Драконья матушка: Четыре короля, дама и джокер!

Глава 4. Очередная проблема на горизонте

Что за дурацкая шутка от творцов

 В гостиной повисла гнетущая пауза. Мы все прекрасно видели, что это тело живого существа, но при этом Оук заявил, что в нём никогда не было духовной сущности. Души. Того что делает нас живыми. Я пытался понять, что это значит, но ничего не приходило в голову. Кроме того, моя жизнь видимо была в самом большом удивлении.

 - Можно, мне его на опыты? – первым пришёл в себя Рауд и с безумным взглядом направился к телу.

- Не спеши магистр, я бы тоже хотел провести ряд экспериментов с этим материалом, - перегородил ему путь Савитар, - Вы говорите это дар от творца? Чудесно, значит надо изучить его как следует. Мне будет нужен доступ в твою лабораторию.

 - Не пущу! – взвился Рауд, для которого башня была личной территорией и давать туда доступ эльфу, да ещё, судя по всему, их отношения были изрядно натянуты и, хотя причины я не знал, но настороженность и холодность в их отношениях чувствовалась на большом расстоянии.

 - Тут что-то не сходиться, - прервала зарождающийся конфликт Светлана.

 Женщина уже пришла в себя после недавнего обморока. Щёки налились румянцем, а глаза цвета грозового неба стали вспыхивать молниями, что как я понимал значило о её решимости и не терпящих возражений приказов. Светлана умела приказывать. Возможно она сама этого не понимала, но я видел, как она одним взглядом могла заставить себе подчиниться. Смогла ли она быть ровней правителю? Конечно. Даже не сомневался в этом. И тут же испытал смущение. Я представил, как моя жизнь войдёт в тронный зал моего дворца со мной рука об руку.

Не знаю о чём сейчас думал Шитан, но глупое выражение на его лице выглядело дико

 К тому же мне казалось странник более скрыт на эмоции. Нет его лицо сейчас было не то что глупым, а как бы выразиться поточнее. Дайте подумать. Ах, точно. Он выглядел как абсолютный болван! Интересно о чём он думает? Проследил его взгляд. Вот мерзавец! И что он там себе на придумал, глядя на пышечку.

 - Слюни подбери! – зашипел я на него.

  Шитан словно вышел из оцепенения и захлопал глазами. Рефлекторно утёрся и поняв, что я его подколол, вспыхнул. Если бы его глаза цвета малахита могли меня испепелить я бы, наверное, уже был как та жаренная птичка что подал нам Кеоколо на вчерашний ужин. Или возможно покрылся бы черной коркой как ифриты. Вот было бы смеху если бы Оук бегал и за мной как на верёвочки желая содрать внешнюю кожу на драгоценные камни. Хотя нет. Эти двое меня не интересовали. Так забавы ради, для убивания времени пока мироздание не отпустит меня с привязи этого аватара.

 Но тут задумался, чтобы я тогда сразу сделал? Покинул мир радужноглазой? Нет. Мне начинало тут нравится. Почему? Пышечка была тут. Именно. С ней было не скучно. На мою колкость эта женщина отвечала так что отпускать её от себя не хотелось. Напротив, я наслаждался этой нашей перебранкой. Словно коллекционер, нашедший самый ценный трофей своей коллекции, я хотел наслаждаться ею и хранить от всех.

 Но пышечка не была вещью. Там в огненных землях я увидел её настоящую. На миг, но она показала себя и для меня это оказалось бесценным уроком. После такого откровения назвать её своей было бы глупо. Нет. Если она желает я буду тенью того света, которым она озаряет всё вокруг себя.

 Идею с ритуалом слияния поддержал легко. Если эти неудачники не понимают, что она не примет такое это их проблемы. О как возмущался в пустое странник. Но уверен, если бы пышечка нас не подслушила, то итог был бы один и он бы согласился принять участие в ритуале наравне со всеми. Так почему я согласился? Потому что знал, что из этого ничего не выйдет.

 Когда эльф предложил такое, то представил, что будет если ритуал сработает. Сознания четверых мужчин и одной женщины на миг станет единым, а затем вернётся к каждому из участников. Как итог, она бы знала, вернее чувствовала говорим мы ей правду или лжём. Мы же понимали её буквально без слов. Её эмоции читались бы нами на расстоянии. На миг едины. И вот тут всё бы и разрушилось. Творения бы просто не выдержали мощи сознания творца. Их личности ждало неминуемое разрушение, а сущности стали бы тленом небытия. Но она бы выдержала. Даже не потому что в ней есть капля крови седовласого. В Элураден, нет, в Светлане, было нечто такое что не позволило бы мне навредить ей даже в миг, когда не смог бы контролировать себя.

 Неужели эта женщина настолько стала мне необходима за столь короткое время? Улыбнулся своим мыслям. Она мне дорога и желанна. Эта странная пышечка из мира седовласого, по воле его оказавшаяся тут. Так близко что я вот опять могу протянуть руку и захватить её в свои объятья. И пусть все смотрят. Я тень, всего лишь её тень и пока мне этого хватит.

Опять Киран схватил защитницу в свои объятья

 Этот иномирец начинает меня раздражать больше остальных. Да я стойко выдержал нравоучения от бабули и был готов смириться с утраченным, но мне казалось мы с ним чем-то похожи. Я ошибся. В очередной раз меня подвели мои инстинкты. От этого чувствую себя полным болваном.

 Схватился за соломинку, которая могла бы сблизить нас с Элураден, но тут же чуть не совершил непоправимое. Когда Шитан внёс женщину, столь испуганную и боящуюся даже посмотреть на нас в столовую, я был готов придушить всех вокруг голыми руками. Её страх мы развеяли, а отказ от ритуала поставил точку в том, что могло нас сделать ближе.

 Я не лгал, говоря, что мне нечего ей дать кроме себя. Моя цитадель лежит в руинах. У меня больше нет подданных что пойдут за мной. Слова Рэйтала о верных аристократах конечно мог бы дать надежду вернуть утраченное, но в отличие от эльфов в огненной стране правил сильнейший не по праву выбора, а по демонстрации той самой силы которую он мог противопоставить остальным.

 Я не мог ничего. Словно вновь оказался на цепях перед Серешем. И лишь свет который дарила мне Элураден, одним своим присутствием, так притягивал и манил что я боялся вновь задеть её своим желанием. Не хотел неосознанно наделить очередной меткой которая вновь бы заставила её испытать боль. Поэтому поведение Кирана и то как свободно он прикасается к защитнице, как вольно ведёт себя с ней и то что она словно играя в какую-то ведомо лишь этим двоим игру, принимает его и не гонит, ранило моё сердце. Сдерживаться было невыносимо трудно, но смотреть на то что даётся иномирцу так легко и это то о чём я мог лишь мечтать было ещё сложнее.