Дракон меня (не) услышит

4. Ему бы не врать

Юма

Я нашла Дугальда в хозяйственном отсеке, среди стелажжей со свежим бельем, покрывалами, полотенцами, скатертями. Вокруг витал запах чистоты, отглаженных тканей и моющих составов, которые стояли чуть дальше.

— Как ты, милая? — Старый дворецкий отдал указания горничным, отослал девушек, а после осторожно меня обнял. — Грудь, спина не болит уже? А то я тут тебя обнимаю.

— Все хорошо, я почти оправилась.

— Уедешь теперь?

Я покачала головой.

— Не могу. Гленн дал браслет, опасаясь, что кто-то атакует и меня, как свидетельницу. А теперь, оказывается, что граф меня в завещание вписал. Вы знали?

Дворецкий отвел взгляд.

— Дугальд! Говорите уже!

— Юма, золотко… Я знал, что он хотел переписать на тебя Дальний Пик. Он же принес тебя из тех краев. Но я надеялся, что граф Аарон просто тебя отпустит. А к чему он завещание переписал — и представить не могу.

— Да уж… — я принялась перебирать свечи, чтобы хоть чем-то занять руки.

— Чем тебе помочь, девочка? — Он вздохнул. — Магов-то нет, да и что человеческие колдуны, что шаманы горные против драконьей магии — как дождевая капля супротив пожара. Раньше говорили, ирсаи еще могли волшбу драконью останавливать, но кажется, байки это… драконы придумали, чтоб драконят пугать. Сама знаешь.

У меня вырвался нервный смешок. Да уж точно, я давно всего лишь страшная байка.

— А ты пробовала? — с интересом спросил дворецкий, а потом огляделся, убедившись, что никого рядом нет, — вдруг бы вышло? Графа-то Аарона ты остановила.

— Я пробовала, честно. Но… меня никто не учил. Не знаю даже, возможно это или нет.

Старик потупил взгляд.

— Прости… Ничем помочь не могу.

— Все хорошо. Послушайте… Уговорите Гленна, отправить меня в какую-то школу на юге провинции. Я смогу сбежать по дороге и все. Скажите, что дядюшка… ну, погорячился, вписывая в меня завещание. Ведь так оно и было, верно?

Дугальд задумчиво посмотрел на полки с мылом, отдушками и порошками. Помял подол своего камзола, прежде чем ответить.

— Граф Аарон в своем разуме был, когда писал, это точно. Но ты права, так, наверное, станет попроще. Да и граф Гленн не понимает этого завещания, а так, может и согласится. Вроде и указ отца выполнит, да и в реестр тебя вписывать не надо, и земли он отдавать тебе не захочет. Пойдем, мне надо указания слугам к ужину раздать. Напомнить, чтоб вина достали. Так странно, до сих пор при мне старые привычки… как при графе Аароне. Не могу смириться что его нет, всю жизнь ему служил. Что ж за изверь на нас напал-то?

Я вспомнила слова Ирвина.

— Граф Гленн вызвал еще одного дракона, чтобы разобраться с этим. Говорят, ему нельзя солгать, даже когда он человек.

Дугальд улыбнулся.

— Не переживай. Я, может, боя драконов вблизи и не видел раньше, но служу с юности и честно врать давно приучен. Твой секрет никто не узнает. Ой, ну все, хватит обниматься. Пойдем, Кэлен поможешь.

Мы шли по галерее, и я увидела, как Кэлен с парой помощниц тащит овощи в корзинах из дальнего хранилища. Вот всегда она такая! Хоть и старая уже, а уступать молодым не хочет. Я кивнула Дугальду, и поспешила к кухарке. Перехватила ее корзину, и небо над нами вдруг накрыла огромная тень. Кто-то и девушек завизжал, уронил корзину, репа, яблоки и морковка рассыпались яркими пятнами по вымощенному серым камнем двору.

— Простите, — пробормотала она.

А в небе над нами завывал смерч. Я помогла собрать овощи, подхватила под руки испугавшуюся девчонку и Кэлен и потащила в галерею. Другая помощница поспешила за нами. Я обернулась уже в галерее, и в этот момент темная тень вдруг мелькнула красным и золотым, Вместо смерча во дворе стоял светловолосый мужчина, который с усмешкой говорил:

— Эй, Артейр. Прости, людишек напугал.

Гленн ответил ему с балкона.

— Ничего, бывает. Сейчас спущусь, Синклер.

Гленн

Мы уселись не в отцовском кабинете, а в одной из просторных гостиных на верхнем этаже.

Ирвин изрядно достал поливать меня своим восхищением от Оюмы Ирбис. Какая милая она и вообще… И вообще… Друг что-то говорил мне в спину, а я не выдержал, шагнул на балкон.

Поднимался ветер, нес с собой тучи. Слуга с кухаркой отправились по двору с корзинами, должно быть, за овощами в дальнее хранилище.

На сегодня восторгов и так было слишком много. После визита в приют на душе до сих пор творилось странное. Все вокруг говорили, что эта девушка наоборот, не стремилась к вниманию графа, а всячески играла в скромность. Да и получается, отец привез девушку в поместье еще ребенком. Попытался вспомнить, видел ли ее в редкие визиты домой? Как раз оканчивал Академию, там каникулы случались редко. А потом служба, военные стычки и более резкие отпуска…Я не обращал внимания на каких-то детей, тем более отец вечно кого-то привечал.

Все же, кто она? Белига , считает, что дочь моего отца, но… Ладно, девушки почти никогда не наследуют драконью личину. Но я был уверен, что будь у нас с ней общая кровь, я бы что-то почувствовал. Хотя это объяснило бы то, что она не сильно пострадала от удара отца. Может, он сумел сдержать себя перед родным человеком. Хотя в агонии дракон даже друзей считает за врагов… Черт. Как во всем этом разобраться?

Кэлен со служанками тащила через двор корзины с овощами. Никогда не думал, что для ужина нужно столько всего! Вспомнилось, как в детстве прибегал на кухню и весело таскал пирожки с миндалем и яблоками, не думая, как они появляются на противне, а Кэлен, тогда еще молодая, беззлобно журила меня, требуя не есть сразу горячую выпечку. Сейчас пожилая кухарка тяжело несла свой груз. Над двором гулял ветер, я поднял взгляд на небо: кажется, сейчас сюда спустится дракон. Надеюсь,кухарка успеет уйти, потому что Синклер никогда не славился особой вежливостью с людьми.

Одна из горничных уронила корзину с овощами. Во двор выбежала Оюма, помогла их собрать, подхватила под руки испугавшуюся девушку и старую Кэлен и потащила прочь. Это выглядело естественно, кухарка отдала той свою корзину, будто подобное происходило не в первый раз. Но если подумать, играть в «хорошую девочку» перед слугами у Оюмы не было нужды. Отец уже заботился о ней, уже составил завещание. И на его мнение слова слуг не повлияли бы, как на мнение дракона не мог повлиять какой-то человек…