Драконье сокровище. Бирюза

Глава 3. Дурные новости

Кто бы тогда подсказал, что отец неправ. Кто бы помог мне принять другое решение? Жаль, но таких смельчаков не нашлось.

Пусть род Венсана был ближе, только Боги оказались быстрее.

С первыми днями осени отец отправился за море. Этот визит был запланирован загодя. Я прекрасно знала о нем. И сейчас стояла на пристани в окружении слуг, глядя на далекие корабли. В синеве ослепительно белым сияли паруса, а сердце мое сжималось от грусти.

- Пойдемте, княжна.

Добрая Клер нежно обняла меня за плечи.

- Пойдемте. Нет смысла тут стоять. Отец все одно вас уже не видит.

Я кивнула и направилась к экипажу. Со времени неудачного побега прошло две долгих недели. Мне успели пошить наряды. Я их даже надела - два дня назад приезжал Венсан, чтобы сговориться о свадьбе. Отец был нарочито весел. Только в его взгляде нет-нет, да и мелькала скрытая тревога.

Мне приходилось скромно улыбаться, опустив глаза вниз. И слушать, слушать, слушать бесконечные похвальбы жениха. Слушать и понимать, что избалованного княжеского сынка не интересует никто, кроме него самого. Я для него было всего лишь приятным приложением к богатому приданому.

Когда Гости убрались восвояси, я даже вздохнула от облегчения. Правда, тут же опять загрустила - до свадьбы оставалось восемь месяцев. Всего восемь месяцев одиночества и покоя.

- Фрейя, деточка, - Клер отбросила правила этикета и обратилась ко не, как в детстве, - ну нельзя же так убиваться! Вернется ваш батюшка. Совсем скоро вернется. А пока, давайте, приедем домой, я прикажу…

Я кивала, но совершенно не слышала ее слов. Почему-то стало так тошно, так тоскливо, словно с отъездом отца закончилась сама жизнь.

***

Дурные вести пришли на пятый день после полудня. Мы с Клер гуляли по парку. Погода стояла на удивление ясная, солнечная. В руке у меня алым пламенем горел букет из опавших кленовых листьев. Клер несла садовые ножницы и целую охапку сиреневых хризантем.

Конный гонец пролетел мимо нас. На спине форменного камзола золотом сиял герб королевских фельдъегерей - мифическая птица гамаюн с капельками слез на скорбном женском лице.

Клер тихо ойкнула и выронила хризантемы.

- Не к добру это, - проговорила побледневшими губами.

Я почувствовала на сердце лютый холод. Таких гонцов величали не иначе, как вестники смерти. В седельных сумках у них покоились похоронные письма.

- Как думаешь, кто?

Я с силой схватила служанку за запястье, не в силах договорить фразу до конца. Слово «Умер» так и осталось непроизнесенным.

- Дай Боги, чтобы не ваш…

Клер бросила на меня быстрый взгляд и сердито сдвинула брови.

- Что толку гадать, княжна. Пойдемте быстрее, и все узнаем.

- Да-да, конечно, пойдем.

Гонца нагнали уже во дворце. Он стоял с совершенно бесстрастным лицом и держал в руках конверт.

- Леди Фрейя? - поклонился фельдъегерь при виде меня.

- Дурные вести?

Я едва расслышала свой голос.

- Вы сами знаете, с чем прибывает наша служба.

В голосе гонца не было никаких эмоций. Но он все равно сказал:

- Примите мои соболезнования и разрешите откланяться.

- Да, прощайте…

Конверт перекочевал в мою ладонь. Пальцы мелко дрожали, и я никак не могла удержать бумагу. Пришлось прижать послание к себе. Прямо под сердцем.

Холл опустел. Слуги столпились в сторонке. Лица у них были скорбные, перепуганные. Никто не решался первым высказать предположение. Сама я боялась вскрыть письмо. Казалось, если не читать страшные известия, то они вроде бы и не наступят. Это был самообман. Но я старалась растянуть его как можно дольше.

Клер забрала у меня конверт и тихонько предложила:

- Княжна, давайте я прочитаю.

Я словно очнулась.

- Да, будь добра…

Лопнула сургучная печать. Зашелестела бумага. Дрогнули руки. Голос служанки моментально осип.

- В ночь на третий день плаванья случился шторм, - произнесла она убито.

Я замахала рукой.

- Не надо! Не надо подробностей, просто, скажи кто!

Клер глянула на меня с такой скорбью, что и без слов все стало ясно.

- Князь, - сказала она. - Все корабли затонули. Живых найти не удалось…

На пол полетели алые листья. Мне они показались пятнами крови на темных плитах. Я развернулась и молча пошла к себе, ступая на красное и серое. О чем тут еще говорить? Боги не стали тянуть с наказанием.

***

Утро облегчения не принесло. Нити надежды рвались одна за другой. Едва забрезжил рассвет, ко дворцу подъехал экипаж. Я так и не смогла толком заснуть, а потому приметила его почти сразу. Мне даже не нужно было гадать, кто там.