Дракон и ведьма. Не пара?

Глава 17

Этот, без сомнений, добросердечный юнец нарушил закон. Нарушил посреди города, даже не попытавшись скрыться.

Парень был несовершеннолетним — это было понятно по лицу с детскими чертами. А гражданам младше восемнадцати лет в Северной Сиберии запрещено пользоваться магией без надзора взрослых.

И наказание за этот проступок полагается суровое, даже слишком суровое. Штраф для родителей или опекунов нарушителя в размере трех тысяч серебряных Это огромные деньги. Столько может стоить разве что дом нашего городского скряги, богатея Скопа. Да и то — вместе с обстановкой и хозяйственными постройками.

Что делали родители, чьи легкомысленные дети попадались на преступном использовании магии? Некоторые продавали все, что имели и влезали в сумасшедшие долги, чтобы выплатить штраф.

Но для большинства жителей Зимогорья три тысячи — сумма абсолютно нереальная. И тогда нашалившей детке приходилось самостоятельно расплачиваться за свои шалости.

Малолетнего преступника или преступницу отправляли в интернат до наступления совершеннолетия. А потом переправляли в самые холодные уголки страны, на добычу полезных ископаемых и заготовку леса. Таким образом нарушитель отрабатывал долг перед государством.

Обычно на это уходило лет десять.

И я видела магов, побывавших на этой каторге. Серые, угрюмые лица. Испуганные взгляды. Будучи еще молодыми, они выглядели раза в два старше своего реального возраста.

Источник магии, скрывавшийся в груди у каждого мага, у нарушителей извлекали еще в интернате. В теории источник можно было вернуть, если заключенный добросовестно учился и работал. Но, насколько мне было известно, ни одному освобожденному его так и не вернули.

И теперь меня прошибал ледяной пот от одной мысли о том, что жалостливого мальчишку, решившего спасти замерзшего голубя, ожидает такая страшная участь.

Наша четверка и трое полицейских приближались к месту происшествия с одинаковой скоростью. Только с разных сторон. Я видела, как голубь в руках мальчишки встрепенулся, как он подбросил птицу к сумеречному небу. Как спасенный голубь стремительно улетел.

Губы мальчишки задрожали, как у малыша, который собрался разреветься.

Один из полицейских уже держал перед парнем наручники.

- Погодите! - Томас встал прямо перед мальчишкой, загораживая его от стражей правопорядка. - Тут произошло недоразумение. Этот малец — с нами.

- Господин Флэйм, не усугубляйте ситуацию, - сухо сказал полицейский с наручниками, в котором я узнала столичного Алекса, побывавшего в моей избушке накануне. - Или вы держите северян за идиотов?

- Ни в коем случае! - Томас вскинул руки. - Но я говорю вам правду…

- Упеку за лжесвидетельство, - пригрозил Алекс и кивнул в сторону своих коллег. - Местные пацана сразу признали. Он здешний. Матвей Грошев, верно?

Хмурый спаситель птиц низко наклонил голову.

- Верно, - сам себе ответил Алекс. - Матвей у нас из бедной семьи. Его папаша в свое время отбыл наказание за аналогичное преступление. Яблочко от яблоньки, как говорится.

Алекс отодвинул Томаса от скрючившегося на снегу мальчишки, и склонился к нему, позвякивая наручниками.

Меня охватило безрассудное отчаяние. Похожее на то, что я испытывала, когда школьные хулиганки решили замучить лягушку. Матвей Грошев, конечно, лягушкой не был. Но тем острее было мое желание спасти несчастного парня. Тоже мне, злобный нарушитель!

- Думаю, это Матвей использовал запрещенную магию в лесу неделю назад, - Алекс дернул мальчишку, чтобы тот встал. - Больше некому, верно? Вот мы и раскрыли сразу два преступления.

- Алекс! - я шагнула ближе к полицейскому. - Мальчик со мной. Это мой ученик.

- Мадам Костер, - Алекс сдержанно мне кивнул. - Рад встрече. И вас я тоже попрошу не лгать. Вы же понимаете, что ваши слова легко проверить?

Я готова была врать до последнего. Я могла бы настаивать на своем до самого суда и во время него. Да, ради незнакомого мальчишки. Мальчишки, который не побоялся наказания, потому что спасение беззащитного существа для него оказалось важнее.

- Позвольте вас на секундочку, офицер, - Томас наклонился прямо к уху Алекса и что-то шепнул.

Тот вздрогнул, передал Матвея коллегам, безмолвно наблюдавшим за происходящим, и последовал за Томасом.

Они дошли почти до самого кинотеатра и остановились за высокой елью. Ветви дерева, укрытые снегом, не давали как следует разглядеть двух беседующих мужчин. Еще и фонари, как назло, не зажигали, хотя на улице почти стемнело.

Два оставшихся полицейских держали юного нарушителя. Даша припрыгивала на месте, чтобы согреться, Крон натянул капюшон чуть ли не до самого подбородка. Я не видела его глаз, но все равно остро ощущала на себе его тяжелый, пристальный взгляд.

Чтобы скрыться от этого взгляда, я отошла в сторону. Оглянулась на ель, у которой Томас пытался о чем-то договориться со столичным полицейским. И успела заметить, как Алекс убирает в карман зеленоватый прямоугольный листок.

Я знала, что это такое. Чек — вот что.

Томас просто и без затей подкупил полицейского.

По моему позвоночнику пробежал озноб. Это какими же суммами владеют эти южные драконы?

Алекс вернулся к нам и махнул рукой своим подчиненным.

- Отпустите мальца. Действительно вышло недоразумение.

- Но шеф, - заговорил один из местных полицейских, - вы же сами говорили…

- Делай что велено, - отрезал Алекс.

Он развернулся и пошел вверх по улице. Его коллеги отпустили Матвея и отправились вслед за начальником.

- Чудеса, - Крон сплюнул на снег.

- Давайте уже пойдем в тепло, - Дашка прыгала и стучала зубами.

Про мальчика с побелевшим от холода лицом ни один из них не подумал.