Дракону косметолог не нужен

Глава 11

— Как ты смогла дотронуться до меня без моего разрешения? — гневно спросил он.

Я отпрянула от неожиданности.

Упс! Кажется, у него воспаление на голову пошло. Какое разрешение, когда он чуть было кони не двинул. Между прочим, жизнь ему спасла.

— В бессознательном состоянии ты мне намного больше нравишься. Тихий и спокойный, — буркнула я. — Ты, что недоволен, что я тебя спасла?! Может еще попросишь вернуть, как было?

В его нереальных оранжевых глазах мелькнуло удивление. Не знаю, что его так поразило, мои слова или какие-то мне неведомые формации.

— Ты не поняла, никто не может дотронуться до меня, — сказал он.

— Почему? — удивилась я.

Похоже мозг все же пострадал от потери крови. Долго находился в гипоксии и теперь пошли всякие высказывания, отдаленные от логики.

— Неужели сама не понимаешь? — его голос звучал удивленно.

— Если бы понимала, то не спрашивала бы, — хмыкнула я.

И в самом деле с этим красавчиком много всего непонятного. Откуда он вдруг взялся, как дополз до нашего дома. Почему вдруг начал выздоравливать. И откуда у него такой пронзительный янтарный взгляд?

Я бы подумала, что это линзы, но тут в другом мире линз не было.

— От прикосновений меня защищает магия, — сказал он с небывалой гордостью.

Вот оно как! Только что-то магия не защитила, когда его пытались пополам разломить и на внутренности посмотреть. Странная у него какая-то магия, не логичная.

— Когда тебя рвали на части, магия, похоже, пошла пить чай. Или, может, у неё выходной по чётным?

Он не ответил. Но уголки губ дрогнули. Совсем чуть-чуть. Но я заметила. И мне понравилось, как при этом преобразилось его лицо. Стало открытым и еще более прекрасным. Глупо конечно было думать об этом, но я поняла, что никогда еще в жизни не видела таких красивых мужчин.

— Ну, хорошо, — вздохнула я. — Магия, так магия. Ты отдохни. Не надо много говорить, силы береги.

Он вздохнул. Причем вздохнул глубоко и при этом не стал морщиться от боли. Неужели его раны продолжали стремительное заживление. Похоже на то! Ни один человек с разорванной грудной клеткой не способен на такие телодвижения.

— Неужели не больно? — спросила я, осторожно коснувшись края повязки на его плече.

Кожа под повязкой — тёплая, гладкая. Ни отёка. Ни жара. Рана, которую я видела час назад — почти исчезла. Но такого просто не может быть. Ни за что не поверю, что простой отвар трав таким действием обладает.

— Ты… ты регенерируешь, как ящерица? — выдохнула я.

Он улыбнулся, а потом не выдержал и рассмеялся.

Смех вырвался из него низкий, бархатистый, с лёгкой хрипотцой.

Он смеялся, откинув голову. Мои слова так сильно рассмешили его, что он не мог сдерживаться все хохотал и хохотал. И эти глаза — янтарные, глубокие, с вертикальными зрачками, что сужаются, когда он злится, сейчас распахнулись широко и даже чуть засветились.

Я смотрела на него — на дрожащие ресницы, на красивые губы, на мощное тело. Было в нем что-то пугающее, даже сейчас. Он ранен, практически разорван, а чувствуется такая мощь, что и думать страшно.

Когда смех стих, он посмотрел на меня — глаза всё ещё смеялись, но в них уже появились суровые отблески. Этакие серебряные вкрапления в янтаре его зрачков.

— Никто никогда не осмеливался меня ящерицей называть, — сказал он. — Даже за глаза.

— За глаза я бы никогда такого не сказала, — ответила я. — А вот в глаза можно.

Он ухмыльнулся.

— Неужели ты не знаешь, кто я такой? — спросил он.

Не хорошо смеяться над ушибленным и немного безумным красавчиком.

— Знаю, ты человек, которого пришлось лечить. Очень странный человек с янтарными глазами и невероятной регенерацией.

— Человек?! — усмехнулся он.

— Но не ящерица же, — усмехнулась я.

Он немного помолчал, глядя на меня, будто пытался понять: я издеваюсь или правда такая бесстрашная. А ведь он совсем не простой, этот раненый парень. Весьма вероятно, что он знатного рода.

— Со мной ещё никто так нагло не разговаривал, — хрипло сказал он.

У меня по спине пробежало что-то холодное — не страх, нет, скорее инстинкт самосохранения.

Впрочем, чего мне только не приходилось слышать от пациентов. Когда-то давно, я работала в реанимации, там всякого наслушалась. Но самые страшные угрозы я услышала, когда перешла работать в косметологию. Молодящиеся дамочки обещали растерзать меня, если процедуры не дадут должного эффекта.

— Вполне вероятно, — согласилась я.

Он молчал. Взгляд стал тяжелее. Не злой — просто… оценивающий.

— Ты даже не представляешь, кто я, — сказал он наконец.

— Ну, раз не человек, — усмехнулась я, — может, ты дракон?

Он изогнул бровь.

О-о, считает себя драконом. Впрочем, это в нашем мире подобные заявления расцениваются, как начало бреда, а тут вполне себе нормально.