Драконья попаданка в Академии 2. Истинная

Глава 11. Тот самый мир...

— Что ты имеешь в виду? — напряженно спросил Борас, тоже вынырнув ниоткуда.

— Малыши что-то могут, просто не знают, как объяснить, — ответил Арстинар, заглядывая в глазки Барри. — Пусть покажут!

— А им это не навредит? — испугалась я. — Как бы они не потратили слишком много сил, пытаясь помочь нам с открытием портала!

«Мама, бр!» — мысленно сообщил мне Дорри. — «Мы не дур-раки!»

Байдори взвились в воздух, немного полетали, словно принюхивались к чему-то. А потом Барри полетел по кругу, Дорри за ним. Мирри летел последним, полностью повторяя их траекторию.

На глазах у удивленной публики за ними прорисовывался контур большого круга, такого, что в него сможет пройти высокий человек. В общем, малыши мои — и верно умные!

— Портал… — изумленно прошептала Галерема.

— Еще не портал, — усмехнулся Арстинар. — Контур. Теперь наша работа, — он кивнул Борасу с Борином и Геаной.

Я призвала малышей к себе, принялась хвалить и поглаживать. Они отвечали довольными «фр» и «др». А большие драконы, включая, кстати, бриллиантовую, красиво встали напротив «контура» и… принялись ломать стену.

Магическим зрением я видела, что они направляют туда просто неимоверное количество силы, в буквальном смысле стараясь проломить границу между мирами.

Но ничего не получалось… Так и оставался лишь контур, созданный малышами. Причем он начал тускнеть!

— Проклятье! — выругался Арстинар. — Давайте направленно! Цепочка, взяться за руки…

В общем, дальше драконы выстроились цепочкой, держась за руки и передавали силу Арстинару, как по проводу.

Мы с Умбаром переглянулись и попробовали пристроиться в конце цепочки. Но Борас так на нас рявкнул, что мы отлетели за кусты от одного его голоса.

…Против лома нет приема. В смысле, нет приема от дракона.

От нескольких драконов — тем более.

В итоге воздух внутри круга заклубился, обозначая открытие портала.

— Долго он не продержится, а у нас уже нет сил! Быстро все в него! — скомандовал дедуля Арстинар и схватил за руку… Гуда, за которого нес ответственность.

Боря бросился ко мне (пошатываясь), подхватил на руки, и мы первыми нырнули в портал.

На выходе оступился, споткнувшись о корягу, и мы едва устояли. Поставил меня на землю и… сам обессиленно сел.

Спустя секунду вслед за нами начали вываливаться (чуть ли не кубарем) остальные.

Причем драконы были ни на кого не похожи. Все бледные, едва стояли на ногах. Они садились, прислонялись спиной к дереву и прикрывали глаза.

Когда все были в сборе, сияющий круг достаточно быстро погас.

— А нам ведь еще выбираться отсюда обратно, — усмехнулся Арстинар. — Нелегкая это работа — из ничего создавать портал!

— Надеюсь, к тому моменту ты вернешь свои способности, — ответил Боря. Обвел всех взглядом — здесь только-только начинались сумерки, и серые лица драконов казались еще серее. — Очевидно, что сейчас лететь мы не в состоянии. Ночуем прямо здесь. Умбар, Стай, Ирина, Арган и Гуд, могу я попросить вас поставить лагерь? Всем драконам нужно восстановиться.

Ну а что делать? Мы и верно тогда не могли двигаться дальше. А пытаться накачать энергией драконов — все равно, что пытаться увлажнить пустыню стаканом воды. И стакан опустеет, и пустыня не расцветет.

В общем, спустя пару часов мы с Борей спали в палатке.

А ближе к утру…

Я проснулась со странным чувством, что что-то не так. Хотя по логике все было нормально — я лежала в объятиях Бораса, тепло, уютно. Но мне почему-то это не понравилось. Словно я находилась не там, где должна.

Байдори, конечно, тоже тут же тоже проснулись и принялись бегать по палатке, рискуя разбудить своего безе. Мне этого очень не хотелось, вообще хотелось выйти на улицу и глотнуть свежего воздуха.

При этом дракончики выглядели встревоженными. Но объяснить ничего не пытались, лишь с опаской поглядывали на меня.

Я потянулась, надела ботинки и вылезла из палатки. Еще даже не начался рассвет, но было достаточно светло.

Здесь было две луны, и они заливали поляну серебристым и красноватым светом.

— Гр! — сказали байдори.

Две луны, причем одна из них — красная, им не понравились.

— Да ладно вам, — улыбнулась я, оглядываясь.

Я словно бы что-то искала… Сердце подсказывало мне, что я должна что-то увидеть и найти.

И тут в красноватом свете я увидела розового спящего медведя Стая.

Сердце бухнуло от радости.

Я точно поняла, что нашла искомое.

Гуд теперь спал в самой большой палатке — Арстинара, в ногах у «хозяина». Так что единственным, кто почивал на улице, оставался Стай.

Я радостно подбежала к нему, но будить не стала. Пусть мой хороший мишка спит. А я буду рядом.

Я обняла его, свернулась клубком на его боку.

— Р-р-рау… рау! — с сонным блаженством протянул медведь. На морде отразилась странная медвежья улыбка. Большая лапа подгребла меня ближе. Я погладила его около носа, потом поцеловала в мохнатый розовый лоб. Опустила голову словно бы на большую подушку.

И заснула в радостном спокойствии, точно зная, что теперь я там, где нужно, и все правильно.

А прежде чем совсем уплыть в сон, расслышала встревоженные тихие «др» и «фр-беда» моих малышей, которые бегали по спине медведя. Но тоже быстро угомонились, потому что никто не вскочил, разбуженный ими.

В следующий раз я проснулась от того, что меня целовали в шею. Нежно и страстно одновременно. Я открыла глаза и обнаружила, что лежу в объятиях сидящего мужчины. Моего Стая.

— Благодарю тебя, я так счастлив, что ты теперь со мной. Что ты все поняла, — прошептал он мне на ухо, рождая ворохи мурашек по всему телу.

— Конечно, — я развернулась и обняла его за шею. — Раньше все было как-то не так. Я была с Борасом и не понимала, что ты — мой истинный. Прости меня.

— Как я могу сердиться на тебя?! И… мне намного проще дарить тебе любовь, будучи человеком.