Дрессировщик от бога

Глава 6 - Пламя и сталь

Звон колокола-набата в Дархольме захлебнулся на рассвете, сменившись тихим, страшным гулом — звуком тотального горения. Деревянные стены и соломенные крыши пылали алым адом, клубы едкого черного дыма застилали небо, превращая утро в сумерки. Воздух, даже за много верст, горчил гарью и паленым мясом.

В «Сером Страже» это чувствовали кожей. Не как запах — как давление. Волну горячего, искаженного страдания, которая катилась от пылающего города. Менгиры гудели тревожно, их обычный стабилизирующий гул стал неровным, срывающимся. Даже камень, казалось, стонал.

Стая Вилена была на грани паники. Койрки метались по двору, не в силах усидеть на местах. Скар, обычно безупречно контролирующий себя, бил клювом по камням, издавая резкие, тревожные щелчки. Кай не отходил от Вилена ни на шаг, его шерсть стояла дыбом, а глаза были расширены до предела. Грав тяжело дышал, уставившись в сторону зарева, и по его панцирю пробегали мелкие, нервные дрожи — отзвук чужой, массовой агонии.

Вилен стоял на башне, вцепившись пальцами в холодный камень парапета. Он видел дымовую завесу на юге. Он чувствовал смерть. Его [Воля защитника], обычно сфокусированная на его маленькой группе, сейчас разрывалась на части, пытаясь противостоять этому океану чужой боли, доносившемуся через магический фон. Он был беспомощен. Что он мог сделать? Одна стая против армии мутантов, спалившей целое поселение?

Именно тогда Кай, застывший у его ног, резко повернул голову не на юг, а на восток — к густому, еще не тронутому огнем участку леса, примыкавшему к их поляне. Кот зашипел, выгнув спину. Не страхом. Глубокой, животной настороженностью. Скар с башни тут же отреагировал, издав предупреждающий крик. Остальные койрки замерли, нацелившись в ту же сторону.

Вилен напряг зрение. Сначала он видел только деревья, кусты. Потом заметил движение — не плавное, а прерывистое, неуверенное. Что-то продиралось сквозь чащу, ломая ветки, но стараясь быть тихим. Одинокое что-то.

Из-за ствола старой сосны выползла фигура. И упала.

Человек. Огромный, знакомый силуэт даже в полутьме и с этого расстояния. Но сломанный. Он попытался подняться, оперся на что-то — не на руку, а на обломок древка с торчащим ржавым наконечником. И снова пополз, оставляя за собой темный, влажный след на траве.

Борк.

Его не гнали мутанты. Он был один. И он был едва жив.

Вилен не раздумывал. Он сорвался с башни и бросился к восточной стене, к потайной калитке, которую они использовали для вылазок за водой. Кай ринулся за ним, обгоняя. Скар взметнулся в воздух, чтобы прикрыть с высоты.

— Открывай! — крикнул Вилен Граву, мысленно посылая импульс через связь. Ящер, хоть и напуганный, тяжело подошел и уперся плечом в тяжелую деревянную щит, отодвигая ее.

Вилен выскользнул наружу. Воздух здесь был еще свеж, но в нем уже витал легкий, неумолимый шлейф гари. Он побежал через поляну к тому месту, где упал Борк.

Бывший начальник зверинца лежал на боку, судорожно хватая ртом воздух. Вид его был ужасен. Его единственная рука все еще сжимала обломок рогатины. Вторая, культя, была замотана окровавленными тряпками. Но хуже было другое. Весь его левый бок был покрыт страшным, обширным ожогом, сквозь который местами проглядывали почерневшие ребра. Лицо было покрыто сажей, кровью и струйками гноя из-под наполовину сожженной повязки на лбу. Один глаз был закрыт, из-под века сочилась кровь. Второй, дикий, полный нечеловеческой боли, уставился на подбежавшего Вилена.

— Ты… — прохрипел Борк, и из его рта выплеснулась алая пена. — Жив… чертов… бракованный…

Вилен опустился на колени, не зная, куда прикоснуться, как помочь. У него не было навыков, не было зелий. Только [Очистить воду].

— Не двигайся, — сказал он срывающимся голосом. — Сейчас… я…

— Заткнись, — выдохнул Борк, хватая его за запястье обжигающе горячей рукой. Хватка была слабой, но отчаянной. — Слушай. Нет… времени. Он… он…

Он закашлялся, и приступ вывернул его тело, заставив выплюнуть сгусток черной крови.

— Кто? Мутанты? — спросил Вилен, пытаясь приподнять его, чтобы облегчить дыхание.

— Алрик! — вырвалось у Борка с такой силой ненависти, что даже Кай, стоявший рядом, отпрянул. — Алрик… все это… Он… командует ими…

Мир для Вилена на мгновение остановился. Звук отступил. Дым, боль, тревога — все растворилось, остались только эти слова, впиваясь в сознание, как раскаленные иглы.

— Что? — прошептал он, не веря ушам. — Алрик? Ученый? Он помогал…

— Помогал?! — Борк хрипло рассмеялся, и этот смех был страшнее любого крика. — Он… изучал. Готовил. Дархольм… зверинец… твои твари… все… часть его плана. Он… на кургане. С армией. Управляет… как кукловод. Сжег… всех…

Вилен почувствовал, как почва уходит из-под ног. Все встало на свои места. Слишком своевременная помощь. Слишком точные вопросы. Интерес к «потенциалу». Подарки — наруч, камень-аэрит, травы. Все это было не помощью. Это были инструменты сбора данных. Алрик наблюдал за экспериментом. За ним. За его стаей. А потом… решил забрать результаты.

— Почему? — выдавил он.

— Безумец, — прохрипел Борк, его глаз начал закатываться. — Говорил… о «гармонии». О порядке. Мире… без хаоса. Где… все твари… служат. Под его… контролем. Ты… ты ему нужен. Ключ… или что-то… Я слышал… по свитку «Глаз»… видел… на кургане…

Он снова закашлялся, его тело обмякло. Вилен, охваченный паникой, потряс его за плечо.

— Борк! Держись! Я… я не знаю как…

— Не надо, — тихо сказал Борк, и в его голосе внезапно появилась странная, последняя ясность. — Кончено. Но ты… слушай. Он идет сюда. За тобой. За ящером. За… этим местом. Не сдавайся… бракованный. Дерись. Или… беги. Но… знай. Врага.

Его единственный глаз встретился со взглядом Вилена. В нем не было страха. Было мрачное, солдатское принятие. И предупреждение.

— И… спасибо. За тогда. За ящера. Ты… был прав. Мы… все калеки здесь.

Он вздохнул в последний раз — долго, хрипло — и выдохнул. Рука, сжимавшая запястье Вилена, разжалась и упала в траву. Глаз застыл, уставившись в пепельное небо.