Драконья метка. Месть всадника

Глава 4.

Рилан

Убийство дракона – самое худшее преступление на магических землях Кельдерии. Однако кто-то всё равно осмелился пойти на это. Неизвестный прервал жизнь самого бесстрашного защитника нашего народа – Галиуса.

В мирные времена, как сейчас, драконы символизируют добро, удачу и благодать. Поэтому не представляю, кто мог осмелиться на такое. Несколько столетий назад они уступили Верховной Жрице и согласились вступить в воинские ряды Стальграда. Города, который всегда служил некой крепостью, отгораживающей враждебный внешний мир. Но сейчас действует соглашение о мире, поэтому теперь это просто самый крупный город в империи Эльтарда. Впрочем, во всей Кельдерии вряд ли найдёшь поселения больше. Отчего можно заслуженно называть его сердцем магических земель.

Драконы бесстрашно и свирепо сражались за свободу и мир, чтобы любой, кто имеет в своих жилах волшебство, мог жить без страха. Они не только наши заступники и союзники, но и товарищи, друзья и даже семья.

– Ты можешь выбрать любого другого дракона, Лан, – прервал мои думы соратник.

Его голос был твёрд и категоричен, как никогда.

Он так говорит, будто это как потерять домашнюю зверушку. Погоревал и хватит.

Но как смешно слышать эти слова от того, кто не в силах понять боль утраты всадника. Его дракон в здравии, в отличие от моего. Да и сам он молод, чтобы что-то понимать о горести. Поэтому смолчал, чтобы не обострить ситуацию. Хотя, не скрою, кулаки уже чесались врезать ему по физиономии за его бестактность, бесчувственность и узколобость.

Конь взъерошился в руках, ощущая нервозное состояние своего хозяина. Я ласково пригладил шерсть на его морде в неком успокоительном жесте, и он чуть угомонился. Из стойла, разумеется, ему никуда не деться, но всё же перед дальней дорогой не мешало успокоиться.

Я глубоко вдохнул ароматный запах сена, которое прошелестело под сапогами незваного гостя.

Конечно же, он нашёл меня в конюшне. Друг слишком хорошо меня знает. А быть может, любой на моём месте поступил бы так же.

– Я понимаю, вы были близки, впрочем, как и мы с Лариусом…

– Ты! – злобно прорычал сквозь зубы, брызжа слюнями.

Ну вот, хотел же проигнорировать… Но сдерживаться уже не было мочи. Моё хрупкое терпение лопнуло, поэтому резко развернулся к товарищу и схватил его за грудки.

Мутные зелёные глаза обомлело округлились, густые светлые брови сошлись на переносице.

– Ты. Терял. Своего. Дракона?! Терял?! – гневно взревел, трепая его, как тряпичную куклу, испепеляя взглядом.

Парень обомлел.

– Ты не знаешь, что я чувствую! Ты не знаешь, что испытывает всадник, когда теряет драконью метку! Пока не отомщу и не отплачу за его смерть, свет мне не мил! И не будет мне покоя!

Я оттолкнул от себя парня, будто он был для меня каким-то мусором.

– Ещё раз вякнешь хоть слово… Покараю, – небрежно бросил, оборачиваясь к коню, чтобы собрать его в долгий путь.

Тот вскочил на ноги, отряхнул одежду от сена и пригладил волосы цвета созревшего пшеничного колоса. Он ещё несколько минут стоял позади и буравил взглядом спину, однако, к счастью, беспокоить больше не стал. Поэтому вскоре смог беспрепятственно покинуть замок. Только вот друг всё равно не захотел оставлять меня, поэтому сейчас не спеша плёлся следом на своём жеребце. Тихо, чтобы снова не разозлить меня.