Дракон-полиглот, или Мой сожитель — древнее чудовище

Глава 12: Визит к Лёше

Солнечный свет, льющийся в окно уютной кофейни в двух шагах от университета, казался Вáре издевательством. Он был слишком ярким, слишком беззаботным. Он освещал мир, который, как она теперь знала, был обманчивой оболочкой, декорацией к чему-то бесконечно более сложному и опасному. Сидя за столиком у окна, она чувствовала себя переодетой шпионкой на вражеской территории. Каждый звон колокольчика на двери, каждый громкий смех, каждый незнакомец, задерживающий на ней взгляд на секунду дольше положенного, заставлял ее внутренне сжиматься.

Она пришла сюда по настоянию Арриона.
«Вам нужно поддерживать видимость нормальной жизни, — сказал он утром, наблюдая, как она нервными глотками пьет чай в его убежище. — Резкий разрыв со всеми социальными связями вызовет подозрения. Ваш друг... Лев. Он уже проявлял беспокойство. Вызовите его. Успокойте. Сыграйте свою роль».

Сыграть роль. После всего, что она увидела, после когтей, крыльев из тьмы и огненных рун, после осознания, что за ней охотятся, притворяться «просто аспиранткой» казалось задачей титанической сложности. Она сжала в руках кружку с капучино, пытаясь согреть ладони, но холод шел изнутри. Она мысленно репетировала возможный разговор, но все фразы звучали фальшиво и неубедительно. Как можно говорить о погоде и диссертации, когда твоя реальность расколота пополам и в одной ее половине обитают мифические чудовища?

— Варь! Ты как с того света!

Громкий, радостный голос заставил ее вздрогнуть так, что кофе расплескался на блюдце. Перед ней стоял Лёша, его дородная фигура в растянутой худи с пиксельным принтом какого-то ретро-игрового персонажа заслонила собой пол-кофейни. Его доброе, улыбчивое лицо с густой бородой было воплощением всего того нормального, безопасного мира, который она потеряла. В его присутствии ее собственная тревога показалась ей особенно уродливой и чужеродной.

— Привет, Лёш, — выдавила она, пытаясь натянуть на лицо улыбку. Получилось не очень убедительно.

Лёша грузно уселся напротив, отодвинув стул с характерным скрипом.
— Ну ты даешь! Пропала на неделю! Не берешь трубку, в мессенджерах молчишь! Я уж думал, тебя в секту завербовали. Или ты, наконец, словила тот самый дедлайн-апокалипсис и пишешь диссертацию в бункере, подключив мозг к серверу.

Он говорил быстро, весело, его карие глаза смеялись. Вáря чувствовала, как ее лицо деревенеет. Она должна была ответить что-то столь же легкое, шутливое. Но слова застревали в горле комом.

— Да так... Вирус какой-то подхватила, — проговорила она, глядя в свою кружку. — С температурой. Голова не соображала.

— Вирус? — Лёша нахмурился, его брови густой шапкой сошлись на переносице. — Слушай, а ты и правда неважно выглядишь. Тебя чуть ветром не сдует. И глаза... как у загнанного оленя на трассе. Это какой-то новый лингвистический грипп? Заразилась от древнешумерских глаголов?

Он пытался шутить, но его взгляд стал внимательным, изучающим. Лёша мог быть шутником и циником, но он был невероятно проницательным, особенно когда дело касалось тех немногих, кого он считал своими. Он видел каждую морщинку усталости вокруг ее глаз, каждое нервное движение пальцев.

— Что-то вроде того, — снова уклончиво ответила Вáря. Она сделала глоток кофе, но он показался ей горьким и безвкусным, словно жижа.

— Ладно, с вирусом понятно, — Лёша откинулся на спинку стула, сложив руки на животе. — А теперь скажи честно: это твой новый сосед-миллионер тебя так изводит? Что, он по ночам на балконе в дракона превращается и требует свежих девственниц? Или свитки его древние елозят по полу, и ты не спишь?

Вáря поперхнулась. Кофе пошло не в то горло. Она закашлялась, из глаз брызнули слезы. Лёша с испугом подал ей салфетку.

— Ты чего? Я же пошутил!

— Ничего... все нормально, — прохрипела она, вытирая слезы. Его невинная шутка попала в самую точку с пугающей прозорливостью. — Просто... глотнула не так. С Аррионом все в порядке.

— Ага, вижу, что в порядке, — проворчал Лёша. — С тобой-то все явно не в порядке. Ты на пружине. Смотришь на дверь, как будто ждешь, что сейчас ворвутся люди в черном. У тебя даже руки дрожат.

Вáря судорожно убрала руки со стола, спрятав их под столом на коленях. Она пыталась дышать глубже, как учил Аррион в моменты паники. «Контролируйте дыхание. Дыхание управляет сердечным ритмом. Сердечный ритм — мыслями». Но сейчас эти техники казались детской игрой перед натиском реальности.

— Просто диссертация, Лёш. Нервы. Знаешь, у меня там один падеж никак не сходится. — Она попыталась снова улыбнуться, но чувствовала, что это похоже на оскал.

— Падеж? — Лёша фыркнул. — Варь, я тебя знаю сколько лет? С первого курса. Ты из-за падежей не спала, не ела, ходила как привидение. Но так, чтобы ты пряталась от мира и выглядела так, будто тебя только что прессовали катком... Это не падеж. Это что-то другое. Он тебя обидел? Сосед? — В его голосе внезапно прозвучали стальные нотки. — Скажи слово, я с ним поговорю. Деньгами пугает? Связями? Я ему быстро объясню, что в России с айтишниками шутки плохи.

— Нет! — почти крикнула Вáря, испугавшись самой мысли, что Лёша полезет выяснять отношения с драконом. — Нет, Лёша, все не так. Он... он очень помог мне. На самом деле.

— Помог? — Лёша скептически приподнял бровь. — Чем? Купил новую квартиру? Подарил остров? Или, может, он гипнотизер и загипнотизировал тебя, чтобы ты за него замуж вышла? Говори уже!

Мысли путались. Она не была готова к этому допросу. Все заготовленные отговорки вылетели из головы. Ее разум, обычно ясный и аналитический, был затуманен страхом и усталостью. Она чувствовала себя загнанной в угол, как зверек в свете фар.

— Он... он защитил меня, — прошептала она, глядя в окно, на беззаботных прохожих.

— Защитил? От кого? — Лёша наклонился через стол, его голос стал тише, но от этого только интенсивнее.

— От... — ее горло пересохло. Она не могла сказать «от оборотней». Ее мозг лихорадочно искал замену. — От грабителей. Да. Ко мне в квартиру пытались вломиться грабители. А он... он был рядом. И он их... отпугнул.