоточена исключительно на собственной персоне. Я думаю, что для таких юных девушек это нормально. И вообще — это я сама ее и разбаловала.

- Что случилось? - спросила Даша за ужином на седьмой день моего домоседства. - Сколько ты уже не была в городе? Ты же обычно бегаешь туда чуть ли не каждый день!

- Времени нет, - попыталась увильнуть я. - И тебя не могу оставить. Ты еще не выздоровела.

- Брось, - зеленые глаза сестры наблюдали за мной поверх чашки с травяным чаем. - Я знаю, почему ты такая. Это все из-за того красавца, который меня вылечил. Да?

Мне даже не пришлось придумывать какую-нибудь безобидную ложь в ответ на Дашины подозрения. Потому что зимнюю тишину снаружи, изредка нарушаемую блеяньем козочек и гомоном домашних птиц, доносившихся из мини-фермы, разрезал механический звук.

К нашей избушке приближалось какое-то транспортное средство.

Я вся внутренне подобралась и стала вглядываться в сумерки за окном.

А Дашка обрадовалась.

- О! Наверное, это тот самый красавчик пожаловал!

Но к хлипкому забору нашей избушки подкатил вовсе не снегоход. Это был четырехместный автомобиль серебристого цвета с круглыми фарами. Я поморщилась от их яркого света, но успела заметить, что все четыре места невиданной для Зимогорья техники заняты какими-то людьми.

-----------------------------

Дорогие друзья! Благодарю вас за звездочки и комментарии. Вы очень поддерживаете меня и книгу!

С любовью, Ева.