Древний бессмертный врач

Глава 11: Девять игл для возвращения души

— Что? Рецепт Хуа Туо не лечит болезни?

Цао Синьхуа, услышав это, изменил выражение лица быстрее, чем перевернул бы страницу книги. — Молодой брат, ты точно ошибаешься! Во многих древних книгах упоминается рецепт Хуа Туо, ясно и чётко написано, что это золотой рецепт для лечения опасных болезней!

— Вы все неправильно поняли, — с улыбкой покачал головой Ле Бофан.

Известные на весь мир***** и Хуа Туо **** — это рецепты, которые были переданы из древней медицинской школы. Будучи настоящим потомком этой школы, Ле Бофан прекрасно знал, как работает рецепт Хуа Туо!

Он терпеливо объяснил: — Рецепт Хуа Туо действительно может быть использован для опасных болезней, в этом нет ошибки. Но его суть не в том, чтобы вылечить эти болезни, а в том, чтобы помочь пациентам на поздних стадиях болезни облегчить боль.

Если говорить о действии, то он очень похож на ********* используется при хирургических операциях, а рецепт Хуа Туо применяется для обезболивания у тяжело больных в поздней стадии заболевания.

Проще говоря, это рецепт обезболивающего, который подходит для любых болезней, особенно для пациентов на поздних стадиях рака. Он гораздо эффективнее современных обезболивающих средств, не вызывает привыкания и побочных эффектов. Это невероятно мощное средство!

— Это... не может быть! — Цао Синьхуа с недоверием уставился на Ле Бофана, словно он услышал невероятную историю. — Это невозможно! Если не лечит болезнь, почему тогда этот рецепт называется рецептом Хуа Туо?

Ле Бофан спокойно ответил: — Подумайте сами. У тяжёлых больных, таких как рак на поздней стадии или панкреатит, боль бывает настолько сильной, что они могут чувствовать себя хуже, чем мёртвыми!

А этот рецепт помогает значительно облегчить такую боль. Только те, кто испытал такую боль на себе, понимают, насколько ценен этот рецепт. Поэтому его и называют "золотым"!

— Это...

Цао Синьхуа замолчал, ошарашенный. Ранее, когда рецепт был неполным, он не мог точно определить его свойства и эффект, в результате чего он неправильно интерпретировал записи в древних книгах.

Теперь, после объяснений Ле Бофана, он понял, что этот рецепт действительно является редким и ценным.

Но он был настолько уверен в том, что рецепт Хуа Туо спасёт жизнь его другу, что теперь, узнав, что он лишь может облегчить боль, он не знал, чем ещё можно помочь.

Ле Бофан заметил его растерянность и поспешил утешить: — Цао старик, не переживайте. Хотя рецепт Хуа Туо не лечит болезни, мы всё равно можем подумать о других вариантах!

— Другие варианты? — глаза Цао Синьхуа внезапно загорелись, словно он схватил соломинку для спасения. — Молодой брат, ты можешь вылечить моего старого друга?

Поскольку Ле Бофан смог дополнить рецепт Хуа Туо, его учитель явно не был простым человеком. Эта мысль сразу вселила в Цао Синьхуа надежду.

Ле Бофан кивнул и с решимостью сказал: — Могу.

Цао Синьхуа едва не выпал из себя от радости. Его голос дрожал от волнения: — Молодой брат, ты точно сможешь вылечить? Насколько ты уверен?

— На 80%, — ответил Ле Бофан.

Это было весьма скромное утверждение. Болезнь пациента заключалась в лёгких, а в контексте наследия древней медицины это вообще не проблема.

Но для Цао Синьхуа это было настоящим чудом. Он потратил столько времени, и не мог даже найти ни малейшего намёка на лечение. Эта уверенность на 80% была для него чем-то, о чём он и не мечтал.

— Отлично! Молодой брат, тогда прошу тебя пойти со мной и посмотреть моего старого друга!

Ле Бофан кивнул. Видя, как Цао Синьхуа переживает за болезнь своего друга, он понял, что тот человек с душой, и помочь ему не составит труда.

Цао Синьхуа поехал на своём Audi A6, и они направились в знаменитый жилой комплекс "Цзяннань Жухуа", расположенный в самом сердце города Цзяннань.

Так как это была их первая встреча, Цао Синьхуа не был на 100% уверен в Ле Бофане. Он пригласил его помочь другу не потому, что был уверен, а потому, что больше не было выбора.

Цао Синьхуа за рулём, внимательно глядя на дорогу, спросил: — Молодой брат, какой метод ты собираешься использовать для лечения моего друга?

Эти слова, казалось бы, были просто вопросом, но на самом деле он пытался проверить Ле Бофана, не набивает ли тот цену за пустую болтовню.

— Если судить по болезни, о которой вы упомянули, то наилучший метод — это девять игл для возвращения души, — ответил Ле Бофан.

— Что? Что ты сказал?

Цао Синьхуа, услышав слова "девять игл для возвращения души", так сильно испугался, что его руки задрожали, и он почти потерял управление. Машина резко понеслась в сторону встречающегося грузовика.