Драконья матушка: Четыре короля, дама и джокер!

Глава 19. Матушка на грани

Выйдя из комнаты, где мы расположили Шитана, я столкнулась с ней

- Светлана мне надо с тобой поговорить, - скороговоркой произнесла госпожа Ман.

- Не стоит, - кинула ей и уже собиралась пройти мимо, но древняя драконица перегородила путь.

- Я понимаю, что ты настроена враждебно, но будь взрослой и позволь мне сказать то что хочу, - женщина упёрла вытянутую руку в стену и тем самым мой носик оказался на уровне её локтя.

- Ман! Дай пройти. Ты даже не представляешь какого усилия мне стоит просто видеть тебя и не врезать как следует, - сама не ожидала как угрожающе утробно зарычала, при этом закрыла глаза и начала отсчёт чтобы успокоиться, не получалось, беда.

Вот тут госпожа Ман совершила роковую ошибку. Эта женщина посмела положить мне на плечи свои руки. Видимо тем самым собиралась меня успокоить. Не стоило. Моя крыша улетела тут же. Резкий перехват инициативы и вот уже я стою над древней драконицей упавшей на коленки и сильно сжимая ей горло одной левой. Да мой мозг выключился, но лишь на мгновение. Раскаянье которое всегда наступало после какой-то моей выходки в этот раз пискнуть даже не смело, а забилось очень далеко и накрылось там чем-то тяжёлым. Ныла только шишка, оставленная радужноглазой. Кстати не плохой так способ прийти в себя оказался.

- Самка, прошу… - где-то на фоне происходившего подал голос Куобах.

Ну да, конечно, госпожа Ман умная женщина, прожившая не одну сотню лет. Это был сарказм как вы должно быть догадались с моей стороны в её адрес. Она прекрасно понимала, что, взяв зайку на переговоры со мной, обеспечивает себя неким статусом неприкосновенности. Понимала древняя драконица очень хорошо то, что при нём я не придушу её как последнюю гадину. Но тут госпожа Ман просчиталась. Зверолюд он и есть зверолюд. Куобах вырос в матриархальном обществе, поэтому не станет влезать в спор двух самок ни при каких условиях. Это у него выдолблено на подкорке сознания. Поэтому кто сильнее тот и правит. Так у них заведено. Это я усвоила ещё в нашу первую встречу и была проинформирована после Оуком.

Мысли стучали в ушах. Прости зайка, но той, кого ты выбрал в качестве своей женщины, не долго осталось жить. Допекла она меня. Своим спокойствием, нравоучтивой логикой и неким издевательским согласием со всеми обвинениями. Другая бы на её месте хотя бы пыталась как-то оправдаться. Молить о пощади. Да это банально. Да, я бы ей не поверила, но это были бы хоть какие-то попытки искупить свою вину.

Она предала всё то хорошее что принёс в их мир Элураден. Госпожа Ман и другие драконы не только не оценили его благие поступки, но возжелав силы, пришли к безумной идеи заполучить её при помощи жертвы в лице собственного покровителя. Бред сумасшедшего! Но они переступили через всё разумное и совершили не мыслимое. Элураден не хотел говорить мне о прошлом, но я упрямая. Мне надо было всё узнать. Иначе как я могла правильно оценивать ситуацию. Уверена он многое скрыл от меня. Ещё больше не желал рассказывать по собственным представлением о моей так сказать заботе. Но этого хватило что бы сейчас желать древней драконице смерти.

Да. Вы не поверите. Но я была готова убить. Впервые в жизни испытала такое жгучее желание прибить своего врага не случайно и вовсе не в переносном смысле слова, а реально убить. Лишить жизни. Прервать существование. Не было страха, не было ликование, просто инстинкт, который желал только одного, смерти этой женщины, которая смела так поступить с тем, кто мне сейчас был очень дорог.

Элураден показал мне чудесное место. Это был дикий сад, точнее сказать просто полянка с кучей разных цветов которую он приметил за домом. Видимо ифриты только начали освоение этого места под сад, но даже такой, дикий, не ухоженный, он был прекрасен. И эти многочисленные цветы, с огромными бутонами и пьянящим ароматом, затмили собой все мои рецепторы и чувства. Мы стояли в этом месте и смотрели друг на друга. Вопросы сыпались из меня как из рога изобилия. На что-то он отвечал, шутя в своей манере. Что-то пропускал мимо ушей и делал вид что это не имеет значения ни сейчас, ни тогда. Он не лгал мне, утаивал, но всё что желал открыто поведал мне.

А потом настала моя очередь. Он не спрашивал обо мне вовсе. Словно и так всё знал. Но я рассказала ему всё, ну или практически всё что было со мной в прошлом, как оказалась в мире радужноглазой, что приключилось со мной затем. Элураден улыбался, слегка подрагивающими губами, он пытался сохранить серьёзность лица, но видимо толи от моей манеры говорить, толи от всего того что мне пришлось пережить за эти дни. В конце концов бог-защитник начал искренне ржать надо мной. Что несказанно меня смутило. Решила даже обидеться ради приличия и сохранения лица, но потом не выдержала и тоже рассмеялась. Ведь его смех был таким заразительным. Неосознанно, схватила его за руку и попыталась таким образом удержаться и успокоиться. И тут нас накрыло. Смех улетучился, и мы смолкли, погрузившись во взгляды друг друга.

Ещё миг и я бы потеряла голову окончательно, но хвала творцу этот мужчина был настоящим джентльменом и поняв, видимо по моим глазам, что нахожусь на некой грани своей сущности, не стал доводить меня до неё, а нежно и сладко поцеловав в губы, вернул с небес на землю. А затем проводив обратно в дом. И признаюсь честно это было моё самое прекрасное воспоминание на этот вечер. И тут такой поворот, словно госпоже Ман было мало того, что её спасла радужноглазая, она прям напрашивается на то, чтобы я свернула ей шею. Стоп!

Я резко расслабила руку и с отвращением отдёрнулась от древней драконице. Лишь сейчас поняла, что в коридоре уже не протолкнуться. Сюда высыпали все обитатели дома. Они смотрели все на меня. Замерли, похоже даже не дышали. Ждали. По спине пробежал холодок. Они что реально дали бы мне убить госпожу Ман? Даже Фридрик не помешал бы мне придушить свою родственницу и кровницу? Пробежала взглядом по их лицам. Никто не мог его вынести, опускали глаза. Похоже поняли мой немой вопрос и без слов отвечали на него как умели. Дали бы. Не вмешались бы. И похоже не осудили бы меня за такое. Да что это всё значит? Почему? Что за вседозволенность? Это простите уже не проявление любви или доверия. Это иное. Это… И тут меня осенило. В их глазах я уже не та иномирянка, каким-то вывертом судьбы оказавшаяся в этом мире и ставшая наместником творца. И не некая богиня ифритов на которую те смотрят с обожанием и боготворением. Я – демиург! А это значит, что мне всё можно! И ни одно создание не станет мне перечить. Бред! Но иного ответа я не видела.