Дракон с прицепом для шальной попаданки

Глава 12. Об опасности коротких путей

Когда люди говорят о короткой дороге, это всегда внушает некоторые опасения. Что до меня, то одна короткая дорожка меня недавно привела в неприятности. Срезала, значит, через парк, а теперь нянчу детей в замке у нелюдя какого-то. Ещё и пальто любимое какая-то тварь сожрала. Ценная вещь была, между прочим. Так что совершенно очевидно, что услышав, как Нисса с самым невинным видом предлагает мне короткий путь, я почувствовала, как по телу пробегает дрожь.

– Знаешь, милая, думаю, мы с тобой никуда не торопимся. Может, мы сперва отыщем кого-нибудь из слуг, скажем, Фредерику, и спросим у нее, не видела ли она Корвина.

– А как же библиотека? – прищуренные зелёные глаза с подозрением таращились на меня.

– А библиотека никуда не убежит, – заверила девочку я. – Стояла же она тут столько веков без проблем. Давай сначала отыщем кого-нибудь из взрослых, после чего отправимся в библиотеку.

«Самое опасное и страшное существо, которое вы можете встретить в тёмном переулке, это маленькая девочка», вдруг вспомнила я старую шутку.

– Ну, хорошо, – после недолгих размышлений кивнула она. – Идем к Фредерике. За мной.

И чего я запаниковала? Нормально же всё. Наверное, это от непривычки. С детьми мне прежде близкого контакта иметь не доводилось, в замках жить тоже. Вот я и разнервничалась. Совершенно напрасно, между прочим. Замок очень даже уютный и милый. С прекрасной, как я вижу, теплоизоляцией, удобной, как я уже оценила, сантехникой и милыми слугами.

Не какое-нибудь жуткое средневековье с чадящими факелами и холодными стенами. Мне еще повезло, если подумать. Попала в симпатичный замок со всеми удобствами. Загляденье.

Задумавшись о том, что не так уж все плохо, я даже не заметила, как широкий светлый коридор сменился более узким и темным, немного похожим на тот, в котором, предположительно, таился таинственный бомка.

– Нисса, ты уверена, что мы… Нисса? – я торопливо обернулась, но вдруг обнаружила, что девочка исчезла. Испарилась, словно и не было никакой девочки. – Нисса, мы же собирались к Фредерике, а потом в библиотеку, – попытавшись подавить дрожь в голосе, крикнула я в темноту коридора.

Никакого ответа. Ни звука шагов, ни таинственных шорохов. Тяжело вздохнув и помянув сквозь зубы какую-то там мать (возможно даже почившую мать моей подопечной, что, признаю, не делает мне чести), я зашагала обратно. Доберусь до холла, а оттуда уже пойду к Фредерике. Она экономка, вот пусть и экономит мне нервные клетки. Фредерика наверняка знает, и где может обитать Корвин, и куда подевалась Нисса.

Да что ж не так с этими детьми? Они разбегаются, как тараканы! Как прикажете воспитывать детей, если они постоянно куда-то исчезают? А ведь я ещё даже не начинала им давать задания по чистописанию и математике!

На первом же попавшемся перекрестке я слегка зависла. Нет, я точно помнила, что мы пришли из… а из какого же коридора мы пришли? Выглядят они совершенно одинаково: тёмные и мрачные. И пахнут оба сыростью. Вот зря я похвалила замок. Видимо, светлые и чистые здесь исключительно жилые зоны, а дальние коридоры собирают пыль и обрастают потихоньку плесенью… и неведомыми бомками. Може и мне стоило прихватить с собой оладушек-другой, чтобы задабривать созданий, которые тут обитают? А что? В нашем мире в пустых комнатах заводится пыль и пауки… а в волшебном мире – пыль и бомки какие-нибудь. Всё логично!

Интересно, а если я здесь заблужусь, меня быстро найдут? Или лет через триста, когда очередной владелец будет делать ревизию, он откопает истлевший скелет и задумается, кому же тот принадлежал. А что? Родственников у меня нет, искать никто не будет. Слуги пожмут плечами и дальше пойдут, а этот… отец семейства даже своими детьми, кажется, не особенно интересуется, так что пропажу девицы, которую случайно приволок из леса, даже не заметит.

Я отчаянно старалась не паниковать, но с каждой секундой все отчётливее понимала, насколько незавидное мое положение. Эта маленькая пиранья попросту завела меня вглубь замка и бросила. На что, интересно, она надеялась? Что я останусь здесь навеки, а мои кости найдет следующий владелец замка? Нет уж, я на такое не подписывалась.

– Э-э-э-эй! Есть тут кто-нибудь? На раз-два, выходи из темноты, на три-четыре, стройся в шеренгу!

Ну, да.. Как я и думала, никого.

Шагнув в один из коридоров – выбирала, конечно, наугад – я постаралась выбросить из головы все панические мысли. Всё будет хорошо. Всё просто обязано быть хорошо!

Однако время шло, а никакое «хорошо» ко мне не торопилось. Уставшие ноги всё настойчивее намекали, что хорошо бы остановиться и сделать привал, но я упорно продолжала кружить и кружить по незнакомым переходам, когда, наконец, утомленная и злая, наткнулась на портрет. Это было первое человеческое лицо за последние несколько часов! Просто поразительно, какие, однако, бывают пустые замки!

Портрет висел в конце коридора, самым мерзким образом заканчивавшегося тупиком (чертова замковая архитектура), и улыбался что та Джоконда. Таинственно, загадочно и немного ехидно, словно посмеивался над моим невезением.

Кому нужно было вешать портрет в такой дальней части замка, я решила не думать. Может, это дальний и не слишком любимый родственник. Выбросить портрет жалко, а смотреть на него каждый день не хочется. Вот и приткнули куда подальше.

В полумраке рассмотреть мужчину было нелегко, но я, решив дать хотя бы минутку отдыха гудящим ногам, никуда не торопилась и всласть разглядывала застывшую на холсте физиономию. Фамильные черты налицо. Похож на моего Этрана Малакакеготам. А вот на детей не очень. Может, они приёмные?

А все же, интересно, кто тут изображён. Придвинувшись к полотну чуть ли не вплотную, я разглядела почти поглощенные временем буквы. «И даже время мне не помешает. Карлоний уль Маут». Звучит немного зловеще. Интересно, это у них так принято в семье, быть максимально зловещими и загадочными? А может просто…

Но закончить мысль я не успела. Где-то в отдалении послышался жуткий скрежет и сердитое рычание. Кажется, в этих коридорах обитает кое-что похуже старых портретов и заблудившейся гувернантки. А у меня, как назло, при себе ни пальто, ни оладий, чтобы откупиться от жуткого чудовища, которое, тяжело дыша, приближалось ко мне. Бежать было некуда.