Драконий союз, или Академия льда и пламени

Глава 8

Кэролина Фарлоу 

— Отец, мне нужна помощь бабушки. В запасе не больше месяца. 

Еженедельный отчет перед папой начался именно с этой фразы. Я откровенно нервничала, когда это говорила, но промолчать было невозможно.  

— Так скоро? — сухо поинтересовался родитель, сощурившись. Он старался ничем не выдать напряжения, но пара морщин на лбу стали еще глубже. — Ты не справилась с эмоциями? 

— С эмоциями все в порядке, — соврала я. — Но на обучение требуется больше сил, чем мы ожидали. 

— Я начинаю думать, что затея с академией была откровенно провальной, — бросил отец, прикрывая глаза. 

Пожалуй, лишь одна тема могла выбить его из колеи — моя стихия и ее устойчивость. 

— Другого выхода у нас не было. 

Выдала я холодно, хотя очень уж хотелось выплюнуть чуть видоизмененное: «Как-то других вариантов для решения проблемы никто не придумал!»

— Полагаю, будет логичнее, если Валери переедет в Норманхем на будущие четыре года. 

— Как мы это объясним? 

Бабушка, как и отец, входила в императорский совет — причем выступала против лорда Фарлоу. У нее точно были дела поважнее проблемной внучки. К примеру, проблемный сын, который упрямо обращался к матери по имени и оспаривал все, что бы они ни говорила. 

— Валери пора на покой, — резко выдохнул отец. — И тратить свое время на заботу о внучке. 

Как скажешь, дорогой папочка. Я даже обрадовалась, что не буду присутствовать при семейном обсуждении темы «бабушке пора на покой». Представляю, что Валери ответит отцу. Нет, она, конечно же, приедет и действительно осядет в Норманхеме на какое-то время, но… 

— Еще новости? — поинтересовался отец. — Слышал, что у тебя возникли проблемы с преподавателем. 

— Я их решу. 

О сути «проблем» благоразумно умолчала. Персональная просьба от Харрис для меня много значила. 

— Образовательный рейтинг? 

— Будет известен только завтра.

Вот и весь разговор с отцом. 

Деактивировав кристалл, я тяжело выдохнула. Скрывать от отца всплывшую новость по поводу обета сродни самоубийству. Раскрыть детали — ничуть не лучше. 

Утро оставшегося выходного я потратила на библиотеку. Найти пару фолиантов про магические обеты не составило труда. Первым делом я изучила, спустя какое время осуществляется полная привязка. Ответы внушали надежду: от месяца до года. 

Прошла всего неделя, вряд ли Рэймонд ощутил что-то странное… 

А вот с разрывом обета имелись сложности. В тех книгах, что я нашла, авторы обозревали эту тему весьма поверхностно, не давая никаких гарантий. Боги, если я найду того, кто меня отравил, то… Глубокая заморозка всех органов покажется ему высшим благословением. 

После разговора с отцом у меня в запасе оставалось полдня, сколько бы я ни оттягивала необходимость — все равно придется идти к мистеру Томпсону. 

Сперва мне показалось, что куда проще написать официальное письмо с извинениями, но тут действительно мешала гордость. Отчего-то в голове ярко вставала картинка, как мои извинения прячут под стекло и хранят как семейную реликвию. Передавая при этом из поколения в поколение с фразой: «Вот, до чего довела гордыня Фарлоу семью». 

Ну уж нет. 

Что бы я ни наговорила устно, это всегда останется в категории сплетен и никогда не будет подтверждено физически. 

Добравшись до кабинета мастера Томпсона, постучала. Лелеяла надежду на то, что в последние теплые деньки, да еще и в выходной день, преподаватель не будет просиживать штаны в затхлом помещении, но она не оправдалась. Почти сразу с той стороны двери раздалось скрипучее: 

— Входите. 

И стоило мне переступить порог насмешливое: 

— С чем пожаловали, студентка Фарлоу? 

Мастера Томпсона смело можно назвать скопидомом. В его кабинете было столько хлама, что за высокими стопками с книгами, артефакторным барахлом и сундуками я сперва даже не разглядела преподавателя. 

— Здравствуйте, мастер Томпсон, — вежливо и весьма холодно начала я. — Я хотела принести вам свои извинения за слишком бурную реакцию на ваши слова о моем предке. Каждый из нас имеет право остаться при своем мнении, но будучи студенткой, я не имела права пререкаться с преподавателем. Прошу прощения. 

Фух, все-таки сказала. 

— Я принимаю ваши извинения, студентка Фарлоу, — со снисходительной улыбкой произнес мастер. 

И все? Впрочем, мне большего и не нужно. 

— В таком случае я могу идти? Чтобы не отвлекать вас от важных дел. 

Умудрилась сказать это без сарказма и ехидства. Пожалуй, ко мне постепенно возвращалась коронная холодная сдержанность семьи Фарлоу. 

— Да, Кэролина. Ступайте. 

Я уже была готова была развернуться и покинуть захламленный кабинет, когда мастер Томпсон добавил: 

— Я тоже излишне погорячился. Приношу и свои извинения. Но прошу вас задуматься о том, что у каждой истории, будь это история империи или только одного человека, всегда есть минимум две стороны. А как правило, куда больше.