Драконенок. Один против целого мира

Глава 31

Глава 31.

После тренировки по полетам в расписании стояла индивидуальная консультация с профессором Эланирреном. Наставник снова гонял меня по бытовым заклинаниям, в том числе попросил повторить заклинание окрашивания волос.

После многократных попыток перекрасить мои волосы в тот или иной цвет, у меня даже начало получаться, да только я вот все не мог взять в толк: зачем оно мне надо?

Наконец, мое терпение лопнуло, и я спросил:

- Извините, профессор, а вы уверены, что это заклинание такое уж необходимое?

- Конечно, это одно из самых важных заклинаний для боевого мага! А вдруг у тебя будет боевая операция с маскировкой? Мы на старших курсах еще бороду и усы будем учиться отращивать. Да и вообще - это важно не только для боевого мага. В бытовой жизни данное заклинание тоже крайне важно.  Когда ты женишься, то жене сможешь помогать волосы красить. Не все магнессы этим заклинанием владеют. Заклинание довольно затратное по магическому расходу, требует от исполняющего мага либо неплохого резерва, либо (что обычно бывает у куаферов) – умения быстро восстанавливаться.  Опять же, на старости проблем не будешь знать – не надо будет регулярно куафера посещать. Супер-модную прическу ты не создашь в домашних условиях – тут учиться надо, но седину закрасить очень даже сможешь.

Из уст ухоженного с ног до головы профессора два последних аргумента звучали очень даже весомо. Я впервые задумался – а сколько же профессору лет? Есть ли у него жена, дети? Сколько вообще живут драконы, эльфы, простые маги?  Мне бы хотелось по прошествии лет выглядеть так же, как и он – молодо, элегантно.

Так далеко, как объяснял профессор – до седых волос, я, конечно, не заглядывал, но заклинание окрашивания по размышленью зрелому показалось мне очень даже полезным. А еще в голове у меня мелькнула некоторая шальная мысль, но я не успел ее обдумать, и она проскочила мимо. Мне просто не хватило времени, чтобы ее обдумать -  передо мной стояла основная задача: сосредоточиться на уроке, потому что после бытовых заклинаний, мы почти сразу перешли к телекинезу.

Профессор Эланиррен учил меня двигать предметы силой мысли, работая с магическими потоками так, чтобы, мало того, чтобы, колдуя, не задействовать волшебную палочку, а еще и сделать так, чтобы руки лежали совершенно неподвижно на столе.  У меня, конечно же, это совсем не получалось, руки смешно дергались, пытаясь повторить движения управляемого телекинезом предмета.

А вот профессор действовал филигранно, что уж там руки, он даже смотрел принципиально в другую сторону, а перо, управляемое его желаниями, само окуналось в чернильницу и само писало ровным почерком стихотворение какого-то местного поэта.

Одновременно с этим действием, он вдруг взял бумагу и сам стал записывать уже другой текст. А первое перо, управляемое телекинезом, продолжало уверенно писать свой стих.

Я, глядя на это, крайне обрадовался и спросил:

- Так оно само может писать? А бывают перья, которые сами домашние задания делают?

Профессор рассмеялся, однако, не потеряв концентрации над управляемым пером.

-Нет, милый мой, это не самопишущее перо, а обычное перо, над которым я взял контроль. Но спешу тебя заверить, что даже самопишущие перья записывают именно твои мысли, а не думают за тебя.  Так что придется тебе учиться самому, - закончил свою речь куратор Эланиррен и притворно вздохнул: мол, тяжела и неказиста жизнь, в данном случае, не народного артиста, а ученика школы драконов.

Ну а я в восхищении не мог оторвать взгляд от пера, которое, подчиняясь воле профессора, завершило записывать стихотворение и принялось рисовать мой весьма похожий портрет. Я для острастки шикнул на перо, уж больно оно вело себя как живое. Профессор снова засмеялся, и перо пририсовало моему незаконченному портрету усы и бороду.

***

После занятия по расписанию был обед. Но папу и Нику я так и не смог найти глазами в зале, хотя искал весьма и весьма внимательно. Видимо, гостей кормили в разное со студентами время. А, может, им давалась возможность заказать еду в домик. Чем они сейчас были заняты? Как осваивались в новом мире?  Я переживал за них, но одновременно с этим испытывал спокойствие, что они, наконец, здесь, рядом. Мои нынешние переживания об их устройстве в мире не шли ни в какое по легкости сравнение с теми, которые я испытывал несколько дней назад, когда думал, что потерял их навсегда. Сейчас мне было гораздо легче.

 Активно работая ложкой – мой аппетит вырос соразмерно нагрузкам, я размышлял.   Я думал о других ребятах с моего факультета. О том, что им, в отличие от меня, еще много лет не посчастливится увидеться с родными, а кто-то не встретится с ними и вовсе. И почему только нельзя было открыть мир Минкар для посещений родственникам тех, кто здесь учился? К чему такая секретность? Неужели местные власти боятся, что их мир будут пытаться завоевать? Хотел бы я посмотреть на психа, рискнувшего бросить вызов драконам и посягнуть на их землю.

После обеда был небольшой перерыв, в который я зашел в комнату и отправил самолетик с запиской к папе. «У меня все нормально. Учусь. Приду, как смогу». Надеюсь, папа разберется как перехватить самолетик и прочитать записку.

Пока самолетик летал (вернулся он в итоге пустой, а это значит, что папа смог прочитать мое сообщение), ко мне в комнату заскочил другой, незнакомый мне самолетик. Он оказался от моего нового друга Джефри: