Дракон под маринадом

Глава 10. Забег и его последствия

Мими Вигано

Проснулась я от звука шебуршения, так похожего на мышиный, что глаза распахнулись сами по себе, а увиденная картинка заставила сначала подпрыгнуть на кровати, а затем замереть, завороженно рассматривая Томмасо.

Он уже встал и стоял посреди комнаты в тонком трико, которое словно вторая кожа обтягивало его, более того, он надевал на себя что-то типа узкой рубашки. Но сейчас я все еще могла наслаждаться видом его голого торса с шестью волнующими кубиками.

Я никогда еще в своей жизни не видела мужчину так близко, да и еще в таком виде, и эта картина смущала меня и одновременно будила во мне что-то доселе неизведанное. Мне очень захотелось потянуться и прикоснуться к этим кубикам, узнать, такие ли они твердые на ощупь, какими кажутся со стороны.

– О, Мицио! Ты уже проснулся? – голова Томмасо, наконец, вынырнула, и теперь мой начальник смотрел на меня с доброй улыбкой, от которой почему-то становилось неловко. Ведь я за ним подсматривала!

– Проснулся, – пробурчала я, садясь в кровати, опустив голову вниз, лицо горело от неловкости и пускай я сейчас лучше покажусь ворчуном, чем Томмасо поймет настоящую причину моих реакций.

– Замечательно, давай одевайся на тренировку! Я тебя уже жду! У нас будет примерно час времени и я не хочу его терять! – голос моего шефа буквально источал энергию и радость жизни, отчего мне становилось только более тошно.

– Но у меня нет такой одежды, – заметила я, с ужасом поняв, что стоит кому-то напялить на меня нечто подобное, как мой секрет перестанет быть секретом. У меня была небольшая грудь, но все равно не настолько маленькая, чтобы оставаться совсем незаметной.

– Так надевай то, что есть! – торопил меня Томмасо.

– Ну, у меня есть вот пижама, – я указала на свой балахон, – и сменная одежда, – я кивнула на аккуратно сложенную стопку возле кровати. В стопке была в основном выданная мне академией форма.

– Это что, все? – Томмасо выглядел озадаченным, если не сказать шокированным. – Ты что, сбежал из дома?– поинтересовался он в ужасе.

Я, честно, не знала, что отвечать на подобный вопрос, правду говорить было нельзя, слишком опасно, но и отрицать очевидное было тоже нелепо.

– Скажем так, я очень торопился, – наконец, смогла выдавить я из себя единственный более-менее приемлемый вариант, пришедший мне в голову. Томмасо несколько растерянно потеребил свою бороду.

– Значит так, в выходные пойдем в город и купим тебе все необходимое, а что не найдем, я закажу у торговцев.

– Но у меня нет денег! – ахнула я в ужасе.

– Зато у меня есть и я не позволю своему комми выглядеть как бездомному! – решительно отрезал молодой человек. А у меня перед глазами начало темнеть, потому что в своих мыслях я уже красовалась всеми своими изгибами в таком же облегающем трико. Бррр! Надо срочно что-то придумать!

– Только ничего облегающего! Я сильно похудел и хочу еще и очень стесняюсь своей фигуры, – я и сама плохо понимала, что за несусветный бред я несу. Мой шеф смотрел на меня недоуменно и растерянно медленно моргал, я его вполне понимала.

Прошло несколько долгих томительных секунд в полном молчании.

– Ну раз так, то давай собирайся быстрее, мы теряем время, отведенное на тренировку, – наконец, выдал он, а я, продолжая нести какой-то бред о своей стеснительности, проскользнула в ванную для того, чтобы сменить пижаму на единственную одежду, которая у меня была.

Когда я выходила из ванной, уже полностью одетая, Томмасо разминался или, может быть, растягивался, не знаю, что именно это было, но его тело буквально перетекало из одной замысловатой позиции в другую не менее замысловатую. И выглядело это настолько естественно, словно это был какой-то танец. Завораживающий и очень опасный танец, потому что выглядел при этом мой шеф как хищник перед броском.

– Как красиво, – вырвалось из меня, несмотря на то, что я приложила немало усилий для того, чтобы удержать рот на замке. Но не получилось.

Томмасо только улыбнулся в ответ слегка смущённо.

– На отработку боевых стоек у нас с тобой сегодня уже точно не осталось времени, но если ты этого хочешь, то я тебя научу, – заметил он абсолютно ровно, а моё сердце забилось как сумасшедшее, в самом деле, с каждым часом мой шеф нравился мне всё больше и больше.

– Я буду счастлив, – я не сдержала широкой улыбки.

– Ну тогда, чтобы всё успевать, будем вставать на час раньше, – просветил меня с улыбкой Томмасо, а моя улыбка стала меркнуть. Нет, я, конечно, ничего не имею против занятий и учёбы, я готова как губка впитывать всё, что только смогу, но сон. Спать мне просто необходимо.

– Как скажешь, – всё же выдавила я из себя с кислой улыбкой.

– Не вешай нос! Нам сейчас ещё предстоит сделать спуск до города и подъем обратно! – всё так же радужно сообщил мне шеф. А я на несколько секунд потеряла дар речи. Он сошёл с ума?

– Но это же, как минимум, час в одну сторону!

– Значит, нам стоит поторопиться!

– Да даже если мы поторопимся, то всё равно не успеем!

– Значит, побежим! Нет ничего прекраснее, чем хорошая пробежка с утра на голодный желудок! – все так же солнечно улыбаясь, сообщил мне этот псих, а я обнаружила, что мы уже покинули здание академии.

Через десять минут я поняла, что он не псих, а настоящий изверг, которому доставляет удовольствие издеваться над другими. Пот катил с меня буквально ручьём, рубашка противно прилипла к спине и дико хотелось снять жилет, который был надет сверху, но если я что-то понимала, так это то, что делать этого категорически нельзя. Томмасо при этом упорно тащил меня вперёд по пересеченной местности, набирая какую-то совершенно невероятную скорость на узеньких дорожках и буквально перепрыгивая небольшие валуны на своём пути.

Ещё через пятнадцать минут я поняла, что помираю, а ещё, что этот маньяк совершенно не собирается сдаваться. Сердце билось уже где-то в районе горла, грозясь в любой момент попросту выпрыгнуть из меня. И меня это не пугало, наоборот, больше всего на свете мне сейчас хотелось просто лечь и умереть.