Дракон с сюрпризом. Кулинарный переворот

Глава 19. Прозрение

Пока я ждал прихода Канеллии, все терзался от осознания, что вероятно помощи мы не дождемся, и придется искать другой путь. Зато было время найти свою книгу рецептов и конверт с папиным письмом. Когда нашел его среди страниц, тяжело вздохнул. Открыл и развернул лист плотной бумаги с королевским гербом. Прочитал рецепт и удивился простоте рецепта. Весь секрет был в сочетании трав и специй. Именно они вызывали чувство примирения и понимания.

Проблема в том, что получается теперь, кроме меня, во всем королевстве не было никого, кто знал бы этот рецепт. Отец не кондитер и вряд ли смог бы воспроизвести его с точностью. Еще раз посмотрел на рецепт и вспомнил слова Канеллии о его бесполезности, поэтому смял листок и бросил его в камин без сожалений.

Если придется доказывать причастность гильдий к преступлению, я готов был сделать это, но вот политику секретных рецептов придется как-то менять. Как пока что не имел ни малейшего понятия, но… если придется выступить против гильдий и ненужного закона о секретных государственных рецептах, то придется это сделать. Ради будущего королевства и… свободы самовыражения кондитеров и пекарей.

В библиотеке наткнулся на Хлопа, который самозабвенно читал какой-то любовный роман, их любила читать мама. Пирожок посмотрел на меня и томно вздохнул.

– Что такое? – спросил я осторожно.

– Любовь способна преодолеть все преграды, что встают перед ней. Нет лучше влюбленным награды, для них не победы ценней.

– Хм, – улыбнулся. Чуть задумался и вдруг спросил. – Как ты думаешь, ты выражаешь свои мысли или же все-таки мои, как твоего создателя?

– Хороший вопрос, – вдруг серьезно заговорил пирожок. – Если углубиться в природу бытия, то любой создатель вкладывает в свое произведение часть своей души и знаний. Так что если оперировать именно этими понятиями и принять их на веру, то… — Хлоп чуть задумался. – Я отражение твоих глубинных мыслей и желаний, выраженных прямо и без преград, можно сказать, я твой внутренний голос, который ты прячешь в силу своей скромности.

Я на мгновение застыл от услышанного и вдруг осознал, что, все сказанное ранее Хлопом, действительно где-то очень глубоко сидит во мне самом, он виртуозно обличает в слова то, в то время как я стараюсь укрыть от окружающих, потому что общество не любит такого. Не любят прямолинейных и правильных. Это я понял слишком рано и научился скрывать. Научился так хорошо, и конечно же забыл, что так вообще можно делать.

Стук молотка в дверь оторвал от тяжелых мыслей.

– Пошли встречать гостью, – улыбнулся Хлопу и подставил ладонь. Пирожок с готовностью залез на мою руку, следом на плечо, и я направился к входной двери, немного опередив маму, которая спускалась по лестнице. Открыл дверь, за которой стояла Канеллия в походной одежде, состоящей из белой рубахи, бежевых брюк, жилета в тон брюкам и уплотненного сюртука. На плече висела плоская сумка, видимо, для бумаг, а под ногами обнаружилась сумка побольше, видимо, с вещами.

– Какая красавица! – восторженно прошептал Хлоп, и я не мог с ним не согласиться. Драконица чуть покраснела.

– Вы чудесно выглядите, – добавил комплимент от себя и посмотрел на сумку побольше. – Вы надолго собрались в путешествие?

– Я предпочитаю быть готовой к неожиданностям. – довольно холодно парировала девушка и внимательно посмотрела на Хлопа. – А это что такое?

– Давайте не на пороге, – улыбнулся я и подхватил ее “багаж”, пропуская внутрь.

– Канеллия, – поздоровалась мама.

– Мелия, как ваши дела? – демонстративно передает и вторую сумку. Под строгий мамин взгляд молча забираю.

– А она бойкая, – прошептал Хлоп, и я снова не смог не согласиться. – А ты всегда как масло на теплом хлебе при ее появлении? – подал свободным плечом. – Влюбился, что ли? – Благо Канеллия и мама уже ушли в гостиную и не слышали этого разговора.

– Ты чего такое говоришь? – прошипел тихо.

– Ну, все признаки налицо, – пирожок посмотрел на свою хлебную ладошку и согнул один пальчик, – Сначала побледнел, потом покраснел, слова толкового в ее присутствии сказать не можешь, готов слушать ее голос, пока она говорит...

– Хватит, а? – почувствовал, как загорелись уши.

– Отрицание, – кивнул Хлоп.

– Перестань, – тихо зарычал, из ноздрей пошел розовый пар.

– Гнев, – выдохнул Хлоп. Почувствовал, как внутри закипает что-то непонятное, непривычное.

– Милый, с тобой все хорошо, – мама выглянула из-за угла.

– Да, – рыкнул в ответ, – все в порядке.

Положил сумку на столик в холле и последовал за дамами. Тем временем Хлоп сидел на моем плече и что-то мурлыкал себе под нос. На столе в гостиной уже расположилась Элла, которая моментально оценила мое состояние и колко заметила:

– Странно, что ты забыл наклеить одну из своих сладеньких улыбочек. – желание стукнуть себя по лбу было едва преодолимо. Натянуто улыбнулся.

– Так лучше? – я искренне надеялся, что она поймет намек, и, видимо, не ошибся, потому что Элла скривилась.

– Ой, нет, – покачала головой фея, – верни, как было. – она явно наслаждалась моим смущением, поэтому сдался и решил сменить тему. В одно мгновение стал серьезным и выдал: