Драконья метка. Пепел вместо крови

Глава 1. Серая мышь в драконьем логове

Я знала три правила выживания в Академии Драконьего Пламени.

Первое: никогда не смотри драконам в глаза. Второе: если дракон идёт по коридору - прижмись к стене и замри. Третье: забудь, что у тебя есть гордость. Гордость горничной стоит ровно столько же, сколько пыль у неё под тряпкой - ничего.

В то утро я соблюдала все три. Коридор Западной башни тонул в янтарном свете раннего солнца. Лучи пробивались сквозь витражные окна, раскрашивая каменный пол алыми и золотыми узорами - цвета драконьей знати. Я опустилась на колени, сжимая влажную тряпку, и тёрла мрамор с такой силой, что заболели костяшки. Пятно от драконьего пепла въелось в камень чёрной кляксой, вчера какой-то второкурсник ради забавы выдохнул пламя прямо на пол. Оттирать его приходилось уже полчаса, и плечи ныли от напряжения. Где-то над головой, этажами выше, гремели фанфары. Церемония поступления новых абитуриентов началась. Я мельком глянула в высокое стрельчатое окно: во внутреннем дворе уже собралась толпа. Аристократы в алых и серебряных мантиях, наследники древних кланов, и среди них - совсем юные драконы, которым сегодня предстояло показать свою стихию. Они стояли гордо, расправив плечи, и ветер трепал их волосы.

Я отвернулась и принялась тереть усерднее. Моя работа - не глазеть на драконов, а убирать за ними грязь. Я знала, что это мой единственный способ выжить в этом мире. Я сама до сих пор не до конца понимала, как я в нём оказалась. Однажды утром... Это было морозное, суровое, зимнее утро, я сидела в старой, забытой всеми, библиотеке, читала классику, чтобы подготовиться к зачёту по литературоведению. И мой взгляд упал на старинное зеркальце, оно было серебряным, с дорожкой драгоценных камнем, они ярко переливались под солнечными лучами. Мне захотелось посмотреть в него, но оно было очень пыльным, как будто его оставили здесь сотню лет назад. Я взяла бархатистую тряпочку и аккуратно протёрла стекло. Посмотрев на своё отражение, я испуганно закричала. Там была не я. Там была девушка, похожая на меня, она ехидно улыбалась, а в её глазах пытал огонь, такой, как у драконов. В моих глазах потемнело, на секунду мне показалось, что я уснула или потеряла сознание. Когда я открыла глаза, библиотеки уже не было. Была странная комната, вокруг валялись засохшие травы, книги с заклинаниями и пустые баночки.

- Эй, ты! - раздался резкий окрик за спиной.

Я вздрогнула и инстинктивно втянула голову в плечи. Тряпка выскользнула из пальцев и шлёпнулась в ведро с грязной водой. По коридору, цокая каблуками сапог, шла надзирательница - мадам Флора, старшая экономка академии. Высокая, сухая как жердь женщина с вечно поджатыми губами и острым носом, который, казалось, чуял малейшую провинность за три этажа.

- Лина, - процедила она, останавливаясь надо мной. - Ты всё ещё возишься с этим пятном? У тебя полчаса, чтобы закончить и перейти в Восточное крыло. Там после вчерашнего пира весь пол залит элем.

- Да, мадам, - пробормотала я, опуская голову ещё ниже.

- И не «да», а «да, госпожа Флора», - отрезала она. - И смотри мне в глаза, когда отвечаешь.

Я медленно подняла взгляд. Встретиться с ней глазами - не то же самое, что с драконом, но тоже неприятно. Её маленькие серые глазки смотрели цепко, будто выискивали во мне какую-то крамолу.

- Да, госпожа Флора, - повторила я.

Она хмыкнула, обошла меня по кругу, брезгливо глянула на мои покрасневшие от холодной воды руки, и вдруг спросила:

- Сколько тебе лет, девочка?

- Двадцать один год, госпожа.

- И ты всё ещё моешь полы? - она усмехнулась. - Не слишком ли поздно мечтать о чём-то большем?

Я промолчала. Мечты - это то, что мне запрещено. Мечты - это для тех, у кого в жилах течёт драконья кровь. Для таких, как я существует только работа, пока спина не сломается, и могила где-нибудь под забором, если повезёт. Флора ещё раз окинула меня взглядом и, потеряв интерес, ушла. Её шаги затихли в конце коридора. Я выдохнула и снова взялась за тряпку. Но внутри что-то саднило. Слова надзирательницы задели глубже, чем хотелось бы.

Не слишком ли поздно мечтать о чём-то большем?

Я мечтала. Раньше, ещё ребёнком, когда меня ещё воспитывали в моём мире, я мечтала попасть в сказку, мечтала о драконах, мечтала о волшебных академиях и магии. Помню, как смотрела сериалы, смотрела на студентов - красивых, сильных, с крыльями за спиной и пламенем в глазах - и представляла себя одной из них. Летающей в небе. Повелевающей огнём. Свободной. Но годы вытравили эти глупости. Я - человек. Простой человек, без капли магии, без гроша за душой. Моя судьба - мыть полы, пока молода, а потом, когда состарюсь, меня вышвырнут за ворота и забудут. Я стиснула зубы и тёрла с удвоенной силой. Чёрное пятно наконец-то начало поддаваться.

Церемония во дворе тем временем достигла апогея. Сквозь толстые стены донёсся рёв драконов - глубокий, вибрирующий звук, от которого заложило уши. Я на мгновение замерла, и по спине пробежал холодок. Этот звук означал, что кто-то из абитуриентов прошёл трансформацию - прямо сейчас там, во дворе, юный дракон расправил крылья и взмыл в небо, срывая аплодисменты толпы.

Я представила это: взмах кожистых крыльев, блеск чешуи на солнце, огненный выдох в небо. Красиво. Страшно.

И бесконечно далеко от меня.

Я закончила с полом через четверть часа. Собрала ведро и тряпки, выпрямилась, разминая затёкшую спину. Хотелось пить, и я позволила себе короткую передышку - спустилась по лестнице для слуг в подвальный этаж, где располагалась крошечная каморка для горничных. Там стоял кувшин с водой и чёрствый хлеб - мой обед. В каморке, как обычно, пахло сыростью и старым деревом. Я налила воды в щербатую кружку, отломила кусок хлеба и села на деревянный ящик, заменявший стул. Ела быстро, не чувствуя вкуса, прислушиваясь к звукам: где-то надо мной гудели голоса, хлопали двери, звенели магические колокольчики. Жизнь академии кипела, но я была отдельно от неё - как мышь в подполе, которая слышит шаги людей, но никогда не видит их лиц. Доев, я отряхнула крошки с передника и уже собиралась подняться в Восточное крыло, когда дверь распахнулась, и в каморку ввалилась Мирта - ещё одна горничная, моя ровесница и единственная, кого я могла назвать подругой. Она была растрёпанная, с лихорадочным блеском в глазах.