Драконы, рыцари и принцессы

Драконица и её принцессы, ч.4

Черноволосая принцесса лежала на пеногранитном ложе хозяйки пещеры и почти не дышала. Глаза её были полуприкрыты, скулы заострились, на щеках проступил нездоровый румянец.

Над ней склонилась большая чёрная голова: драконица была всерьёз озабочена состоянием своей зверюшки. В изголовье ложа стоял повелитель гоблинов и внимательно рассматривал тонкую серебряную диадему на голове принцессы. В нескольких шагах от них вынутые из принцессариума девушки сбились в стайку и о чём-то встревоженно шушукались, похрустывая между делом печеньем и овсяными хлопьями из большого хрустального таза.

— Давно она так? — поинтересовался гоблин.

— Четвёртый день. Вызывала ветеринара, говорит — непонятно: кости целы, опухолей нет, заразой не пахнет, но и здоровьем тоже. Полчаса её нюхал, ничего не вынюхал. Разве что лапка, говорит, подвёрнута, но от этого, говорит, не умирают. Великий Драк, чего я только для неё ни делала: и серными палочками окуривала, и мумиё прикладывала, и выжимкой из гнилых мокриц растирала, и пещерных паучков по телу пускала — мне они лучше всего помогают, когда лихорадит, — ничего не помогает, вроде даже хуже становится. Лежит, дрожит и плачет.

Повелитель гоблинов сочувственно покивал головой и промолчал.

— Вообще-то это выбраковка, мне её в нагрузку спихнули, — грустно сообщила драконица. — И масть неправильная, и экстерьер подкачал — видишь, какая тощенькая. Но жалко: тоже всё-таки живое существо.

— Ну да, мы все живые, — рассеянно протянул гоблин, рассматривая маленький опал на диадеме.

— Мама, кстати, с первого взгляда сказала, что это она по дому скучает.

— Да ну, какое там скучает, — не согласился гоблин. — Наоборот, такие молодые особи в период созревания всегда из дома убежать пытаются.

В это время от группы принцесс отделилась их нынешняя предводительница, рослая княжна с мелированными волосами. Девушка подошла к ложу, достала из кармана крупный рубин, заныканный во время последней прогулки, и неловко вложила его в согнутую ладонь черноволосой принцессы. Рука больной дрогнула, разжалась, драгоценный камень покатился вниз и застрял между нетёсанными плитками пола. Княжна возмущённо фыркнула, задрала нос и гордым шагом прошествовала к негодующим подружкам. Пользуясь тем, что принцессы отвлеклись, одна курносая и толстощёкая царевна воровато огляделась, подскочила к рубину, цапнула камень короткими пальчиками, молниеносно спрятала его за пазуху, протиснулась между девушками и начала громче всех возмущаться заносчивостью брюнетки.

Драконица проводила зверюшку глазами и понуро опустила голову.

— Может, себе возьмёшь? — убитым голосом спросила она.

— Нет, я такого сейчас не ем, — небрежно отмахнулся гоблин.

Драконица поперхнулась и как бы невзначай загородила от него принцессу лапой.

— Ты её лучше выпусти на природу, — продолжал гость. — Она обязательно какую-нибудь травку найдёт, погрызёт и выздоровеет. А тут ей не жить.

— Думаешь? — с сомнением поджала губы драконица.

Повелитель гоблинов со значением пожал плечами.

— Моему питомнику, между прочим, уже пятьдесят шесть лет, какой-никакой опыт имеется. У меня ещё ни один единорог не сдох. Поверь, я знаю, что и когда животным требуется.

Драконица подняла принцессу, осторожно прижала к груди (от горючих слёз в изношенном платье тут же образовалось несколько дырок) и понесла к выходу.

День был тёплый и погожий. Зелёное море с островками холмов, расстелившееся от подножия горы до самого горизонта, радостно шумело. Несмотря на смурное настроение, драконица поневоле залюбовалась прекрасным видом. Рядом повелитель гоблинов не удержался от блаженного вздоха и с улыбкой прикрыл тяжёлые веки. За ними стояли и восторженно глазели на мир девушки, изредка попискивая от избытка чувств.

Драконица отошла на десяток шагов от входа, положила на траву обмякшее тело и опасливо потрогала его когтем.

— Вроде дышит, — неуверенно констатировала она. — Ты точно уверен, что выживет?

— Непременно, — махнул рукой повелитель гоблинов. — Эти всегда выживают. А вон, кстати, и её сородичи, — ткнул он вправо корявым пальцем. По дороге, прорезавшей лес тёмной нитью, действительно двигалось несколько крохотных фигурок. — Подберут, помогут, ежели чего.

— Ну вот и славно, — облегчённо выдохнула драконица. — Пусть бежит. Сейчас за это и выпьем. Эй, а ну все на место! Чего столпились? Вперёд, вперёд! Место, говорю!..

Когда всё затихло, черноволосая принцесса с огромным трудом поднялась, внимательно всмотрелась в фигурки на дороге, болезненно скривила губы и заковыляла налево в сторону чащи. Длинные спутанные волосы лезли в глаза, подвёрнутая нога отдавала болью при каждом движении, желудок стонал от голода, силы были на исходе, но попасться на глаза шайке разбойников ей очень не хотелось.