Дракон не указ, или Хочу домой, но этот начальник стражи...

​Глава 2.1: Парсинг по-драконьи

Есть такой момент в жизни каждого нормального человека, когда мозг просто отказывается обрабатывать поступающую информацию. Ложится набок, показывает «синий экран смерти» и вежливо сообщает: «Извините, данные не соответствуют установленным параметрам реальности. Перезагрузка невозможна. Просьба обратиться к специалисту».

У меня такой момент наступил примерно через тридцать секунд после того, как я обнаружила, что лежу на говорящем коте размером с хороший диван.

Я сползла с него, вцепившись пальцами в упругий, пугающе горячий мех. Ноги слушались плохо, будто их владелец только что совершил затяжной прыжок с офисного унитаза прямиком в другое измерение. Собственно, именно это и произошло, но мой вестибулярный аппарат ещё не получил соответствующую служебную записку и теперь отчаянно слал сигналы о тошноте.

Я стояла. Дышала. Смотрела.

Помещение было огромным и давило своей монументальностью. Высоченные каменные стены уходили в темноту, где в круглых окнах-бойницах гнездился густой, янтарный свет. Не электрический, безжизненный свет ламп дневного света, к которому я привыкла, а живой, вибрирующий, словно сотни факелов разом вздохнули. Камень под ногами был тёмным, почти чёрным, с прожилками, в которых пульсировало что-то золотистое. Пол оказался тёплым — неестественно тёплым, будто я стояла на спине огромного спящего зверя.

В нос ударил густой коктейль из запахов: старое дерево, горящая смола и резкий, мускусный аромат — так пахнет в зоопарке возле клетки большой кошки. Этот запах щекотал ноздри, включая в голове древние инстинкты, которые хором орали: «Катенька, это не Москва. Беги!»

— Можешь закрыть рот, — посоветовал кот. Голос у него был как у старого профессора, который разочарован в ассистенте. — Сквозняк.

Я послушно захлопнула рот.

Кот сидел передо мной, обернув лапы хвостом, похожим на меховое боа класса «люкс». Вблизи он выглядел ещё более вызывающе. Медный, с тёмными полосами, и — вишенка на торте — маленькая золотая корона на макушке, которая держалась на левом ухе исключительно на честном слове и магическом упрямстве.

— Говорящий кот, — констатировала я. Голос прозвучал хрипло. Я поправила лямку сумки — тяжёлый ноутбук больно ударил по бедру, и эта тупая боль была сейчас самым приятным чувством на свете. Значит, я не призрак. Вес есть, синяк будет, физика работает.

​— Наблюдательность потрясающая. Прямо дедукция уровня «бог», — кот зевнул, продемонстрировав клыки, способные перекусить штатное расписание вместе с папкой-регистратором. — Ты, говорят, HR-директор? Надеюсь, на собеседованиях ты была чуть более многословна, чем «ой, оно разговаривает».

Я несколько секунд молчала, переваривая язвительность этого пушистого монстра. Опыт пяти реструктуризаций и работы с токсичными гендиректорами подсказывал: когда реальность выходит за рамки должностной инструкции, нужно собрать данные, прежде чем впадать в деструктивную панику.

— Ладно, — я оглянулась, ища взглядом хоть что-то знакомое. Только камень, факелы и рыжая наглость в короне. — Где я?

— Это, — кот по-хозяйски обвёл лапой пространство, — преддверие Внешней башни Дворца Семи Теней. Столица Драконьей Империи, город Златоград. Мир Эйтерия. Координаты в твоей системе отсчёта — примерно «очень далеко от кофемашины и дедлайнов».

— Драконья Империя... — эхом отозвалась я. — Значит, я...

— Попала? Да. Тебя призвали. Ритуальным заклятием. Хотя лично я считаю «древний ритуал» слишком пафосным названием для того, что по сути является магической рекрутинговой воронкой с очень жестким фильтром.

Внутри меня что-то мелко и истерично захохотало.

Значит, вот как оно бывает. ​Мои секретарши в «ТехноЛайне» ежедневно поглощали романы про попаданок в промышленных масштабах. В обеденный перерыв наш опенспейс превращался в филиал магической библиотеки. Особенно старалась Алина: она вечно вздыхала над стопкой новеньких, пахнущих типографской краской книжек с вызывающе яркими обложками. Названия там были одно краше другого: «Академия Его Тёмного Сиятельства» или «Собственность Дракона». На обложках мускулистые мачо в расстёгнутых камзолах так яростно сжимали девиц в развевающихся платьях, что у последних, судя по выражению лиц, должен был немедленно случиться перелом позвоночника.

​Я каждый раз закатывала глаза так сильно, что боялась увидеть собственный мозг. «Алина, — говорила я, — этот розовый кисель разжижает нейронные связи. Почитай лучше что-нибудь прикладное по тайм-менеджменту или хотя бы новый кодекс».

​Алина в ответ лишь мечтательно шептала: «Эх, Екатерина Сергеевна, вам бы тоже в другой мир... Там такие мужчины! И никакой ипотеки».

​Что ж, Алина, официально признаю: я была неправа. 1:0 в пользу твоего инфантилизма. Ипотеки здесь и правда не видно, зато в наличии говорящий кот с завышенным самомнением. Одно уточнение: где, чёрт возьми, мой мускулистый мачо в камзоле? Почему в моей версии «рекрутинговой воронки» на входе стоит только рыжая моль в кривой короне?

— Значит, это всё по-настоящему, — я посмотрела на свои руки. На пальце всё ещё был след от чернильной ручки. Мелочь, а выбивает почву из-под ног.

​— Удивительная скорость принятия, — кот неспешно лизнул подушечку лапы. — Обычно на этом этапе у кандидаток случается истерика, литр слёз и попытки протаранить головой стену в поисках обратного выхода. У тебя ушло три минуты. Зачёт.