Дракон, который меня похитил

А теперь пятнадцатая глава, и я тут ни при чём, честное слово!

Это странно, но я впервые не видела привычной картины. Никакой дорожки, никакого дворца. Закрыла глаза и открыла их в своей же спальне, в первую секунду даже пришло в голову, что я проснулась, но ощущения были совсем иные.

При пробуждении всегда лениво, сонливо, голова тяжёлая. Сейчас же было легко и приятно. За окном не ночь, а чарующе прекрасный закат. Алый и сочный, как чёрный апельсин. И всё немного размыто, нечётко.

Это сон, абсолютно точно, но почему такой?

 — Ау?

 — Меня ищите? — Габриэль сидел на краю моей кровати, и я была уверена, что только что это место пустовало! Теперь же он был тут, разложил кругом какие-то бумаги и увлечённо их рассматривал, будто быть в моих покоях что-то совершенно обычное, и мы женаты уже сотню лет.

 — Нет, не ищу, — пришлось натянуть повыше одеяло, отчего бумаги Габриэля посыпались на пол.

 — Полегче, дорогая, вы всё испортили, — и он тут же потерял интерес к своему занятию, обратив внимание на меня. — Как вам ваша спальня? Уютно?

 — Ужасно. И несовременно!

 — Лжёте, — он вздохнул и ловко перекатился, оказавшись рядом со мной.  —  Мне в истинные досталась ужасная лгунья, как не стыдно?

Вытянул ноги и закинул руки за голову.

У него была очень узкая талия и очень широкие плечи. Мощные руки, от вида которых у меня что-то внутри зашевелилось. 

Я не интересовалась мужской красотой, и даже в любовных романах всегда пропускала описания таинственных незнакомцев и коварных властелинов. Однако, Габриэль определённо был эталоном того, что можно назвать “привлекательность”. Он был правильным, совершенным. Я не могла найти в нём очевидного изъяна, и оттого сама себе казалась ещё более простой и скучной.

 — Я вам нравлюсь, верно? — он улыбнулся.

 — Нет. Не верно,  —  а нет, вот и изъяны. Как я могла забыть, что самоуверенность этого человека настолько избыточна, что хлещет через край?

 — Жаль, — даже в лице не изменился. — А вот вы мне очень нравитесь, знаете это?

 — Нет.

 — Ну ничего тут не попишешь. Правда она такая, — его губы изогнулись ещё больше, а я поспешила отвернуться. 

Тут же вспомнилась прошедшая ночь и то, что я очень хотела поцелуя. Стыдно в таком признаваться, очень стыдно. Не знаю, что на меня нашло, но оно было сильнее разума.

 — Знаете что, я не намерена терпеть вас и во сне, и наяву! Я пошла! 

И спрыгнула с кровати, что закончилось совершенным провалом. Буквально провалом в полу, в который я с визгом полетела, слыша при этом смех Габриэля где-то над головой. И приземлилась на очаровательную полянку, поросшую клевером и вересковыми кустами. Посреди полянки был расстелен плед, стояла корзинка для пикника и… ну конечно, куда без него, сидел Габриэль. 

 — Снова вы? — улыбнулся он.

 — О, вы сводите меня с ума,  —  я впервые нарушила нашу добрую традицию и не ответила “Как будто у меня есть выбор”.  —  Ну что вам нужно?

 — Это изощренная пытка, — он пожал плечами. — Не стоит так переживать, наши сны связаны и от этого нам никуда не деться. Поверьте, я тоже от этого страдаю, не меньше вашего.

 — А кто эти сны создаёт? Не вы?

 — Нет, увы. Я так же, как и вы, заключён в них и, признаться, удивлён. Пока мы были в моей чайной всё было куда логичнее, что будет сейчас, я не знаю, но мне это очень интересно. 

Я вздохнула и упала на плед. 

 — Так давно не бывала на пикниках… 

 — Любите пикники?

 — Безумно. С самого детства мечтала о такой милой корзинке, чтобы ходить на пикники…

 — За чем дело стало?

 — Сначала я жила с тётушкой, а она не признавала никаких видов развлечений. Потом мы с Эмилиэном жили в старом Замке, в самом мрачном месте Бревалана. Там не было милых полян, только чёрные деревья и вечный туман.

 — Ну в Дорне полян предостаточно. Хм.. — он заглянул в корзинку. — Моё любимое вино. И… да! Прекрасный сыр, свежая булка. Это создано специально для меня, даже жаль, что сну не передать вкусы. Только посмотрите, это же урожай из прошлого столетия… 

 — Вино? — я потянулась и взвесила на руке бутылку.

Князь достал из корзинки два бокала.

 — Мне кажется, мы должны это выпить, чтобы разгадать загадку этого странного сна,  —  заявил он.

 — Или я дам вам бутылкой по голове и вы проснётесь, а потом разбудите меня, — я угрожающе подалась вперёд, но вместо того, чтобы отпрянуть, Габриэль приблизился.

 — Вам не понравится способ, которым я вас разбужу.

А потом достал маленький ножик, скрутил мюзле и одним движением срезал пробку.

Вино было игристым, жёлтым, пенящимся в бокалах. Будто кто-то запер солнечный лучик в бутылку.

Я сделала глоток и застонала от разочарования.

 — Я не могу разобрать вкус! Оно просто холодное, будто вода…