Драконица на выданье

Глава 5

Он был похож на раненого эльфа из сказок, и хмурился от внимания, которое ему оказывали. Я видела, что ему физически больно от шума вокруг.

И в этот момент мне захотелось взять его за руку и отвести в тишину и темноту. И спеть песню, которую мне пела няня Санса, когда я попала в этот мир, или рассказать сказку про драконов. Жестокую, тёмную, но в конце всё становилось хорошо.

Таких, как мы, темнота не пугает, она дарит защиту от недобрых глаз.

Но это был первый порыв, и всё прошло.

Второй волной страха меня накрыло, когда принц поднял голову и направился ко мне. Захотелось попятиться и спрятаться за спинами отца и его друзей.

Руки сделались влажными от пота. Я опустила глаза и старалась делать вид, что не замечаю, что творится вокруг.

Принц безо всяких слов протянул мне руку, приглашая на танец. По этикету он должен был отправить слугу, чтобы от его имени испросили у моего отца позволения, но я понимала, что ситуация безвыходная: он обязан пригласить девушку, но не хотел звать ту, что ему определили.

Это была дюкесса Мария из знатного рода герцогов, дальних родственников короля. Девица была чуть старше меня, ниже на голову принца, довольно красива той жгучей энергией жизни, которая таилась в её тёмных глазах, улыбке полных красных губ и пухлом подбородке с ямочкой.

Именно этим она до смерти пугала принца. Своим напором и желанием понравиться всякому, кто на неё смотрел. А я ещё раньше гадала, чем такая яркая девица, как Мария, не понравилась принцу! Когда ещё не встретилась с ним.

Мне вдруг сделалось неловко. Будто я вышла на чужую тропу.

— Вы приглашаете меня? — пролепетала я, а отец положил руку мне на плече. Мол, если ты не захочешь, мы уйдём.

— Приглашаю, — он взглянул мне в глаза, не обращая внимание ни на кого больше. И снова я окунулась в тот последний сон, где мы танцевали в пустой бальной зале. Тогда всё было проще. — Что же вы стоите истуканом? Или танцуете только с моим отцом?

— Ваше высочество, мы счастливы, что вы предпочли Алисию всем остальным, — Серцилия первой пришла на помощь.

И я подала руку. Отец не спешил убирать свою с моего плеча, но я искоса посмотрела на него, и он понял. Я хочу потенцевать в принцем.

В последний раз. Наяву.

Не потому, что он принц. Вероятно, больше я его не увижу. Мне следует бежать из столицы, мама права: на Севере спокойнее, там драконов почитают и не обидят. Там нет наследных принцев с их почти невестами, и закона, запрещающего смешивать драконью кровь с королевской.

Мы не разговаривали. Наши руки соприкоснулись, моя ладонь удобно устроилась в его, и танец начался. Как ни странно, он двигался по паркету с невиданным для меня доселе изящество, будто превратился в большую серую птицу, бесшумно взмахивающую крыльями.

И даже его отец не мог сравниться с принцем в этом искусстве!

Я старалась не опозориться и не смущать его своими взглядами. Знала, что они будут ему неприятны, будто кто-то без разрешения, из любопытства, присматривает за тобой.

Всё же это не сон, тут нельзя быть беспечной и болтать, что на язык легло.

Когда музыка стихла, раздались восторженные крики. И принц Эндрю поклонился мне, а потом, не удостоив меня взглядом, вышел прочь из залы. Почти сбежал, едва доведя меня до отца.

Вот и всё. Конец сказки.

— Бедняга, очень болен, — тут же вздохнула тётушка Эйприл, примкнувшая к нам.

— Это не наше дело, — напомнил ей Драйзен, но тётя отца проигнорировала артефактора. Несмотря на его заслуги перед королевством и двором, несмотря на то влияние, которое он имел, она по-прежнему считала его выскочкой и худородным.

— Пойдём. Мы достаточно привлекли сегодня взглядов, — тронул меня за рукав отец, и я очнулась от мыслей о принце.

Кивнула и хотела было уйти, как вернулась и спросила тётю Эйприл. Уж кто знает, так это она — профессиональная светская сплетница.

— Чем болен принц?

Та пожала плечами и тихо ответила, обмахиваясь веером из перьев диковинной птицы:

— Проклятие. Дурная кровь матери. Поговаривали, что его величество долго сомневался в своём отцовстве, они совсем разные, но у королевы Клод безупречная репутация. Скорее всего у принца-наследника просто слабый ум, кто там разберёт, все делают вид, что он нормальный, и все знают, что ему недолго осталось.

Всё это было сказано шёпотом, чтобы никто не услышал, но мне сделалось нехорошо от её слов. Стыдно. Будто кто-то так сказал обо мне.

— Это неправда! Он проживёт долгую и счастливую жизнь. Я в это верю!

— Разве что только ты, племянница! — усмехнулась тётушка Эйприл, и мне захотелось дохнуть на неё огнём. Полукровки друг другу вреда не причинят, но неприятно будет. — Среднего принца на всякий случай обучают тем же наукам, что и наследного.

— Он уже нормальный! Я тоже такой была, и ничего, справилась!

И быстрым шагом, насколько это было уместно, я направилась к выходу.