Дракон по найму

Глава 7. Нейт

Пожалуй, я бы предпочел сегодня вообще не просыпаться, но солнце уже вовсю светило в комнату, чем только усиливало раздражение, лишая последнего шанса провалиться в спасительное забытье.

Усталость брала свое, а ночи не приносили облегчения. Донимала мерзкая ноющая боль: некогда полученные от демонов раны напоминали о себе, хотя должны были давно затянуться. Вероятно, дело заключалось не в них, а в моем нежелании исцеляться. Быстрее поправляется тот, кто стремится к этому. Тратит на это силы, жаждет, тянется всей душой.

Я же так и не смог определить, к чему именно мне теперь предстояло тянуться. Всю сознательную жизнь мне вбивали в голову, что я обязан лишь выполнять приказы. Думать самому не обязательно, рабство вообще не предусматривало свободы воли. Просто ходи за хозяином молчаливой тенью, а потом сдохни за него, когда придет твое время. Не хочешь? Не тебе решать.

Странно, но такая судьба меня вполне устраивала. Когда не видишь альтернатив, не ощущаешь свободы, то и не задаешься вопросом, насколько это правильно, честно или нормально. Куда хуже стало, когда пришлось решать все самому, будто я оказался в новом мире, выброшенный чуть ли не из колыбели, не умеющий ходить и говорить. Шутки кончились, а к серьезным вещам никто не готовил.

За возвращением с войны последовали награды: медали, звание, громкое имя, почетная должность. Мелкий, никому не интересный титул, к которому прилагался этот дом и немного земли за столицей. Благодарность Империи за службу. Приходя сюда в первые дни, я садился на ступени и прислушивался к тишине. К редкому шороху мышей под полом. Они знали, чем следует заняться. А я — нет.

Время шло, появились дела, а в голове все осталось по-прежнему. Одиночество, о котором не сказать никому. Не поймут. Не поймут даже сироты из трущоб, потому что одно дело — остаться без родных, а другое… Мне едва исполнилось три года, когда родители продали меня на почетную службу стране — вырасти и стать телохранителем для особы императорских кровей. Обрекли на двадцать лет истязаний и тренировок, за которыми следовали две присяги и магическое рабство, что не позволит не защищать хозяина. Лучше любого живого существа проконтролирует, чтобы ты исполнил свой долг.

Да, я просто не хотел исцеляться. Предлагал судьбе и богам принять решение за меня и закончить все так или иначе.

Каждый день превращался в пытку, а каждая новая неудача теперь ощущалась особенно остро. Не сразу, но я нашел занятие, в котором пригодились и мои навыки. Обрести репутацию самого мерзкого наемника в столице оказалось довольно легко. Стоило только показать драконьи глаза, как вопросы у людей отпадали сами собой. Они верили каждому слову. Впрочем, заказы я выполнял, не обманывая клиентов. Просто не всегда так, как от меня ожидали. Если и приходилось убивать, то только тех, кто давно был приговорен к казни. Остальных часто можно было сдать в руки полиции или более грозных недоброжелателей. Их дальнейшая судьба меня не волновала.

С тех пор, как впервые стало известно о Списке, я внимательно следил за происходящим в столице, но снова и снова упирался в тупик. Меня не учили расследовать, да я и не интересовался этим прежде. В Списке значились имена предателей, тех, кто в начале войны с демонами отличился не лучшим образом — призывал солдат не подчиняться и не защищать страну. Предать драконов. Впрочем, это лишь теория, потому что доказательств нет. Кто знает, чье имя окажется следующим. Может быть, мое?

Вчера у меня был шанс найти Список первым. Неизвестные оставляли его раз в семь дней в одном из трех мест, каждый раз дополняя новым именем. Но я опоздал. Отвлекся на девчонку.

Такого со мной давно не случалось. До войны я успел наиграться с ними в Академии. Впрочем, все было исключительно добровольно. Миленькие адептки не пропускали никого с боевого факультета, стоило только в их сторону посмотреть. Но после победы я вернулся в столицу кем-то другим. Кем-то, кого не должно существовать в мире. Для бывших солдат, если прижмет, везде есть бордели, совсем не обязательно сближаться с кем-то. А мне с моими ранами было не до людей, даже разговаривать не хотелось.

Девчонка показалась мне странной. Милой. Лет двадцати, не больше, а то и меньше. Звереныш: тонкое личико, острый носик, живые, любопытные, но пугливые глаза. Она была точно лисенок, только рожденный без присущей собратьям хитрости. Даже смотрела так беззастенчиво и открыто, что мне впервые за долгое время захотелось засмеяться. А потом слегка щелкнуть ее по носу, чтобы привести в чувство.

На несколько минут я словно вернулся в прошлое, готовый увлечься ею. Всего разок, пока нет присяги, пока еще принадлежишь себе — так мы все оправдывали свои похождения. Возможность надышаться, пожить впрок. Я почувствовал себя живым, а такого со мной давно не случалось. Следом же с удивлением понял, что этой ночью Список стал мне не так уж важен. Все, чего я хотел, — продлить забытые ощущения.

Но девчонка все испортила. Сама того не зная, напомнила мне о моем месте. О предназначении — том самом, которое одинаково у телохранителя и у наемника. Выполни за меня — умри за меня. Она лишь искала помощника, и отчего-то это до безумия больно резануло по сердцу, хоть я и выбрал свое нынешнее занятие сам. А, собственно, на что надеялся? На любовь к уроду с первого взгляда?

Нет. Такие, как она, выбирают совсем другое. А для меня… Для меня уже поздно.

Ненависть растекалась по венам вместо крови. Ненависть ко всему и всем, что нас окружало. Даже к дому и титулу, которыми от меня откупились. Рабства больше нет, радуйся, только не смей вспоминать вслух. Один их бывших телохранителей даже стал первым советником императора. Какая честь! Я задолжал ему пару ударов.

Я вскочил с постели, не в силах больше лежать. В такие моменты лучшим выходом было пройтись по свежему воздуху. Тогда в голове прояснялось, а ненависть удавалось направить в нужное русло — на работу и заказанные цели. Полностью она не исчезала никогда.