Драконья суженая: угасшее пламя

Глава 15: Диаль

Спустя три дня пребывания в столице, мы нашли подходящего кандидата на роль нового короля-марионетки. Им оказался сын рыбака, начитанный парень. Что бы он уж точно не смог обыграть нас, на нем было поставлено огненное клеймо. Я собирался насладиться солнцем еще немного и подлатать солдат, но получил неожиданную весть.
- Ваше Величество, письмо от королевы. – Лениус протягивает мне маленький клочек бумаги.
На нем, острым почерком, написаны обрывки фраз. Неужели Веста не нашла времени и желания написать мне стоющее письмо?
Ухмылка пропадает с моего лица, а глаза округляются, как только я начинаю читать строки вести.
«Мертвецы не вымесел, они пришли за нами. Продержимся сколько сможем. Надеюсь ты справился с миссией и не ранен сейчас.»
- Лениус, я улетаю. – срываюсь с места и выхожу на улицу.
Пара секунд и я уже рассекаю крыльями воздух.
***
Больше всего на свете я боялся застать опустошенный замок с кучей трупов, но вместо этого увидел толпы работяг что-то разбирающих в рве. Приземляюсь недалеко от них и иду в сторону замка. Мне приветливо машут, но я даже глазом не повел в их сторону. По дороге мне попадаются еще пара слуг, но я все также иду к цели не обращая внимания на посторонних. Бегу коридорами замка, преодолеваю десятки лестниц и врываюсь в свои покои. 
Сидит. Мирно прикрыла глаза. Веста держит на руках младенца и баюкает его. Я замер в дверях, она испуганно поднимает на меня глаза. Не произнеся ни слова подхожу к ним и забираю у нее сына. Такое хрупкое, маленькое создание. Он спит, сладко и крепко. В нем я вижу сильного правителя, настоящего наследника. 
- Атсевлаид. – жена встает на ноги и подхожит к нам.
- Ты назвала сына без меня? – я сержусь и продолжаю смотреть на маленькое личико.
- Подумала что ты не будешь против. – она обхватывает мою руку, - Я ведь это заслужила.
Мне становиться горько от ее слов.
***
Весь день я решал проблемы появившиеся после осады замка. Хлопот было немало и под конец дня я слишком сильно устал. Устал от всего, не только от тупых рабочих или безмерного количества дел. Я во всем видел черноту, апатию к миру. Я ощущал себя обязанным быть кем-то, когда на самом деле не чувствовал своей надобности этому миру. Я был обязан быть королем, обязан быть мужем, отцом. Я не выбирал этого. Меня раздражают все, даже Веста. Даже моя прекрасная и непокорная женушка. Я слишком далеко зашел, слишком много сделал. Пошел против правил, против своей природы. И это меня карает, я сам себя караю.
- Идешь спать? – голос доносится из спальни.
- Да. – я сухо отвечаю жене и продолжаю стоять у окна.
- Диаль, - девушка обнимает меня сзади, - ты избегаешь меня?
Не только тебя. Я всех избегаю. Мне казалось, что победив Эддрика я заполучу желанный покой, но этого не произошло. Я думал, что увидев сына обрету радость, но чувствую лишь опустошение. Я бредил, что видя любимую женщину рядом с собой на троне смогу любить, но не смог. Я такой, какой есть и это не исправить. Уже нет. Я действительно монстр, на что дракон надеялся? 
- Я ничего не чувствую.
- Что? – она шепчет.
Я разворачиваюсь к ней. Веста кладет руки на мою грудь, а я придерживаю ее за подбородок. Луна спадает на нее своим светом. Тень подчеркивает выразительность ее губ, остроту лица. Глаза, словно два сапфира, смотрят мне в душу. Я созерцаю эту красоту и понимаю что не чувствую ничего, абсолютную пустоту. 
- Мне жаль… 
- Диаль, что с тобой? 
Ее слова эхом разливаются по комнате, долетают до каждого уголка, но не до меня. 
- Я старался, думал что смогу изменить свою природу. А главное – я поверил тебе. – она продолжает растеряно на меня смотреть. – Я ничего не чувствую. – снова повторяю эти слова, - Мне не нужно было что бы ты любила меня, не нужна была твоя покорность. 
- Ты… - она словно ищет ответ на самый важный в ее жизни вопрос.
- Когда я выходил из роли хорошего дракона, вел себя не по стандартам. – я говорю обрывки своих мыслей, так что она вряд ли что-то понимает. – Я ничего не чувствую, Веста. 
- Не чувствуешь? – она видит мою панику от безысходности положения. – И когда ты это понял?
