Драконьи сказки

Глава 5

После такого наглого предложения Марра забежала в дом сама не своя. Проклятый дракон, Тьма его возьми! Еще и разделся тут! Вчера чуть к Великому не ушел, а нынче ходит вразвалочку! Все же восстанавливаются они как никто! Куда там другим перевертышам!

И тут же прикусила язык, хотя вслух ничего не говорила. Сравнивать драконов с перевертышами — дерзость непростительная! Очень они на это обижаются. Так обижаются, что заныли старые шрамы на спине. Подрал её Валд за неосторожно брошенные слова. Извинился потом, конечно, но без души. Может тогда и было начало конца их… Может и не в драконице дело? Из разных миров они. Валд — Высокого рода, она — деревенская ведьма. Да еще и лиса. А белый то попроще. Дрова хоть рубить умеет.

Набрала в миску картошки да села у окна чистить. Нет, нет, да взгляд ложился на улицу, где Шнурр продолжал рубить дрова. Перекатывались тонкие, хорошо очерченные мышцы под белой кожей. Плавно и мерно ходил колун. Словно с врагами расправляется. Этак он на пару месяцев нарубит. Молодец какой! Надо будет сходить в деревню и купить ему мяса что ли. Заказать пару куриц…

И красивый зараза. Даже не ожидала. Высокий, плечи широкие и кожа белая, как молоко. Лицо узкое с высокими скулами, и глаза, как изумруды. Тощеват только. Щенок. Мяса не набрал. И грива грязная… Но это наживное.

Только что ей с того? Встанет на крыло и улетит. Только его и видели. И «до свидания» не скажет. Много чести с лисами прощаться!

В глазах отчего-то защипало, а в миску с картошкой словно дождик стал накрапывать. Марра резко вздохнула. Ну, разнылась, как сопливая девчонка! Однако ж надо думать, что дальше делать. Тлеет она уже, как головешка. Валд уж точно не прилетит. Мужика ей надо. Но и гордость иметь надо. Вот еще, будет она половичком перед щенком стелиться! Лучше в деревне мужика найдет. Двух! Не все же по Валду слезы лить. Пусть и был он первым. Но сейчас это неважно. Сейчас ей нужно, чтобы белый дракон держался от нее подальше.

Она перекинула чищенную картошку в чугунок и поставила на огонь. Едва слила воду, как в сенях зашуршало, и вошел Шнурр. Он явно стал чувствовать себя лучше. Даже трогать не нужно было. Ясные глаза сияли драконьим огнем, только тонкие губы чуть кривились в недовольной гримаске.

— Что, ведьма, у тебя даже волосы вытереть нечем толком? И гребень есть? Высуши меня и расчеши. И пожрать дай. Я тебе дров на всю зиму нарубил!

— На месяц, от силы, — заметила Марра взглянув на кучу дров у колоды. — И убрал бы в поленницу, вымокнут же!

— А ты что будешь делать? — искреннее возмущение плескалось в изумрудных глазах. Марра аж опешила. Даже Валд был не таким наглым. Вроде бы.

— Чесать тебя! — нашлась она. Взяла гребень и уселась в потертое бархатное кресло на кухне. — Клади голову.

Похлопала себя по коленям, и Шнурр тут же котом скользнул к ее ногам и положил спутанный ком влажных волос. Юбка сразу же стала мокрой.

— Ты бы хоть распутал чуть… Как вы в армии своей лохмы чешете, — проворчала она пробирая пряди и пуская легкий импульс тепла. От волос стал подниматься легкий пар.

— Боевые товарищи на это есть, — фыркнул дракон. — Но бабы, конечно, лучше. Смотри, не сожги!

Она перебрала шелковистые пряди и взялась за гребень.

— А ты что вообще делать собираешься? — спросила она, распутывая колтуны. — Сегодня точно не умрешь. И завтра тоже.

— Я летать не могу, — сморщился дракон. — А мне бы к своим как-то пробраться. А как идти? Меня ваши черные атаковали, патруль. А вроде мир объявили. Так какого хрена они кинулись? Ты бы узнала, Марра, что вообще в мире творится. В твоей деревне газеты хоть есть? Только свежие, а не прошлогодние.

— Газеты есть… — задумчиво пробормотала Марра, пропуская белые волосы сквозь пальцы. Чистый шелк. Не бывает у людей таких гладких, плотных, тяжелых волос… Встрепенулась и добавила:

— Даже, если газет нет — так земля слухами полнится. И ярмарка завтра, как раз съезжу, продам что-то из зелий и травяных сборов. Курицу тебе куплю.

— И пряник! — вдруг мурлыкнул дракон и потерся щекой о ее колено. И обнял ее ноги, прижавшись пусть и тощим, но сильным жилистым телом. И чуть пустил Свет, который тут же свернулся теплым комочком внизу её живота и плеснул энергией в кровь, заставив вспыхнуть щеки.

— Ты это… Не забывайся, дракон, — она попыталась отпихнуть его, но он вцепился мягко, но крепко.

— А чего ты фыркаешь, ведьма? — он прищурил изумрудные глаза и взглянул снизу вверх. — Ты скажи, чего хочешь… Только не золота. Пока нету. Но могу оторвать кому-нибудь голову. Через пару недель любой псине оторву! Ты только скажи!

И так посмотрел своим сияющими глазами, будто насквозь прожег! Так и Валд не смотрел на неё, когда права заявлял! Такое желание плескалось в хищных раскосых глазах белого щенка, что аж холодок по спине прошел.

«Такой и сожрать может!» — мелькнула мысль, заставившая выронить гребень из дрожащих пальцев.

Она резко встала, оттолкнув его голову.

— Помни про слово, дракон! — и быстро-быстро стала плести болевые импульсы и ставить щиты. Очень уж быстро они восстанавливаются! Нельзя с ними слабину давать!

— Да, помню, не ссы, — прошипел Шнурр, нахмурив темно-серые брови. — Покажи, где мне спать. В сарай — не пойду. Я теперь твой гость, раз уж ел твой хлеб и колол твои дрова. Прояви гостеприимство, ведьма. А то Великий накажет.

— Иди сюда, — мотнула головой, пряча в складках юбки дрожащие пальцы.

Открыла дверь каморки с мелким окном, где накануне постелила ему перину и одеяло. Поняла вчера, что он пока не уйдет. И бочком, не поворачиваясь, к нему спиной, попыталась уйти на кухню.

— Да не бойся, Мар-р-ра, я же слово дал! — услышала тихий шепот, а на предплечье ощутила горячие сухие пальцы. Вздрогнула всем телом, и вся сеть импульсов для атаки рассыпалась, как песочный домик под волной.

— Что пуганная такая? Будто под драконом не лежала. Ты же баба опытная… — рука его скользнула ей на талию, обжигая сквозь рубашку.