Дракон - не баран, или Ведьма замуж (не)желает!

Глава 3

— Мне нужна тележка, дайте мне, пожалуйста, тележку! – кричу, вбегая на поляну, где отмечают выпускной наши преподаватели-магини.

— Зачем она тебе, деточка? — спрашивает меня виртуоз зельеварения.

Потому что у госпожи ректор как раз глоток валерьяновки попал не в то горло — она кашляет. Это из-за моего крика, возможно, но извиняться мне совершенно некогда. И я же не специально.

— Там фамильяр, он очень тяжелый, и сам не может идти! – тараторю, стараясь объяснить необходимое как можно быстрей. — Я попыталась применить к нему левитацию, но, наверное, с тележкой будет лучше.

— Наверняка лучше, — подтверждает, откашлявшись и сипя, главная ведьма. — Существо подтвердило согласие стать твоим фамильяром?

— Да! То есть формально нет, но ведь молчание — это же знак согласия, правда?

— Пожалуй, — подтверждает госпожа ректор. — Ты нас заинтриговала. Садовые принадлежности находятся за углом. И не задерживайся: все уже в храме, ты осталась последней.

Для начала забегаю на минутку за своими собранными вещами в комнату, которую завтра, то есть уже сегодня к вечеру займет новая студентка-ведьмочка. Потом нахожу во дворе большую двухколесную тачку и бегу, катя ее перед собой, в лес.

Чтобы не заблудиться, я окрасила магией фонарики светлячков на нужном мне направлении в изумрудный цвет — это я умею. Бегу вся в сиянии зеленого и переживаю: только бы они не разлетелись — ведь начинается утро. И что интересно — ни одно живое существо больше не показывается мне на глаза. Значит, это точно мой самый-самый последний шанс получить фамильяра.

Вот здесь необходимо повернуть, — вспоминаю, — а вот тут надо вообще сойти с тропинки в сторону восхода солнца и спуститься в овраг. Готово.

Передо мной на траве лежит израненный, исполосованный каким-то жестоким оружием очень крупный белый баран. Если у зебры черные полоски покрасить в красный цвет — будет похоже. Прижимаюсь ухом к его груди — сердце стучит, но еле-еле.

— Миленький барашек, я вернулась, только не умирай, пожалуйста! — шепчу, в порыве чувств обнимая его голову.

У меня есть немного мази с мертвой водой, заживляющей раны, и напиток на основе живой воды — нам их выдали после обучения, на один самый крайний случай в жизни. Что же использовать первым? Ах, да, сначала мазь.

Наношу кончиками пальцев тоненький слой на самые страшные порезы, чуть не плача. Когда волшебная мазь заканчивается, беру традиционное средство от ран, которое моя мама всегда носила с собой.

Когда и эта баночка оказывается пуста, в полураскрытую пасть барана вливаю по капельке целебный напиток. А потом накрываю животное своим большим банным полотенцем, как огромной повязкой на большую часть тела, и пытаюсь втащить на тележку. Тяну под передние лапы. Потом пробую за задние.

Нет. Он словно набит булыжниками — совершенно неподъемный, я упарилась от усилий, но не продвинулась ни на сколечко. Без магии мне не справиться. И тут вижу: баран распахивает глаза, то есть глазищи, сверкающие и умные. Но смотреть в них жутковато, как в омут.

— Очнулся? Какой ты молодец! — я осторожно поглаживаю его по рогатой голове. — Сейчас я отвезу тебя туда, где тебе помогут выздороветь полностью. Мне бы только как-нибудь втащить тебя на это транспортное средство. Сейчас. Какой же ты тяжелый!

Баран удивленно смотрит на меня, как будто на новые ворота, раскрывает пасть и серьезно говорит:

— Бэ-э!

Ну, а чего я ожидала от несчастного животного? Даже у многоопытных ведьм фамильяры далеко не сразу начинают говорить — так нам объясняли. А тут еще такое жестокое обращение.

Раненый баран моргает, потом опять таращится поочередно на меня, на тележку, на небо, плавно взмахивает передними копытами и опять произносит:

— Бэ-э!!!

И закрывает глаза, словно ему опять поплохело. Обмахиваю его морду большим бумажным листом — клятвой ведьмы. Потом увеличиваю свой фолиант до натуральной величины и начинаю искать точный текст заклинания левитации, подсвечивая себе парой светлячков. Вот, нашла.

— Барашек, бараш, сейчас я попытаюсь тебя приподнять и перенести на тележку. Я постараюсь сделать это бережно, честное слово. Только не дергайся, пожалуйста — я буду делать это раз пятый в жизни.

Как у меня это получалось в предыдущие разы, не буду ему рассказывать, чтобы не напугать. Я, вроде, сделала после этого все необходимые выводы. Читаю заклинание и делаю нужные пассы руками.

И животное отрывается от земли! Плывет к транспортному средству и мягко опускается на него! Впервые в жизни у меня получилось сделать это, ни разу не уронив объект по дороге.

Какая я стала умная! — думаю. — Хотя нет, наверное, это уже фамильяр мне помогает — усиливает мою магию своей. Как приятно!

Беру тележку за ручки и толкаю вперед. Думала, что очень трудно будет выезжать из оврага и преодолевать нагруженными колесами торчащие корни, кочки и ямы.

Но нет — едет транспорт, как по маслу, словно скользит над землей! Наверное, это тоже баран продолжает стараться. Как мне повезло! Вот подлечат его наши многоопытные магини, и заживем мы с ним припеваючи.

Въезжаю на поляну перед Академией и осторожно снимаю полотенце, чтобы показать преподавательницам масштаб бедствия.

— Вот, — говорю. — Это мой фамильяр. Помогите ему, пожалуйста!

Ведьмы встают со своих мест и смотрят на моего барана, но почему-то не пытаются подойти. А он смотрит на них. Над поляной на какое-то время повисает зловещая тишина.