- Когда вернулся к тебе. – жду ее реакции, - Я зверь. Чудовище.
- Да. –  тон ее голоса абсолютно спокойный.
Будто она знала что так будет, будто была готова к этом. И я могу представить как ей сейчас горько. Жить только по правилам, по сложившимся трафаретам. Когда-то я ведь любил ее, но я не могу и дальше делать вид будто все хорошо, и дальше ее обманывать. Наша любовь – жестокая, горькая, колючая. Но у нас были чувства и эти чувства питали меня. Я до сих пор не понимаю, как она смогла полюбить меня и простить за все что я с ней сделал. А теперь мои слова разбили есть сердце, я уверен.
Веста отзывается на плач ребенка и уходит, оставляет меня наедине с сотней мыслей. 
Ложусь к ним только спустя пару часов, убедившись что жена уснула. 
***
- Он очень горячий. – Веста чуть ли не в истерике.
Поводом для нашего первого диалога за очень длительное время – стал недуг сына. Малыш постоянно кричал, его температура превышала норму даже для драконьей крови, золотые жилки постоянно сверкали на его теле. 
- Ваше Величество, я делаю все что могу. – ведьма что-то мешала в банке.
- Это не помогает, ему плохо уже почти неделю. – королеву трясет, видно как ей страшно.
Я хотел обнять ее, утешить, потому что знал что наверное нужно так сделать. Видел как люди неоднократно обнимают друг-друга в момент горя. Веста не подпускает меня к себе. Она, будто львица защищает своего львенка, принца драконьей крови.
- Мне жаль, Ваше Величество. – Безликий тоже здесь, - Нам остается только ждать и надеяться что принц перерастет это.
- Что с моим сыном? – я не выдерживаю паники повисшей в воздухе.
Все присутствующие оборачиваются на мой возглас.
Леди Мэй притягивает к себе трясущуюся Весту. В ее глазах такая сильная боль, мне еще не довелось видеть подобное. 
- Ваше Величество, он болен. – Безликий направляет маленькие лучи желтой энергии на младенца, - Кровь что течет в нем, он должен был быть рожденным из лавы, а не из чрева создания. 
- Что вы делаете? – Веста обращается к целителю указывая на струи энергии.
- Вливаю в него жизнь, как и в Вас когда-то? 
- Жизнь? – Веста удивленно смотрит на меня.
- Веста. – подхожу к ней и придерживаю за плечо, - давай выйдем.
Мы покидаем зал.
- Объясни. 
- Когда ты проходила испытание, ты вовсе не была больна или ранена.
- Я умерла? – вопрос повис в воздухе.
- Да. – мне было так же сложно ответить.
По щекам королевы скатываются пара слезинок. 
- Значит, он сможет воскресить и Атсевлаида? 
- Не сможет. Силу ему давали восемь духов, они ушли вместе с мнимой кончиной.
Веста просто разворачивается на каблуках и уходит. Думаю она ненавидит меня искренне.
***
Каждый день мать проводила время с сыном. Она гуляла с ним в саду, пела ему нелепые земные колыбельные, ночами не спала. А мой сын увядал на глазах. Я уже понимал чем это закончиться, но в нашем случае – надежда, все же, умирала последней.
Я смотрел на то, с какой заботой Веста качает ребенка на руках. Как она смеется когда он хватает ее маленькими пальчиками за нос. Она шептала ему сказки, под которые и я неоднократно засыпал. 
В тот вечер, она пришла ко мне в постель вместе с маленьким свертком на руках. Легла рядом и положила ребенка между нами. Девушка прижалась ко мне и заснула. Я удивленно смотрел то на нее, то на сына. 
Лицо Атсевлаида пульсировало маленькими золотыми жилками. Он по прежнему был очень горячим, наверное даже больше чем обычно. Мальчишка протянул свою ладошку ко мне, посмотрел на своего отца и засмеялся, а я вместе с ним. По моей щеке скатилась слеза. 
***
Ночь тиха была и спокойна,
Их сон охраняла луна.
На лицах уснувших в покое,
Застыла улыбка одна.
***
На утро наш сын умер. Он не проснулся. Мой маленький мальчик, такой желанный огонек покинул нас. 
Я даже не знал что делать, все стало еще хуже. Весту я даже боялся трогать, она выглядела настолько опустошенной, будто в любой момент, дуновение ветра – и она развалиться, разлетится на маленькие кусочки. Я столько раз ломал ее, столько раз она испытывала боль и страдания из-за меня. Приближенные к ней слуги пытались вывести ее из состояния шока, но безрезультатно. Ведагора и Безликий, как чародеи замка, отправились похоронить принца как полагают традиции.