Дракона не выбирают

Глава 5

— Вообще, в доме три этажа, десять спальных комнат, две гостиные, две столовые, бальный зал, каминный зал, охотничий зал, — перечисляла Шерри, пока мы поднимались по лестнице. — Но в последнее время лорд пользовался лишь западным крылом. Там только одна его спальня, малая гостиная и малая столовая. Все на втором этаже. Я бы предложила вам тоже поселиться там, поскольку те комнаты обогреваются от печи в кухне. Для остальных же комнат требуются кристаллы для подогрева, но сейчас мы не можем их себе позволить. Как и уборку всего дома, — девушка вздохнула. — Беллинды тоже дорогие… 

— Беллинды? — не поняла я. 

— Ну… Это такие существа, — Шерри развела указательный и большой палец, показывая размер, — они помогают в уборке дома и по хозяйству. Некоторые господа таким образом экономят на слугах. Хотя, конечно, большой штат слуг считается признаком достатка… Например, в королевском дворце никогда не используют беллинд. И даже бытовую магию. 

— Вот уж странно, — усмехнулась я. — Мне бы хоть одну такую беллинду себе в квартиру, я бы была счастлива. 

— Знаете, миледи, — Шерри остановилась и понизила голос, виновато глянув на меня, — я бы тоже не отказалась от беллинд. Не посчитайте меня ленивой… И нет, я не жалуюсь, не подумайте! Но иногда я просто не успеваю все сделать одна… И дедушке тоже не помешали бы помощники. А хочется, чтобы все было красиво… Как раньше. 

— А раньше было лучше? — спросила я. 

— Я не застала этого, но дедушка рассказывал, что когда-то в этом доме кипела жизнь, бывало много гостей, устраивались балы… — на губах девушки появилась мечтательная улыбка. — Хайды были весьма уважаемыми людьми, древним родом дракомагов. 

— А потом? — осторожно уточнила я. 

— А потом… Когда к власти пришел Амадеус Великий родителей и дядю милорда казнили, — голос Шерри стал совсем тихим.

— И их тоже? — вырвалось у меня. 

— Да. Милорду тогда было четырнадцать, и он остался сиротой. Милорд был единственным сыном. Его воспитывала двоюродная тетушка, которая два года как почила. Больше у него родственников не было. 

— Какой кошмар… — прошептала я. Но потом вспомнила, что мы с сестрой тоже потеряли родителей, и на сердце легла печаль. 

— Да, это ужасно, — вздохнула Шерри. — Позже начали постепенно уходить слуги… И вот дедушка остался один, верный семье Хайд. Два года назад, когда почила тетушка милорда и разбежались последние слуги, он забрал меня в город, чтобы я помогала ему… Ну и милорду.

— А сколько милорду лет было? — поинтересовалась я. — Сейчас. Когда, его… Ну, ты понимаешь… 

— Почти тридцать. Погиб в расцвете лет… — голос Шерри дрогнул. 

Похоже, девочка была очень привязана к милорду. Если вовсе не влюблена… Я также обратила внимание, как она избегает применять к его смерти определение «казнили», заменяя его на «погиб». 

— А вот, кстати, и он, — Шерри остановилась у портрета молодого блондина. Привлекательного, статного, с наглым взглядом и вызывающей улыбкой. — Картину писали года три назад. Я когда приехала в Хайд хилл, этот портрет уже висел в гостиной. Потом его перенесли сюда, в галерею восточного крыла. 

Три года назад… Значит, Хайду здесь почти столько же, сколько мне сейчас. 

— А это мать милорда, — Шерри перешла к портрету светловолосой женщины в красном пышном платье. — Следующий — его отец, — она показала на мужчину с благородной сединой и аккуратно подстриженной бородой. — Дальше другие предки милорда. Если хотите, пройдем к ним. 

— Нет, посмотрю на них в другой раз, — вежливо улыбнулась я. Хватит с меня на сегодня Хайдов. 

— Давайте тогда я отведу вас в западное крыло, — и Шерри повела меня в противоположную от портретной галереи сторону. 

Мы прошли по длинному широкому коридору, снова миновали главную лестницу и оказались в торце другого коридора. 

— Вот здесь милорд обычно трапезничал, — Шерри распахнула двустворчатые двери, за которыми находилась небольшая столовая в зеленых тонах. — Здесь принимал гостей, — еще одна дверь открылась передо мной, являя маленькую уютную гостиную с камином. — Ну и спальня… 

Я переступила порог комнаты. Сразу в глаза бросилась большая кровать с балдахином из тяжелой синей ткани. На полу — местами выцветший, но все еще выглядевший добротно и дорого ковер. Трюмо из темного дерева. Кресло, столик, на котором небрежно лежала газета, точно хозяин ненадолго отлучился. 

— Если вам не нравится эта спальня, можете выбрать себе другую, я приведу ее в порядок, как можно быстрее, — торопливо сказала Шерри. — Но здесь удобно, правда. Вот это дверь в ванную, — показала она, — и гардероб большой. 

— Гардероб — это хорошо, — со вздохом отозвалась я, прохаживаясь по спальне. — Было бы что там хранить. Это мое единственное платье в вашем мире, — показала я на себя с усмешкой. 

Шерри этим явно озадачилась:

— Я могу вам пока предложить что-то из своей одежды. Если не побрезгуете, миледи… 

— Не побрезгую, а буду благодарна, — улыбнулась я. — Мне действительно неудобно разгуливать в свадебном платье. 

Шерри тоже улыбнулась и спросила: