Дракон злой королевы

Глава 4

(Около двадцати лет назад)

Как давно у него не было гостей? Десять лет? Двадцать? А может, больше сотни? Когда-то смельчаки приходили толпами — несметные богатства Подгорного короля манили многих, но вот уже многие годы его верным тварям самим приходится притаскивать людей.

И ни один не выжил.

Есть ли еще надежда на освобождение? Да и нужна ли ему эта надежда? Здесь, в глубине горы Валаад, он уже смирился со своей болью, сросся с ней. Он пьет звуки дождя и насыщается отблесками золота на стенах. Порой твари притаскивают полуживую жертву. И он пытается. Снова. Скорее по привычке, чем веря в удачу.

Его бодрствование пустое, но эта пустота благословенна. Потому что когда он засыпает, просыпается боль. Его проклятье. Расплата за то, что случилось давным-давно.

Ему снится Валаад, бескрайнее красное небо далекого мира.

Раз за разом, снова и снова он проживает те далекие события. Он пытается их изменить, но не может, ибо нельзя изменить прошлое.

Снова умирает Адара.

Снова печать предательства.

Снова судилище, что устраивает его брат.

Поэтому он практически не спит. Лишь иногда проваливается в болезненную дрему. Порой кажется, он сходит с ума. Сознание путается.

Чтобы придать своему существованию хоть какой-нибудь смысл, он считает крупинки золота. Сжигает и восстанавливает книгу, оставленную его братом в насмешку. К чему ему тайные знания мертвой королевы? Они лишь напоминают об ошибках.

Зачем дракон оберегает свое сокровище?

Плату, которую он получил от брата, прежде чем тот выкинул его и обрек на эту бесконечную пытку. Вечное заточение.

Неужели он еще надеется восстать и отомстить, возвратив это кровавое золото?

Или, просто, драгоценный металл — единственное, что его держит? Не дает раствориться в собственном безумии?

Чудится, что кто-то вновь ступил в его владения. Людей несколько. Они обрекли себя с самого первого шага под своды пещеры, но еще не знали об этом.

Заманить их вглубь оказалось просто. За несколько веков каменные стены пропитались его магией, и он легко создает материальные иллюзии. Каждый миллиметр этих сводов под его неусыпным взором.

Разделяй и властвуй.

Заблудившихся в тоннелях людей он разделяет легко. И когда они остаются в одиночестве, показывается им, а затем делится проклятьем. Но разве под силу человеку выдержать мощь драконьей магии?

Они не выдерживают. Их тела бесполезны. Может быть, зря он пытается? Люди слабее даже животных. Звери и птицы могут уместить в себе хотя бы крупицу его магии. Этого мало для вселения, но достаточно, чтобы изменить их, сделать послушными его воле.

А он продолжает пытаться искать идеальный сосуд.

Остается последний. Напуганный, вымотанный. Ничтожный.

Он показывается человечишке, когда тот зовет на помощь. Дракон полностью погружен в воды подземного озера и лишь немного приподнимает голову над блестящей черной гладью. Медленно втягивает ноздрями запах сжавшейся на берегу фигурки. Человеку страшно.

— Здесь кто-то есть? — истеричный вопль. — Спасите меня, и я дам вам золото! У меня много-много золота.

— Уж не моим ли золотом ты собрался со мной рассчитываться? — Если бы он мог, то наверняка бы рассмеялся.

Перед ним — сжавшийся, трясущийся человек сидит на перине из драгоценного металла, которая окружает все пространство озера.

Люди нуждаются в золоте, потому что ничего другого — ни воли, ни смелости — у них нет.

— Я не вижу! Где вы?! Спасите меня… я заблудился, я король!

— Как интересно… — дракон вытягивает шею так, что его становится видно. — Два короля на одну гору — уже перебор, не находишь?