Драконы и ведьмы

Пролог

Две драконихи

- Кого ты хочешь себе взять? Я постараюсь притащить нам на двоих.

- А если разгрохаешь? Они хрупкие.

- Корзину возьму.

- А ну, как повылезут?

- Перемотаю крышку бечевкой.

- Вообще-то, крайне неосмотрительно лезть за ними самим.

- Угу. Но последние люди, которые готовы были нам помочь, убиты.

- Да уж, не повезло. Да и жаль их, откровенно. Помнишь, когда они заглянули к нам в первый раз, были такие напуганные. Я даже хотела приютить одного из них.

- Угу. Что поделаешь, у них были семьи, жены, таких нельзя брать к себе. Это жестоко.

- Не рви мне мое драконье сердце, я и так скоро совсем одичаю.

- Я, признаться, тоже.

- Нужно поскорее найти нам хоть кого-то в свои укромные гнезда. Представляешь, возвращаешься ты к себе, а тебя там встречают, радуются, перебирают золото и каменья.

- Это, если повезет найти себе кого-то душевного. Помнишь Цура? Он подобрал девицу и что? Она била его весь месяц сковородой по морде.

- Да уж, но что поделать. Да и потом мы-то драконихи, как обернемся, так нас сразу и полюбят.

- Ты когда оборачивалась в последний раз? Дай угадаю, год назад, больше? Загар уже слез три раза, опять бледная как поганка.

- А что поделать?! Да, я теперь наверняка напоминаю этих клыкастых гадов.

- Вампиров?

- Угу. Еще немного без человеческого тепла, и я вовсе могу потерять возможность оборота в двуногого.

- Как и ты, Берта.

- Надо срочно найти нам обеим мужей. Ну или просто кого-нибудь, кто бы встречал нас в гнездах.

- А если обратиться за помощью в другие миры? Мне говорили, что на восточной горе живет шаман, а у него есть друг в стране головешек!

Второй ящер от этой новости с грохотом сел на попу, прищемив кончик хвоста в расщелине скалы.

- Я не хочу горелого мужа.

- Да они только цветом и отличаются, это такие же посредники, как и те, которых убили. Могут достать нам любимцев какого угодно цвета. Хочешь беленьких, а можно черных, говорят, и красненькие бывают.

- Что же ты раньше молчала?!

- Лететь далеко, да и доставать сложно. И зовут этих "головешек" уж очень странно.

- Ну?

- Мамалиские пираты, вроде.

- За любимчиком я уже готова лететь куда угодно, а то опять примут за вампира после оборота.

- Эх, я бы хотела себе такого же, как у Мальдин - светленького, с кудряшками. А как он о ней заботится! Сам, охотно перебирает все ее драгоценные камни каждую ночь, протирает от пыли. Специально выбирает время, когда она спит, чтобы любимая не переживала что он может перетрудится.

- Да, это любовь!

- Великое чувство! И оборачиваться в двуногого она может теперь хоть каждый день.
- Вот что делает с нами привязанность к человеку.

Сутки спустя на краю высокой скалы.

- Какие милые люди.

- И взяли так дёшево. Ещё и выбрать сможем, повезло.

- И не говори. Всего-то по килограмму золота и горстке мелких сапфиров.

- Я только не поняла, почему такие сложности в содержании? Зачем нужна ванна с теплой водой каждый день? Иномиряне, они что - воняют?

- Я вот тоже не совсем уловила. Но мне кажется, это все потому, что ты так въелась со своим "Дайте мне инструкцию по содержанию! Вдруг подохнет!" Вот они и перестраховались.

- Я думаю, ты права. Придется извернуться. Я тут видела небольшую чашу из мрамора, литров на шестьсот. Как думаешь, подойдёт?

- Даже не знаю. Посредники говорили про таз с белым покрытием, может, это важно?

- Кто его знает. Нужно еще добыть гору лебединого пуха им на перины и заказать пошив у гномов.

- Да. Ничего, за неделю добудем все нужное.

- Скорей бы! Они обещали нам самых лучших из представителей иномирного флота!

- Супер. Я вот только не поняла, как может быть целый корабль неженатых сирот-мужчин.

- Мало ли, всякое бывает.

- В любом случае так безопасней для нас. Как вспомню Корша, так сразу начинаю нервничать и заедать стресс всем, что попадется.

- Подожди, может еще вернется, рано беспокоиться. Он улетел-то всего ничего, две недели назад.

- Интересно, кого он смог себе выбрать в мире людей?! Это какие возможности! Выбирай, кого хочешь! Он, вроде бы, хотел черноволосую.

- Только он и мог сам туда отправиться. Все же вылезать за пределы нашей страны, к людям, очень страшно.