Драконьи сказки

Глава 6

— Полетели в гарнизон уже! Вторую ночь на камнях я спать не буду! — прошипела Злата и недовольно махнула головой. Хлестнула по боку хвостом, и добавила:

— И нас слишком долго нет. Еще решат, что мы дезертиры!

Гелла молчала, но было видно, что ей тоже всё надоело. Она свернулась клубочком и тихо злобно урчала из-под серого крыла, скалясь на брата.

Валд мрачно посмотрел на своих сестер. Совсем девки охамели! Мужчине, командиру говорят, что делать. Это всё война. Как стали призывать дракониц, так они всё почтение растеряли! Хотя в одиночку ни на что не годны.

Драконы примостились на узком утесе с хорошим обзором и удобной площадкой для толчка перед полётом. Только обдувался он осенним ветром со всех сторон. Ветром, который пробивал даже драконью шкуру. Ночь они провели в выемке в горной породе, которую и пещерой назвать было нельзя. Жались втроем друг к другу и дрожали под холодным моросящим дождем. И жрать было нечего. Было видно, что настроение у дракониц — хуже некуда. Впрочем, у Валда тоже. В лапе он сжимал клок белой шерсти, то и дело прикладываясь к ней носом.

— Вернемся, когда я скажу, — прошипел он, обнажая зубы. — Белого надо найти. Зря мы его загоняли, что ли? За него должны дать выкуп. Кард Хлыстохвост хочет больше золота за мою невесту! Тварь.

— А мы при чем? И вызвал бы его на бой! — ощерилась Злата, припадая на передние лапы. — Раз такой жадный!

— А может и вызову… Когда еще подрасту, а он — подряхлеет. Но пока — надо бы найти белого. Хотя бы тушу. Говорят, они за падаль тоже платят. А если что — продадим тело ведьмам.

— Зачем ты его так сильно подрал? — фыркнула Злата, распуская темно-серые кожистые крылья в попытке поймать скудные солнечные лучи.

— А зачем ты ему под когти снизу лезла? — он фыркнул и ткнул её мордой в бок, покрытый крупной черной чешуей, блестящей на солнце, как куски каменного угля.

— Поближе хотела рассмотреть. Хорошенький такой… Белый, аж глазам больно! Как снег. Я бы его себе взяла на пару ночей, — мечтательно протянула она, втягивая когти, и щуря желтые глаза.

— Дура, что ли? С белыми якшаться? После всего, что они натворили? Да он и щенок совсем, — Валд слегка куснул её в плечо. Чуть-чуть, чтобы знала свое место.

— А с кем? С твоими приятелями? Так они все тупые солдафоны. Даже стихов не знают. А белые, говорят, стихи с детства учат. Да и мир будет со дня на день…

Злата отскочила от брата и добавила:

— Вот нахрена ты его так сильно подрал?

— Против что-то имеешь? — тут же оскалился он и припал на передние лапы перед прыжком. Старшая сестра бесила невероятно. А как пообтесалась в боях — так еще больше. И драться с ней стало трудно.

— Эй, не грызитесь! — Гелла свернулась клубочком, плотно прижав крылья к спине. — Полетели в гарнизон. Я есть хочу. И дождь лил всю ночь. Весь запах смыл. Я не хочу ходить по кустам, искать эту белую падаль, а потом опять карабкаться в горы, чтобы взлететь. Это слишком жестоко!

— Тебе, мелкая, еще право голоса вообще не давали, — рыкнул Валд, и та спрятала голову под крыло.

— Но правда, нас уже долго нет, Валд, — гортанно мурлыкнула Злата и придалась к горячему черному боку брата. Потерлась острой темно-серой мордой о его толстую золотую цепь на шее. — Ну, не получилось с этим белым щенком — ну, и Тьма с ним. Может еще кто отстанет, поймаем. Война со дня на день кончится. Еще и обнюхиваться с ними придется.

Валд сморщил морду, будто съел недельную тухлятину. Она права. Грядет мир, и рано или поздно придется забыть старые обиды. Несколько монет за дохлого дракона не стоят проблем с комендантом.

— Ладно, твоя правда. Тьма с ним. Полетели.

Он отошел на пару шагов назад. Вытянул тело струной. И выпустил когти из мягких лапа. Пара прыжков и сорвался с уступа, поймав поток ветра. И взвился ввысь.

— Давай, Гелла. Не отставай, — рыкнула Злата и тоже помчалась к краю уступа.

Через час показалась громада гарнизона. На высоком холме поднялись черные стены, сложенные из огромных, тщательно подогнанных каменных блоков. Четыре сторожевых башни по углам и центральный жилой замок.

Драконы миновали маленький городок, раскинувшийся чуть вдалеке от холма и через несколько минут Валд уже вцепился когтями в булыжники мостовой и сложил крылья. Злата и Гелла опустились за его спиной.

— Валд Быстрокрыл, делай оборот и к коменданту с рапортом. Вы должны были вернуться сутки назад. Мы послали два патруля на поиски! — капитан передернул плечом под моросящим дождем. Похоже, ему было холодно. Его черный плащ уже вымок и отчаянно вонял овечью шерстью.

Дракон сморщил морду и недовольно тряхнул головой. Действительно, нехорошо получилось. Это все этот мелкий белый щенок! Совсем страх белые потеряли, если так нагло в одиночку летают по Приграничью.

— Будет исполнено, — прошипел сквозь зубы, не смотря на капитана. Вот еще на псину эту смотреть, только настроение портить!

Тот сделал вид, что не заметил и отвернулся.

Влад, прихрамывая, зашел в тихое полутемное помещение с полом, выложенным каменными плитами. Тусклый свет лился из узких окон, закрытых мутным сероватым стеклом. Пахло свининой, кашей и кислой капустой. Дракон скривил морду. Да когда же это все закончится! Надо или идти на Черноград и сдохнуть с честью, или уже мириться с Империей и ложиться под белых. А это мотание вдоль границ уже достало. Уже полгода не было добрых битв! Все лето маялись какой-то херней, пока где-то там ведутся переговоры. Чем там у них дело хоть закончилось? В рейде они были восемь дней вместо семи. Может, есть новости?

Он подошел к грубо сколоченным полкам у каменной стены, где стопками лежала одежда. Места, где всегда хранились мундиры Златы и Геллы, были пусты. Значит обернулись и уже едят до отвала. А ему еще отчитываться. Встряхнул головой. Сжался комочком, плотно сложив крылья к спине. Легкое головокружение, треск костей, поток Света изнутри привычно обжег все тело, и он легко встал и откинул назад тяжелую гриву длинных черных волос. Помыться бы нормально… Да комендант же сутки, поди, не спал, ждал его! Губы свело в недовольной гримасе, и голый Валд отправился к огромному металлическому баку, стоявшему в углу. Утром его нагрели, но сейчас вода была едва теплой. Он смыл грязь с рук и ног и умылся. Вода струйкой стекла наружу по желобу, уходящему в толщу стены. Вытерся жесткой, колючей, но чистой серой тряпкой и бросил её в корзину с грязными.