Дракон и ведьма. Не пара?

Глава 16

В здании кинотеатра раздался звонок. Прямо как в школе!

- Пора занимать места, Грейс. Но я отвечу на твой вопрос. И прежде всего хочу отметить — мне очень лестно, что ты меня ревнуешь.

Я вспыхнула до самых корней своих растрепанных волос и, конечно, вознамерилась спорить.

Но Томас накрыл мою горячую ладонь своей — совсем как тогда, в избушке, и легонько погладил ее кончиками пальцев.

А потом сказал так просто, как будто решил сообщить всем известную истину:

- Когда я увидел тебя в той лавке, ты излучала тепло. Свет. Что-то такое особенное и только для меня, что это было невозможно отпустить.

Мне бы и хотелось ответить Томасу, что я почувствовала то же самое, но язык снова перестал меня слушаться.

- И я знаю, что когда ты вот так молчишь — ты вовсе не пытаешься строить из себя женщину-загадку. А просто стесняешься. И знаешь что я скажу тебе, Грейс? Не стесняйся своей застенчивости! Ты уже хороша — такая, какая есть.

Томас встал, предложил мне руку, подхватил мою куртку, и мы двинулись к двери.

- Что касается Даши — она милая девушка. Но она ведь почти ребенок. И потом, таких, как Даша, и в Южной Сиберии полно.

- Каких — таких? - мне стало обидно за Дашку.

Лавируя между группками зрителей, мы вышли к гардеробу. Томас забрал у гардеробщицы наши номерки и пояснил:

- Ничего плохого я не имею в виду. Таких — значит, смелых, раскованных, настойчивых. Это хорошие качества, верно? Просто для меня важно другое.

Мы зашли в неярко освещенный кинозал, и Томас провел меня к последнему ряду. Усадил на крайнее сидение и уселся рядом.

Заметив, как я обеспокоенно кручу головой, Томас поспешил меня успокоить:

- Даша на первом ряду. Не переживай, с Кроном она в полной безопасности.

Свет в зале замерцал и погас. На экране замелькали титры.

Кажется, фильм был о любви.

У меня не получалось сосредоточиться на сюжете. Томас сидел так близко, что мы соприкасались ногами и руками, отчего внутри меня разгорался пожар. Такие невинные прикосновения, но мне казалось, что они — откровеннее, чем даже крепкие объятия посреди городской площади.

А потом Томас сгреб мою кисть, повернул ее ладонью вверх и стал выводить пальцем на моей ладошке одному ему известные узоры.

Тут уж мне стало совсем не до происходящего на экране. Я вдыхала запах, исходивший от мужчины, сидевшего рядом — запах крепкого кофе и снежного мороза, запах мужественности и спокойной уверенности в себе.

Как Томас и советовал, я перестала запрещать себе стесняться. И, удивительным образом, совершенно расслабилась.

К концу фильма соприкасались даже пряди наших волос.

Из зала мы вышли самыми последними, как будто оба хотели продлить моменты нежной близости. Я словно вынырнула из сладкого сна — краски вокруг меня стали ярче, а люди улыбчивее. В этот момент я обожала этот мир.

Потому что в нем были мы — я и Томас.

У гардеробной нас дожидались Даша и Крон. Они уже успели одеться и вели себя так, как будто вообще были не вместе.

Крон прислонился к стене и равнодушно наблюдал за мелькающими туда-сюда людьми. Даша стояла прямо и напряженно всматривалась в каждого встречного.

- Вот вы где!

Она попыталась улыбнуться, когда мы с Томасом подошли, но выглядела при этом до того несчастной, что мне тут же захотелось ее обнять. Утешить.

Чем я и занялась, пока Томас стоял в очереди за одеждой.

Я гладила сестренку по рыжим мягким локонам и ворковала что-то неразборчиво-утешительное.

Склонив голову к плечу, за нами с интересом наблюдал Крон.

- А ты станешь хорошей матерью, Грейс, - сказал он, когда я бросила на него мимолетный взгляд.

На секунду мне подумалось — а уж не примеряет ли Крон меня на роль матери для своих будущих детей?

Томас вернулся, помог мне одеться и дружески похлопал Дашу по плечу, велев ей «не кукситься».

Дашка немного повеселела, но все равно решила высказать недовольство. Хорошо хоть не в адрес кого-то из нас.

- Не понимаю этой дурацкой традиции, - она снова оттопырила нижнюю губу, - начинать украшать город аж за два месяца до Нового года. Сейчас же только ноябрь! Здесь — елка. И во всем городе тоже — елочки, гирляндочки, мишура! Зачем так рано?

Крон оживился и поддержал Дашку:

- Полностью с тобой согласен! Наряжать город нужно за неделю до праздника. Ну или за две. Но у нас, в Южной Сиберии, дела с этим обстоят еще хуже. Первые украшения появляются в октябре, когда еще и снега-то нет!

- Нет снега в октябре! - Дашка мечтательно закатила глаза. - У вас чудесная страна.

- А мне нравится, - я застегнула куртку, надела шапку и натянула капюшон. - Елки, шишки, огоньки… Это же все — атмосфера праздника. Волшебства.

- И мне, - подал голос Томас. - С детства обожаю Новый год!

Даша пожала плечами. Она поедала Томаса глазами, хлопая сильно накрашенными ресницами. Ну просто роковая женщина!

- Предлагаю зайти перекусить, - говорил Крон, пока наша четверка шла к выходу из кинотеатра. - Кстати, как вам фильм?

Дашка что-то восторженно защебетала, а мы с Томасом обменялись быстрыми взглядами. Как два заговорщика.

Ни он, ни я понятия не имели, о чем был этот самый фильм!

Почти все зрители уже покинули кинозал и — в компании или поодиночке — разбегались кто куда. К вечеру на улице похолодало еще больше, так что желающих задержаться у кинотеатра не нашлось.

Кроме одного-единственного парня.

Совсем юный мальчишка стоял на коленях прямо в сугробе, неподалеку от натоптанной прохожими дорожки. Он что-то прикрывал полами куртки и озирался по сторонам.

Невольно я попыталась рассмотреть, что парень там прячет, но он гневно зыркнул на меня и крикнул:

- Идите куда шли! Здесь нет ничего интересного! Что за люди в этом Зимогорье — во все суют свои длинные носы!

Я отвернулась и, ускорив шаг, нагнала бредущих впереди Дашу, Крона и Томаса. Ветер дул им навстречу, и они укрывали лица за капюшонами курток.