Дракон не жених, но попробовать можно

4

Утро в Луннатаре начиналось с мягкого золотого света, просачивающегося сквозь высокие арочные окна. Леора стояла у стола, разбирая карты столицы, а Аэлен возился у очага, где на маленьком жаровне что-то подозрительно булькало.

— Ты снова готовишь кофе? — спросила она, не поднимая глаз.

— Не кофе, а стратегический напиток, — невозмутимо ответил он. — Помогает принимать правильные решения.

— Или неправильные, — заметила она.

Он подошёл к ней с чашкой, но прежде чем поставить её на стол, сделал демонстративный глоток.
— Видишь? Я пробую первым. Можешь доверять.

Леора прищурилась, взяла чашку и пригубила.
— На вкус… подозрительно честно.

— Подозрительно? — он опёрся ладонями о стол с двух сторон от неё, заглядывая в глаза. — Или честно?

Она сделала вид, что изучает карту, но уголки губ дрогнули.
— Посмотрим, как ты поведёшь себя сегодня на встрече с Рианном.

— То есть это проверка?

— Разумеется, — ответила она. — Я ведь тоже должна знать, что ты не играешь в свою игру за моей спиной.

Он усмехнулся, отстранился и забрал вторую карту со стола.
— Тогда будем честны: сегодня мы оба будем проверять друг друга.

— Согласна, — кивнула Леора. — Но помни, Аэлен… если проиграешь, я заберу твой «стратегический напиток» и отдам Рианну.

— Тогда придётся выигрывать, — бросил он через плечо, уже направляясь к двери.

И в этом обмене шутками чувствовалась сталь — оба знали, что сегодня они будут играть в одной команде… но каждый будет считать ходы друг друга.

Они сидели в покоях Аэлена, у камина, где пламя лениво облизывало поленья. На столике между ними стояла карта столицы, пара кубков с вином и раскрытая книга с древними брачными традициями драконов — найденная Аэленом «чисто случайно».

— И ты серьёзно думаешь, что назначить свадьбу сейчас — это не слишком смело? — Леора отставила кубок, скрестив руки.

— Я думаю, — Аэлен наклонился вперёд, — что смело — это влезть в Совет и сказать: «Мы женимся, и вы ничего с этим не сделаете».

— Звучит как провокация, — заметила она.

— Именно, — усмехнулся он. — Но провокация, за которую нас поддержит половина столицы. Слухи уже работают на нас, Леора. Надо ударить, пока они горячие.

Она задумалась, глядя в огонь.
— Ладно. Допустим… Когда?

Аэлен вытянул руку, взял с карты маленький серебряный нож и провёл им по календарной сетке в углу пергамента.
— Через три недели. В день Осеннего Полёта.

— Праздник драконов? — приподняла бровь Леора.

— Идеально, — подтвердил он. — Толпа будет в городе, Совет занят церемониями, а луна встанет прямо над Лунным Аэродромом. Это символично.

Она прищурилась, чуть склонив голову.
— И это ещё и день, когда мой отец любит устраивать охоту. Если послать ему приглашение на свадьбу, пока он в лесу…

— …он не успеет прислать запрет, — подхватил Аэлен.

Они встретились взглядами, и в этом взгляде было всё: союз, игра, риск и что-то ещё — тёплое, что оба старались не называть.

— Тогда решено, — сказала Леора. — Через три недели.

Аэлен протянул руку, и она вложила в его ладонь свою — твёрдо, без колебаний.

— Через три недели, — повторил он. — И пусть Совет попробует нас остановить.

Весть разлетелась по столице быстрее, чем драконьи гонцы. Никто толком не знал, кто первый проболтался: то ли писарь из канцелярии Совета, то ли повар в трапезной Дворца, но к полудню город уже гудел.

Драконья столица, раскинувшаяся на террасах над Облачной Рекой, жила по законам, куда более древним, чем большинство людских королевств. Здесь не было единоличного правителя — власть делили между собой Совет Двенадцати Крыльев: старейшие представители драконьих кланов, каждый со своим родом, традициями и зонами влияния.

Внешне всё выглядело гармонично — торжественные собрания, обряды согласия, ритуалы Полёта, на которых все клановые цвета сияли рядом. Но за закрытыми дверями залы Совета напоминали логово, где каждый дракон поджимает хвост и прижимает к груди собственный кусок золота, а сосед украдкой считает, сколько у тебя осталось.

Зал Совета был построен так, чтобы каждый голос звучал, будто летит с вершины горы: купол из чёрного обсидиана отражал звук, превращая любое слово в отзвуки грома. По кругу стояли двенадцать кресел из полированного камня, каждое с выгравированным знаком клана.

Первым заговорил лорда Ксарн, глава Сторонников старых законов. Его голос был глубоким, как пещеры, где хранится золото.
— Мы забыли, что значит быть драконами. Мы — не землепроходцы, не лавочники и не посыльные для людей. Мы — хранители магии. Она рождена в наших крыльях и должна оставаться там. Каждый брак с человеком — трещина в броне нашего мира.

— И каждое закрытое крыло — трещина в казне, — перебила его лорда Селвена из Торгового крыла. Её чешуя переливалась медным блеском, а глаза напоминали монеты. — Люди уже платят нам за перевозку, за магические изделия, за доступ к Лунному Аэродрому. Почему бы не взять больше? Брак — это не угроза, это договор, только закреплённый на личном уровне.

— О, конечно, — скривился Ксарн. — Пока один из нас не окажется в роли декоративного дракона при людском дворе.

— А что, если нам не быть ни декоративными, ни отчуждёнными? — поднялся Керран из Молодого пламени, едва ли не самый молодой член Совета. Его крылья были окутаны лёгким маревом тепла, словно он всегда держал в себе искру. — Мы можем построить общий мир, а не два отдельных бастиона. У нас есть шанс объединить магические школы, смешать кровь и силу… и перестать прятать магию от тех, кто может её ценить.

В зале прошёл гул.

— Ты предлагаешь… разрушить границы, которые мы охраняли веками? — прорычал Ксарн.

— Я предлагаю перестать охранять страх, — резко ответил Керран. — А если вам нужны символы — посмотрите на этих двоих. Народ уже видит в них знак перемен. Мы можем это использовать.