"Драконика"- неудачница и Сердце Пустошей

Глава 1.

Обсидиановые створки Зала Шести Пиков, усыпанные золотом, складывались в огромный кроваво-красный рубин, сердце всех шести драконьих родов. Когда двери с гулом открылись, камень вспыхнул, и мне показалось, что драконы на них на миг ожили, взмахнув крыльями и выдохнув пламя.

Отец провёл меня внутрь. За нами следом вошёл Элидор.

Лицо обдало жаром. Воздух внутри казался расплавленным. Я шла босиком, в нос били запахи полыни, шалфея и лаванды. Они смешивались с чем-то металлическим, с привкусом серебра на языке. Я сглотнула.

Высокие стены из чёрного базальта не имели окон и поглощали почти весь свет. Единственными источниками сияния оставались магические свечи, расставленные вдоль стен. Золотисто-белое пламя уходило ввысь и почти не двигалось, а в самом центре зала, на невысоком кованом чёрном постаменте с гравировкой древних рун, стояла золотистая чаша. Внутри неё мерцало что-то жидкое и притягивающее взгляд.

Я затаила дыхание, чувствуя, как холод камня пробирался вверх по ногам. Воздух в зале душил с каждой секундой, страх сковывал грудь. Тело не слушалось, а ноги будто приросли к полу. Каждый шаг давался с трудом.

Не бойся, Васька! Ты прошла Пустоши. Ты справишься.

Мой взгляд встретился с взглядом Риана. Казалось, в его изумрудных глазах не было ни тени сомнения, а лишь твёрдая уверенность. Чёрный плащ почти полностью скрадывал его мощную фигуру. Изумрудный медальон в форме драконьей лапы слабо пульсировал в вырезе под одеждой. Он чуть заметно кивнул, и уголки губ тронула лёгкая улыбка:

Я с тобой. Всё будет хорошо.

И вдруг страх отступил.

Он рядом.

Отец занял своё место, оставив меня рядом с принцем у чаши. Элидор подал знак, и приглашённые драконицы-хранительницы заняли свои места в зале. Жрец Илейнор в белоснежных одеждах начал читать заклинания. Магия заиграла на земле и в воздухе. Всё вокруг завибрировало, а золотистая чаша в центре на постаменте загорелась голубоватым светом.

Мой взор остановился на потрясающе красивой мозаике под ногами, в сердце которой был изображён багряный дракон, окружённый древними мерцающими рунами. Риан протянул мне руку, и я вошла в круг. Его ладонь была твёрдой и горячей. Глаза жреца неотрывно следили за разгорающимся в чаше пламенем. Руны под моими ногами одна за другой начали вспыхивать.

Король восседал на каменном троне, сосредоточенно наблюдая за началом ритуала. А чуть дальше, у стен, в полумраке, стояли старшие драконицы шести древних Пиков.

Певучий голос жреца наполнил зал и эхом отразился от каменных стен. Он призывал предков Огненного Крыла, огонь и дух самой горы. Руны по краю постамента засветились ярче. Жидкое серебро внутри чаши зашевелилось и начало виться вверх, точно к нашим рукам.

Вначале между запястьями появилось небольшое свечение, оно расползалось по ладоням неспешно и поднималось к локтям. Тончайшие серебряные нити скользили вверх и мягко оплетали плечи, создавая магический сияющий каркас будущей связи.

- Дочь крови и пламени, наследница воли драконьей, - протянул Илейнор, - открой врата своей сути и позволь силе рода пройти через тебя.

Я закрыла глаза.

Внутри, в самой глубине, отозвалась моя драконья сущность, та, которую я научилась чувствовать в Пустошах. Словно спящий вулкан пробуждался, а по телу разливался жидкий огонь. Он собрался в груди одним ярким сгустком и потянулся наружу к серебряным нитям на руке.

Из моей ладони полился мягкий золотистый свет. Он побежал по нити к Риану, а следом к месту, где все нити сходились над чашей.

- Искра королевской крови. Избранник по воле судьбы, - теперь заговорил Элидор пронзительным голосом. - Дай силу своей крови, укрепи волю. Стань опорой и частью целого.

Риан вздрогнул, и я почувствовала, как его пальцы судорожно сжали мою руку. Его энергия была холодной и острой, точно сталь клинка. Она вырвалась одним потоком и когда две силы встретились над чашей, они сплелись в сияющую двойную спираль, устремившись обратно в живое серебро. Чаша приняла их. Жидкий металл забурлил и закипел, поднимаясь переливающимся столбом выше и выше. Энергия начала смешиваться и увеличиваться в этой магической спирали и…

Затем она должна была единой волной вернуться обратно в меня, приумножив силу, но что-то пошло не так.

Золотой и серебряный потоки неожиданно перестали сливаться, а начали сталкиваться. В их танце чувствовалось не притяжение, а отторжение, как у магнитов с одинаковыми полюсами. Я ощутила, как моя собственная энергия, встретив холодную сталь принца, задрожала и попыталась отступить. А в серебристом свете, который источал Риан, она уловила необъяснимое… тень. Серебро покрыли вязкие чёрные прожилки, которые пронизывали его магию, как гнилостные вены.

Лицо Элидора исказилось непониманием. Заметив это, он подошёл ближе к чаше и стал всматриваться в эту аномалию. Жрец, погружённый в ритуал, повысил голос и ускорил чтение, не видя диссонанса.

Но чаша вдруг отреагировала иначе.

Сияющий столб энергии над ней помутнел и вспыхнул грязно-лиловыми оттенками. Металл чаши, впитал искажённую энергию и начал темнеть изнутри, будто его проедала ржавчина. Руны на поверхности постамента вспыхнули огнём в последний раз и одна за другой погасли.

- Нет… - прошептал Элидор.

Раздался громкий гул, и чаша лопнула, разлетевшись на куски.

Сердце замерло. Я почувствовала, как по спине пробежал холодный пот, а в горле образовался огромный ком, мешающий дышать.

Нет. Нет. Нет.

Не просто страх, а предчувствие чего-то хуже обуяло меня.

Не может быть! Ритуал должен был усилить меня. Соединить нас с Рианом…

В тот же миг всё замерло, а время будто остановилось. Я слышала своё дыхание, сердце застревало между ударами.

Король собирался подняться, но застыл, его рука намертво приросла к подлокотнику трона. Жрец Илейнор тут же замолк на полуслове заклинания. В воздухе медленно оседали микроскопические пылинки золота, поднятые с каменного пола магическим ветром. Я почувствовала нарастающий ужас.