Дракон по найму

Глава 21. Иви

Одна из нескольких традиционных ярмарок в столице начиналась в первый день лета и не закрывалась в течение трех суток даже по ночам. В ее начале в центр города бедняков не пропускали, а в конце смотреть там было уже не на что — хотя бы по мнению моего брата, — поэтому до сих пор ни на одной я так и не побывала. Честно признать, тогда мне и не хотелось. Я неловко чувствовала себя в толпе, особенно после того, как открыла свою неполноценную магию. Будто каждый догадывался об этом, когда скользил по мне взглядом. Удивительно, как все изменилось: за последние полгода людское осуждение стало последним, что меня волновало. Да что там осуждение — я даже в бордель умудрилась залезть!

С Нейтом меня пропускали повсюду. И неуютно, казалось, было ему: нас то и дело останавливали радостные люди, чтобы поздороваться или задать бессмысленный вопрос о самочувствии или насущных проблемах. Бывшие сослуживцы, мелкие чиновники, а также те, кто занимался его лечением и устройством в городе после войны, как позже пояснял мне Нейт. Сам он большого желания общаться с кем-либо не выражал, а все встречи старался сократить до пары слов, оправдываясь тем, что мы спешим.

Впрочем, спешить нам было некуда. С покупками мы управились быстро. И с его, и с моими, посмеявшись над тем, что не родились любителями долгих примерок и поисков. Казалось, мы просто стали счастливее, отделавшись от обязательной части. Все должны были доставить к Нейту домой.

Нейт же никуда не торопился, позволяя мне нагуляться по ярмарке.

— Что там? — указала я на мост над небольшим прудом. С него доносился звонкий смех девушек.

— Развлечение для таких, как ты, — усмехнулся Нейт. Его настроение тоже заметно улучшилось. Он даже на нормального стал походить. На живого.

— Это каких же?

— Не знаешь? — удивился он. — Давно ты в столице?

— Как сказать. — Я задумалась, прикусила губу. — Перебралась в город, как осталась одна. Выживать здесь легче, работы больше, полиция охраняет. Но мы и раньше жили довольно близко, на ферме к югу отсюда. Сначала вместе, потом, когда брат поступил в Академию, я одна, под присмотром очень милой семьи. Он собирался купить домик где-нибудь на окраине и забрать меня насовсем.

— Почему ты не вернулась на ферму? — удивился Нейт.

Я невольно сморщила нос:

— Понимаешь, они были слишком «милыми».

— Били?

— И это тоже. В основном экономили. На моей еде, например. Раньше они хоть боялись, что я пожалуюсь брату, он приедет и покажет им настоящего мага, — усмехнулась я. — Ну или денег за мое проживание не заплатит, раз они не туда идут. А самой мне что там делать? В рабыни, может, и возьмут, только я не уверена, что это лучше, чем одной.

Я пожала плечами и беззаботно улыбнулась Нейту. Вообще-то, не собиралась жаловаться. Я успела приспособиться к жизни, для меня даже работа и кров находились. Добавить бы капельку безопасности, чтобы не прятаться от каждого военного, которого встретишь на улице, и можно наслаждаться летними деньками.

— На мост магией переносят корзинки с цветами. Если спустишь одну в пруд, она принесет тебе удачу в этом году. Женские суеверия, — пояснил Нейт, любезно возвращаясь к моему вопросу, будто отступления и не было. Я испытала благодарность: мне не слишком нравилось рассказывать о неприятных моментах своего прошлого, даже если скрывать там было нечего.

— Пойдем посмотрим, — потянула я его к пруду.

Отчего-то ожидала, что Нейт откажет, но не почувствовала сопротивления. Только за пару шагов до цели он выпустил мою руку, чтобы я смогла скорее протиснуться вперед и осмотреться.

Когда я наконец оказалась на краю моста, меня ждало разочарование — корзиночек с цветами не осталось. Я оглядывалась, разыскиваю хоть одну, спрятавшуюся за ногами случайных прохожих, но камни моста были равнодушно пусты. Улыбка медленно сползала, уголки губ опускались несмотря на то, что я не хотела показывать Нейту своего маленького и глупого горя. Рядом со мной остановилась такая же обиженная девица, моего возраста или чуть старше. Скрестила руки на груди, надула нижнюю губу. Потом покосилась на меня и спросила:

— Тоже не успела?

— Не успела, — отозвалась я.

— Вот зараза, — вздохнула она. — Теперь год ждать до следующего лета.

— А это так важно? — удивилась я. Не очень-то верила в удачу от мусора в мутной воде. Но почему так расстроилась? Словно и в самом деле только что упустила нечто важное. Да и удача мне бы ой как пригодилась.

Девица собиралась ответить, но вдруг перевела взгляд на что-то позади меня. Я обернулась — и едва не уткнулась носом в грудь Нейту, который протянул мне маленькую корзинку с цветами. Из нее торчали ромашки, и она помещалась у него на ладони.

Я с радостным визгом повисла на шее Нейта, который только и успел, что отвести руку с добычей в сторону.

Забрала корзинку, опустилась на колени и аккуратно скинула ее в воду, мысленно умоляя не перевернуться. Та послушно осталась покачиваться на поверхности, а у меня сердце замирало от странного ликования.

— Тебе-то, конечно, неважно, — проворчала девица, когда я снова поднялась на ноги, отряхивая юбку. — Могла бы и мне отдать, раз у тебя, вон, все хорошо.

— Да что хорошо-то? — удивилась я.

— Мужик-то у тебя говорю, явно не из простых. Не трус и не бедный. Он бы тебе и так предложение сделал. А я вот не дождусь никак.

Я уставилась на нее во все глаза. Она хихикнула, оценив мою реакцию, и спросила:

— Не местная, что ли? Корзинки эти для тех, кто желает обручиться. Парни с берега смотрят, кто их в воду пускает. Если девка приглянется, может подойти и предложить брачный договор. А уж если сам тебе корзинку вручил, так считай, ты уже замужем, жреца только и не хватает, чтоб подтвердить. Это вариант для смелых. Редко тут увидишь, чтобы кто-то так свои права заявил. Все больше украдкой подходят: сначала договор подпиши, приданое покажи, а потом видно будет.

Речь ее казалось странной, даже смысл улавливался с трудом. Но чем дольше я слушала, тем сильнее краснела, не поворачиваясь к Нейту, который явно до сих пор стоял у меня за спиной и тоже все слышал. Только не отвечал и даже внимания к себе не привлекал, будто его и не касалось.