Дракония ферма в наследство.

Глава 7.

Глава 7.

Рынок теней и намёки на чувства

Утро выдалось таким ясным, что даже мозаичные витражи в холле дома, привычно отбрасывавшие цветастые отблески на пол, сегодня, казалось, искрились от собственного удовольствия. Пахло жасмином и карамелью — кто-то из големов, вероятно, переборщил с ароматическими свечами.

Антонина стояла у окна, поигрывая пальцами с чашкой чая, в который, если верить Лилль, был добавлен «успокаивающий лепесток змеелистника». Ни змея, ни листника в чашке не наблюдалось, зато настроение и правда было ровным, почти благостным.

После приёма на ней буквально осела усталость: эмоциональная, физическая, магическая — любая. Но то, как смотрели некоторые гости, особенно после слов о контракте с Академией фамильяров, ясно давало понять: отныне она — фигура. Не пешка.

— И что теперь, фигуре делать? — Антонина отпила ещё и зашипела, обжигаясь. — Пойти на рынок, купить себе новую жизнь? Или хотя бы пару туфель, не пахнущих курятником?

Планы на утро определились стремительно: разобраться с письмами (их оказалось двадцать семь — и это только на магпочте), отправить в архив папки с контрактами дядюшки, обсудить с Лилль обстановку в доме (почему, к примеру, у зеркала в ванной голос волшебной озвучки стал бархатно мужским?), и, самое главное — поехать в город. Не просто в город, а на Рынок Теней — одну из самых экзотических и сплетенопасных локаций магического округа.

— Девочка моя, — Лилль возникла в проёме, переодетая в неожиданно изящный, чёрный до блеска фартук, на груди которого вышито было: «Легализованная магия — лучший уборочный инструмент». — Если вы собираетесь туда, где продают мантии, говорящие сами за себя, и чайники, умеющие ссориться, я всё-таки настаиваю на сопровождении.

— Что, настолько опасно?

— Опасно — нет. Шумно, людно и... изобилует нюансами. А вы, Антонина Эмильевна, как бы вам это мягче сказать... всё ещё пахнете провинцией.

— Это комплимент?

— Нет, — отрезала Лилль, не моргнув. — Но может стать им, если купить правильные духи. Есть лавка «Ароматы Эраша», владелица — бывшая любовница Главного судьи по фамильярам. Прекрасный нюх и никакой совести. Она вам подойдёт.

Антонина закатила глаза, но, честно говоря, уже предвкушала. Приключение, немного роскоши, возможность снова почувствовать себя не «той, что унаследовала кучу пернатых ящеров и полдома проблем», а просто женщиной с настроением, желаниями и магическим кошельком, в котором лежало больше, чем хватило бы на пятизвёздочный отпуск.

---

Рынок Теней оказался именно тем, чем и должен был быть рынок с подобным названием: хаотичным праздником вкуса, цвета и звука. Слева — лавка, где продавали живые чернильницы, которые шипели, если им не нравился текст. Справа — киоск с магическими кольцами, которые подбирали хозяев по их мыслям (один такой кольнул Антонину и зашептал: «Ты хочешь страсти и печеньки»).

Антонина шла, как зачарованная, щупая ткани, вдыхая ароматы, ловя на себе взгляды — кто из любопытства, кто с прищуром интереса. Где-то на перекрёстке она столкнулась с ведьмой, продававшей шляпы с персональностью. Одна из них — хрустальная, с пером — на секунду села ей на голову и хмыкнула:

— Маловата для моих амбиций.

Сбросив её с уха, Антонина засмеялась.

Именно в этот момент кто-то коснулся её плеча.

— Вы — Антонина Эмильевна?

Голос был низким, уверенным, с той самой едва ощутимой хрипотцой, которая обволакивает ухо. Обернувшись, Антонина увидела его.

Каэр. Управляющий аукционом. Вчера он был в строгом чёрном костюме, с серебряным зажимом на длинной косе и отсутствием даже намёка на улыбку. Сейчас — в повседневном, но элегантном плаще с лёгкой вышивкой на воротнике, волосы в тугой косе, глаза те же — зелёные и пронизывающие.

— Вас узнали, — сказал он, чуть приподняв бровь. — Или у вас в привычке разговаривать со шляпами?

— В моём положении это почти деловая необходимость, — спокойно ответила Антонина. — Шляпы, по крайней мере, не предлагают составить опись имущества умершего дядюшки в обмен на выписку с магической таможни.

— Это было один раз, — усмехнулся он. — И в мою защиту — вы тогда были в шоке и пытались уговорить кота подписать бумаги.

— Во-первых, кот — совладелец, — важно напомнила Антонина. — А во-вторых... а во-вторых, вы сейчас флиртуете?

— Я проверяю вашу стрессоустойчивость. А также — качество выбора. — Он кивнул на её руки, в которых была пара перчаток из кожи белого зверогрифона. — Очень рискованно. Они могут мяукать во сне.

Антонина рассмеялась.

— Почему вы здесь? Неужели управляющие аукционом совершают набеги на лавки лаванды и душистых шляп?

— Иногда приходится. Особенно если появляется хозяйка фамильярной фермы, которая умудряется за одну неделю получить шесть предложений о сотрудничестве и одно... не совсем деловое приглашение.

— Неужели всё уже обсудили?

— Не совсем. — Его голос стал чуть серьёзнее. — Я пришёл передать вам неофициальную просьбу. От коллекционеров. Они хотят убедиться, что ферма действительно встала на ноги. Совет — устроить закрытый приём. Без ярмарок, без рекламы. Только избранные.

— Я только закончила первый! — всплеснула руками Антонина. — У вас, у коллекционеров, что, сезонный голод по канапе?

— У нас — сезонный голод по стабильным поставщикам. А вы, несмотря на наследство, всё ещё для них — тёмная лошадка. Приём покажет, что вы не просто наследница. Вы — хозяйка.

На минуту между ними повисла тишина. Вокруг кипела жизнь: кто-то спорил о цене зелья, у кого-то шляпа цапнула за ухо, кто-то демонстрировал танец драконьей тени.

Антонина вздохнула.

— И вы, конечно, поможете мне всё это устроить?

— Нет.

Она моргнула.

— Простите?

— Я не устраиваю приёмы. Я просто советую, кого позвать и кого вычеркнуть. Всё остальное — на вас. Или на вашу голем-домоправительницу, которая, между прочим, прислала мне список поставщиков сыров ещё до вашего появления на приёме.