Дрессировщик от бога

Глава 3 - Трещины в тишине

Утро началось с тишины. Не с привычного гула просыпающегося зверинца, а с плотной, давящей тишины, будто все живое затаило дыхание. Вилен проснулся с тяжелой головой и смутным чувством тревоги, засевшей где-то под ложечкой. Воспоминание о ночном скрежете всплыло, как масляное пятно на воде, — отчетливое и неприятное.

Он спустился вниз, и первое, что бросилось в глаза, — неестественная поза Кая. Кот не лежал растянувшись на своем любимом теплом камне у двери «лазарета». Он сидел столбиком на пороге, уши развернуты в сторону главных ворот зверинца, хвост подрагивал крупными, нервными взмахами. Увидев Вилена, Кай не побежал навстречу с привычным «мрр». Он лишь коротко мотнул головой, как бы говоря: «Слышишь?», и снова уставился в ту же сторону.

— Что такое? — тихо спросил Вилен, подходя и опускаясь на корточки рядом.

Кай буркнул что-то нечленораздельное, глубокое в горле, и ткнулся холодным носом в его руку, но не для ласки, а словно подтверждая: «Да, что-то не то».

Вилен активировал [Малый анализ]. Над котом всплыла строка: «Кай. Состояние: напряженное, здоровье в норме. Настроение: крайняя настороженность, граничащая с тревогой. Причина: обнаружены незнакомые, потенциально опасные запахи/вибрации в окружающей среде (прошлой ночью). Отношение к субъекту: просьба о подтверждении угрозы».

«Просьба о подтверждении угрозы». Кай не просто боялся. Он собирал информацию. И ждал от Вилена, его «фильтра реальности», оценки. Эта мысль одновременно потрясла Вилена и добавила тяжести на сердце. Теперь он отвечал не только за их физическое состояние, но и за их чувство безопасности. Он был для них барометром мира.

Войдя в «лазарет», он понял, что тревога не ограничивалась Каем. Слепая лань металась по своему небольшому загону, тыкаясь мордой в стены. Грав лежал, прижавшись к самой дальней стенке, его глаза были широко открыты, а тело неестественно напряжено. Даже обычно флегматичный старый боров тяжело сопел, ворочаясь с боку на бок.

Он подошел к сараю с койрками. Там царила гробовая тишина. Все шесть птиц сидели, прижавшись друг к другу на одной присаде — неслыханное дело для стаи с четкой иерархией. Они не спали. Их головы были повернуты в одну сторону — на северо-восток, туда, куда выходили задние ворота зверинца, ведущие к лесу и горам.

[Малый анализ] на всю стаю выдал общую, пульсирующую строку: «Коллективное состояние: повышенная тревожность. Причина: обнаружены следы высокоуровневого хищника/нарушителя территории в радиусе 1 км (ориентировочно). Произведена бессознательная синхронизация стаи для взаимного оповещения».

Вилен вышел из сарая и столкнулся нос к носу с одним из подручных Борка — угрюмым детина по имени Грот.
— Борк зовет, — буркнул тот, и в его глазах Вилен увидел не обычную глумливую насмешку, а что-то вроде озабоченности. — Быстро.

Борк стоял не в конторе, а у задних ворот, которые обычно были наглухо заперты. Рядом с ним — два незнакомца. Они не были похожи на местных или на столичных купцов. Их одежда была темной, практичной, без украшений, сшитой из плотной, немаркой ткани. На поясах — не кривые охотничьи ножи, а прямые, функциональные клинки в строгих ножнах. Их лица были закрыты капюшонами, но Вилен уловил жесткость в линиях ртов, холодную отстраненность в позах. Они пахли дымом, холодным металлом и чем-то еще — едва уловимой, сладковатой горечью, похожей на запах гниющих магических трав.

Один из незнакомцев держал в руках странный предмет — металлический диск на цепи, который он медленно вращал перед собой. Диск временами издавал тихий, высокий писк.
— Вот наш смотритель, — хрипло представил Борк, кивнув на Вилена. — Вилен. Он за всеми тварями приглядывает.

Незнакомец с диском поднял голову. Его глаза, серые и бездонные, как лед на горном озере, скользнули по Вилену с безразличной скоростью, будто оценивая очередной предмет обстановки.
— Ты ночью ничего не слышал? Необычного? — спросил он. Голос был плоским, лишенным интонаций.
— Слышал… какой-то скрежет. Далеко, за стеной.
— А звери? Вели себя как обычно?
— Нет, — честно признался Вилен. — Все настороже. Даже те, кто обычно спокойны.

Незнакомец переглянулся с напарником. Тот почти незаметно кивнул.
— Покажи нам твоих хищников. Особенно тех, что чувствительны к… изменениям в магическом фоне.

«Магическому фону». Значит, это не просто хищник. Это что-то магическое. Вилен почувствовал ледяной ком в груди. Он повел их к сараю с койрками, Борк неотступно следовал за ними.

При виде незнакомцев койрки взъерошились и издали единый, шипящий звук, похожий на кипение воды. Диск в руке у человека запищал чаще и громче, его стрелка дернулась и замерла, указывая прямо на стаю.
— Чувствуют, — констатировал незнакомец. — Сильно чувствуют. Это хорошо.
— Что происходит? — не удержался Вилен.
— Ничего, что касалось бы тебя, смотритель, — отрезал второй незнакомец, впервые заговорив. — Мы из Ордена Искателей. В округе замечена… аномалия. Магического свойства. Опасная для населения и для ценной фауны. Мы проводим рекогносцировку. Твои птицы подтверждают данные.

Орден Искателей. Вилен слышал это название краем уха — от Алрика, в одной из его историй. Что-то про охотников за артефактами, исследователей древних руин, подавителей опасных магических всплесков. Что-то между учеными и солдатами. Судя по их виду, солдат в них было больше.
— Аномалия… что она делает? — спросил Вилен.
— Искажает реальность, привлекает или порождает тварей, — ответил первый искатель, не глядя на него, записывая что-то в блокнот. — Может мутировать обычных животных, наделяя их неконтролируемой магией. Если такое случится с твоим зверинцем… — Он многозначительно посмотрел на Борка. — Придется уничтожить всех, кто мог подвергнуться воздействию. В целях карантина.

Кровь отхлынула от лица Вилена. Уничтожить… Кая? Грава? Койрок? Всех, кого он с таким трудом возвращал к жизни?
— Но они же ни в чем не виноваты! Они здесь, за стенами!
— Стены — не защита от магии, — холодно заметил искатель. — Особенно если аномалия решит проявиться прямо здесь. Наш долг — предотвратить угрозу. Твой долг — сообщать о любых отклонениях в поведении подопечных. Немедленно. Понял?
Вилен кивнул, не в силах вымолвить слово.