Драконы для попаданки. Ещё не ясно, кто попал!

1

– Лиска, если нас здесь сожрут клещи, я тебе этого никогда не прощу, – я тяжело вздыхаю, пытаясь перекинуть через очередное поваленное дерево конструкцию, которую мой портной гордо назвал «шедевром косплея». – Вот оно нам надо, этот костюмированный бал?

Мой кринолин – это чудовищное нагромождение из пяти слоев жесткого фатина – в очередной раз намертво застревает в ветках дикой ежевики. Раздается характерный, душераздирающий треск, а я замираю. Сердце тут же обливается кровью: платье стоило мне ни много ни мало половину зарплаты.

Осторожно дёргаю ткань и мысленно хвалю себя – хорошо, хоть подъюбник на стальных кольцах надевать не стала, он так и остался стоять посреди моей спальни.

– Ой, заткнись, Манюнь! – Лиска, решительно шагает впереди и даже не оборачивается.– GPS говорит, что нам осталось буквально сто метров. Тут, за старой лодочной станцией, есть скрытая поляна. Это же квест! Приключение!

– Лисон, – ворчу я, с мясом высвобождая фатин из цепких лап кустарника. – Какая лодочная станция? Здесь нет ни реки, ни озера! Это даже не парк, а лес какой-то!

– Смотри на мир позитивнее, – тут же парирует Лиска. – Зато в этих дебрях никого из знакомых не встретим.

– Это даааа, – не могу не согласиться с нею.

Мы выглядим как две сбежавшие из дурдома принцессы, которые решили сократить путь через лес... Чего стоит только напоминающая башню причёска подружки и… Я ускоряю шаг, насколько позволяют тяжёлые юбки, и догоняю подругу, беспардонно тыкая пальцем в её корсет.

– Ты с пуш-апом не переборщила? У тебя грудь сейчас на уровне подбородка. Вдохнешь поглубже – и один из этих поролоновых спасателей выстрелит в глаз кому-нибудь.

Лиска фыркает, поправляя выбившийся локон, на который ушло полфлакона лака.

– Это называется «эффектная подача», дорогая моя Манюня. Тебе этого не понять – у тебя-то свои богатства девать некуда, вон, декольте сейчас треснет по швам. А мне приходится импровизировать. Между прочим, в приглашении четко сказано: «Форма одежды – бальная». Я просто соблюдаю дресс-код.

– Дресс-код в заброшенном парке в субботу вечером? – я скептически выгибаю бровь, останавливаясь, чтобы подтянуть шнурок на правом кроссовке.

– Ты что, напялила кроссы? – в ужасе пищит Лисон и беспардонно задирает мне юбку.

Я лишь фыркаю. Вместо изящных атласных туфелек на моих ногах действительно красуются верные, до боли родные «найки». Потому что я, может, и не могу отказаться участвовать в авантюре любимой подружки , но всё же не идиотка.

Гулять по заброшенному парку на шпильках – это особый вид мазохизма, к которому я еще не готова.

Я выпрямляюсь и критически осматриваю себя в маленькое зеркальце, выуженное из ридикюля. Да, формы у меня всегда были, мягко говоря, аппетитными. Но сегодня этот корсет сотворил чудо: талия стала подозрительно тонкой, а грудь поднялась такой крутой волной, что на ней можно подавать завтрак. Я – ходячее воплощение мужских фантазий в стиле «рубенсовская роскошь». По крайней мере именно так и заявила портниха, вручая мне расшитый дешёвым бисером корсет, в котором можно спрятать две такие красотки, как моя подружаня.

– Слушай, – я прищуриваюсь, глядя в спину Лиске. – А ты уверена, что это приглашение – не розыгрыш? Кто вообще рассылает анонимные письма с координатами GPS ?

– Ой, Манюнь, вечно ты всё портишь своей логикой! – Лиска оборачивается, и я вижу, как азартно блестят её глаза. – Ты же сама говорила, что тебе скучно!

– А ещё я говорила, чтобы ты не называла меня Манюней.

– Ну прости, Мануэлла. Я больше не буду. Ты просто представь, что сейчас встретишь каких-нибудь переодетых в драконов джигитов.

– Я надеюсь, они предпочитают девушек с формами.

–Ты красавица, Манюнь, – бросает через плечо подруга, не отрываясь от экрана смартфона, и тут же добавляет: – Драконы, если они там будут, с ума сойдут от таких изгибов. И помнишь приписку? «Приведи друга, и награда удвоится»?

– Вот эта приписка меня и пугает больше всего, – бормочу я, следуя за ней. – Обычно после таких фраз начинаются либо групповухи, либо жертвоприношения.

– О, смотри! Деревья кончаются!

Парк вокруг нас, действительно, стремительно меняется. Еще десять минут назад мы слышали отдаленный гул машин с проспекта, а сейчас тишина становится какой-то... звенящей, почти осязаемой. Тягучей. Деревья здесь выше, чем им положено быть в черте города. И тени их странно расползаются в разные стороны. Корявые дубы переплетаются ветвями, создавая живой туннель, сквозь который едва пробивается закатное солнце.

Воздух становится плотным и каким-то... вкусным. В нём больше нет запаха бензина и пыли, а лишь озон, аромат цветущего жасмина и что-то пряно-мускусное, от чего сердце бьётся чаще.

Мы выходим на идеально круглую поляну. Трава под ногами настолько зеленая, что кажется, она подсвечена изнутри миллионами микроскопических лампочек.

– Пришли, – шепнула Лиска, глядя на экран смартфона. – Координаты один в один.

И тут началось...