Дракон в ипотеку

Глава 23. Лектор по распространению

На кухне своей квартиры, где чайник ворчит, а холодильник хранит не только еду, но и обиды, сидел у окна несчастный Фёдор Плешаков. Был вечер, когда одиночество особенно громко хрустит сухариками. А он теперь был один.

Без тараканов. Без секретных чертежей. Без смысла.

Он посмотрел на муху, которая делала круги над чашкой. Вздохнул. «Даже она занята. А я — нет».

Попробовал дрессировать ложку. Она сопротивлялась.

Построил макет катапульты из зубочисток.

Она выстрелила в ведьминого кота, который забрёл к нему в поисках вкусняшек. Тот обиделся и ушёл домой читать философию.

Фёдор пошёл в кладовку. Там — коробка с миниатюрными приборами:

микро-пылесос для мыслей, лампочка, которая включается от сомнений,

модель лифта, альтернативного Жоржу.

Он посмотрел на всё это, и вдруг пришла мысль. Как озарение.

«Такие вещи не должны сгинуть в забвении. Я не просто инженер. Я — распространитель. Я должен делиться».

В тот же день в холле появилось объявление:

«Лекции по распространению. Миниатюрные приборы. Вход свободный».

Из любопытства на лекцию пришли все. Даже я, хотя у меня выдался редкий день отдыха. Я – это Семён, не забыли?

Вечер в Доме №77 был на редкость спокойным. Даже трубы не скрипели, а батареи не стонали своим обычноым жалобным хором. В холле первого этажа поставили несколько старых стульев — именно там Фёдор Плешаков решил провести свою первую «лекцию».

Он вышел к нам с чемоданчиком, в котором раньше носил запчасти для тараканьих тренажёров. Теперь в нём лежали проволока, батарейки, несколько мотков изоленты и маленькая деревянная коробочка.

— Уважаемые жильцы, — начал он, немного смущаясь и поправляя очки. — Сегодня я хотел бы поговорить с вами… о мостах. Не тех, что из бетона и железа, а о маленьких, таких, что можно сделать из пары палочек и верёвочки.
Марина с ожиданием улыбнулась, я откинулся на спинку стула, а управдом закатил глаза:

— Опять тараканы…

— Нет, — твёрдо сказал Фёдор. — Сегодня без тараканов. Сегодня о нас. Видите ли, любой мостик — это способ преодолеть пропасть. Иногда пропасть маленькая, в сантиметр, иногда в целую жизнь. Я строил мосты для тех, кого вы считали ничтожными… и знаете, они по ним шли. А мы, люди, часто даже не пробуем.

Он достал коробочку, открыл — там был крошечный мостик из зубочисток и ниток.

— Вот. Это — макет. Делал для своих воспитанников… но теперь хочу показать вам. Мы тоже можем строить такие мосты друг к другу.

В зале повисла тишина. Даже Дом будто прислушивался: лампы тихо потрескивали, но не мигали.

— Фёдор Иванович, — вдруг сказала вредная Изольда Леопольдовна, которая обычно всех шпыняла, — а вы ведь правы. Мы ж тут как воробьи в клетке: ругаемся, делимся по углам. А ведь могли бы мостик построить. Хоть на кухню общий.

Марина кивнула:

— А детям нашим понравилось бы, если вы кружок открыли. Чтобы своими руками делать.

И даже я, почесав затылок, признался:

— Я вот честно скажу: думал, чепуха. А теперь вижу… это ж идея. Не про тараканов, а про жизнь.

Фёдор впервые за долгое время улыбнулся так, как будто нашёл себе новую семью.

— Спасибо, — тихо сказал он. — Значит, не зря я начал.

Через неделю после своей первой «лекции» Фёдор Плешаков уже не просто ходил по дому с чемоданчиком — у него появился настоящий кружок малой инженерии.

Дом даже сам помог: на чердаке открылся когда-то забытый склад. Там нашлись старые парты, лампы на длинных проводах и несколько коробок с непонятными деталями, явно не из этого века. А на класс выделили место в подвале. Жильцы устроили субботник. Я помог спустить мебель, Марина настояла, чтобы всё вычистили и покрасили стены, а дети жильцов уже бегали вокруг, требуя показать «как мостики делать».

— Так, — Фёдор постучал по столу гаечным ключом, изображая звонок. — Сегодня у нас первое занятие. Правила простые: ничего не ломать, никого не обижать, думать вместе.

На первом ряду сидели дети: Пашка из квартиры №12, парочка маленьких теплотийцев, две девочки-близняшки с третьего этажа и даже соседский мальчишка, которого привела баба Зина — «пусть займётся делом, а то всё в телефоне сидит».

Фёдор разложил детали: палочки, проволоку, батарейки, лампочки.

— Мы будем строить маленькие мосты, — сказал он. — Но мосты не только из дерева и ниток. Мосты из идей.

Дети с восторгом кинулись собирать, и уже через час у них получился целый «город» из мостиков, соединяющих коробки, банки и книги. По этим мостикам бегали игрушечные человечки.

— А можно, чтоб лампочка загоралась, когда человечек проходит? — спросила одна из близняшек.

Фёдор оживился:

— Конечно можно! Но для этого нам нужен контакт.

Он показал, как соединить батарейку, проволоку и лампочку, и когда мостик вспыхнул мягким светом, дети ахнули. Даже взрослые, заглянувшие на шум, застыли в дверях.

— Вот, — сказал Плешаков. — Мост загорелся, когда кто-то пошёл по нему. Точно так же и в жизни: если мы идём друг к другу — свет загорается.

Я тихо шепнул Марине:

— Слушай, да он философом стал.

— Не мешай, — улыбнулась Марина. — Пусть говорит, у него хорошо выходит.