Дракон с сюрпризом. Кулинарный переворот

Глава 10. Лечебница

Лекарка переключилась на Эллу, но то и дело бросала на меня странные взгляды. Фея подробно описала обстоятельства, при которых она порвала свои крылья, дала их тщательно осмотреть. Девушка внимательно все записала и принялась кружиться возле феи. Так и этак крутила ее, просила то приподнять крылышки, то опустить, то сложить вместе.

– Очень необычные повреждения. – выдохнула наконец лекарка и сделал очередную запись. – Боюсь, что мы не сможем ничем вам помочь. Слишком сильный разрыв, удивительно, что они вообще еще держатся, и вы можете хоть что-то ими делать. – Мне очень жаль.

– Постойте, – строго заговорил я. Сам удивился твердости в голосе. Девушка подняла на меня свои голубые глаза и снова растерялся на некоторое время. Прочистил горло и заговорил, стараясь не смотреть ей в глаза. – То есть вы не сможете ей помочь?

– Нет, – покачала головой. – Вот смотрите. – она приподняла крылышко, стараясь аккуратно расправить его так, чтобы я увидел масштаб повреждений. – Госпожа Крошка рассказала, что приклеилась к большому листу и долго не могла освободиться от него. Она дергала лист. Если совсем коротко, пока лист был приклеен к ее крыльям, он держал их. – тяжело вдохнула. – Правильнее было чуть намочить карамельную поверхность и потом аккуратно освобождать крылья от поверхности листа. Но не дергать! – Элла опустила голову и шмыгнула носом.

– Но ведь… – понял, что и моя вина в произошедшем была. – Неужели вы ничего не можете сделать?

– Так как у нее карамельные крылья… мы могли наложить крахмальную бумагу, смоченную в карамели и, дождаться ее высыхания, это бы стало своего рода бандажом для крыльев, но летать бы все равно категорически запрещалось. – девушка с грустью посмотрела на фею. – Но карамельный бандаж содержит ваниль, а у пациентки аллергия на ваниль, так что применить этот вариант мы не можем.

– Но… – глаза девушки, полные сожаления, заставили меня замолчать.

– Мне правда жаль. – Девушка поднялась и направилась к новым пациентам. Пришли к врачу и что в ответ.

Опрос, осмотр крыла на свет.

Отказ в лечении, приём "сердечный".

А кричат, приходите мы вас подлечим.

Слова Хлопа словно ножом по сердцу. Вздохнул, поднял руку к лицу и взглянул на Эллу, которая все еще сидела на моей ладони, опустив голову.

– Ты как?

– Нормально, – тихо отозвалась фея. – Ты меня оставь где-нибудь… – сдавленным голосом заговорила она. – Я дальше сама справлюсь.

– Угу, – кивнул. Плечи феи опустились еще ниже. – Только сначала твои крылья вылечим, а потом уже и справишься.

Фея подняла на меня удивленный взгляд, и я впервые увидел в глазах слезы, которые блестели в свете, что лился из окна. Не нашелся что сказать, поэтому поднял ее выше и дождался, когда она перейдет на мое плечо. После этого больше не задерживаясь, вышел из лечебницы.

На улице было шумно. Город гудел. Торговцы зазывали к себе покупателей. Пахло свежей выпечкой, пылью. Остановил повозку и назвал адрес. Ехали молча. Слышал, как Элла тихо хлюпала носом, но старалась держаться, поэтому не влезал. Даже Хлоп молчал, что было странно. Но вся ситуация нагнетала, и становилось грустно. Повозка остановилась, и я вышел на мостовую. Молча расплатился и посмотрел на свой отчий дом. Именно здесь я родился и прожил большую часть своей жизни. И вот я снова здесь. Сделал шаг в сторону двери и решительно постучал.

Некоторое время никто не открывал, но я был уверен, что дома кто-то есть. Когда послышался звук открываемого замка, с облегчением выдохнул. На пороге стояла красивейшая женщина в его жизни. Светлые волосы, собранные в тугую косу, яркие голубые глаза, которые наполнились теплом при виде гостя, что стоял на пороге.

– Зеф! – она бросилась обнимать меня, даже несмотря на приличную разницу в росте.

– Мам, – смутился я и тоже крепко ее обнял. Запах родной, теплый из далекого детства, вызвал у меня невольную улыбку. – Давай, я хоть зайду.

– Конечно, дорогой, – спохватилась Мелия Огнехрип и впустила сына внутрь.

В доме было тихо и пусто, но, как всегда, пахло пирожками и запеченными овощами с мясом.

– А где все?

– Слуги разбежались, едва стало известно о потере рецепта, а отца арестовали, – сказала она с грустью. – Никто решился помочь.

– А как же дядя?

– Он первым умыл руки и отстранился от нас. – мама горько улыбнулась и направилась в сторону кухни. – Ты, наверное, голодный?

– Мам, я хотел сходить к отцу…

– Нет, милый, сегодня не день посещений, – покачала Мелия головой. – Завтра сходим вместе.

– Нет, я схожу один, – сказал твердо.

– как скажешь, дорогой, – Мелия удивленно посмотрела на сына. Потом на тех, кто сидел на его плечах.

– А, – спохватился я, – мама, знакомься, это, – подставил руку для Эллы и опустил фею на кухонный стол. – Это Элла Крошка, она кондитер.

– Очень приятно, – улыбнулась Мелия.

– Взаимно, – нехотя отозвалась фея.

– А это Хлоп… – помог спуститься и пирожку, на которого мама посмотрела с недоверием. – Я его оживил… – округлила глаза, – своим чихом.