Древо Мира Грез. Книга 2

Глава 12. Предательство

- Веа?

Я открыла глаза, моргнула несколько раз, привыкая к ярким краскам реального мира, и бездумно уставилась в потолок.

Ни о чем не думая, я думала о многом. Мысли проносились вихрем в голове, сплетаясь между собой и исчезая в пугающей пустоте. У меня не было сил их остановить, да я и не пыталась.

Нер... Линд... Аглос... Таура... я. Теперь я знала все, но мне казалось - по-прежнему казалось - что я что-то упускаю: что-то важное, необходимое для того, чтобы, наконец, понять и распутать этот проклятый клубок тайн.

- Веа, ты в порядке?

Призрачная мысль мелькнула в голове и исчезла прежде, чем я смогла до нее дотянуться. Вот когда почувствуешь себя мотыльком, который никак не может отыскать свет, постоянно мелькающий в темноте.

Я еще раз моргнула и села. Линд выглядел встревоженным - да это и понятно: наверное, я слишком долго находилась во сне и веду себя странно. Но вместо ответа я повторяла про себя одни и те же слова.

Надо уничтожить картины.

- Веа, с тобой все хорошо? - Линд легко дотронулся до моего лба, провел рукой по щеке и вздохнул. - Я за тебя испугался. Дзинь сказала, что тебя... цитирую!... "утащил колодец".

- Да он сожрал ее! Если бы я знала, что колодцы в мире грез такие кровожадные! - Фейка опустилась на мои колени и нервно дернула крылом. - Создатель, Веа, он тебя там не переварил, случайно? Во всяком случае, ты выгладишь очень вареной, даже слишком...

Я покачала головой и, сняв с колен озадаченную фейку, встала. В голове вертелась одна мысль, и она придавала мне силы и решительности, но... это же Нер. Нер, пропасть бы его подрала!!! Создатель, как он мог?!

И как я могу обвинять его? Может, я ошиблась? Может, все это чепуха и обычный сон?

Ноги подогнулись, и я вцепилась за Линда, чтобы не упасть.

Сны - не просто картинки, которые мелькают в голове. Сны - кусочек другого мира, не всегда понятного, но такого же реального, как и наш мир. В чем я сомневаюсь: в том, что видела своими глазами, пусть и в мире грез? Слишком поздно о чем-то жалеть. Некоторые знания приносят больше горя, чем радости, но без них картина останется законченной лишь наполовину.

Поседею я с этими знаниями, как простачка! Однако виноват Нер или нет - это ничего не меняет. Я все равно должна пойти к нему и все выяснить, пока не поздно.

Создатель, как же от этого всего... мерзко.

- Я знаю, у кого картины, Линд. - Я выпустила несчастного парня, расправила помятую мной ткань на его рубашке и только тогда решилась посмотреть в голубые глаза. - Кажется, знаю.

- О чем ты?

Я удивленно наклонила голову, но вспомнила, что не успела сообщить Линду о встрече с Клариссой. О картинах он ничего не знает. Как же ему рассказать?

- Твой отец любил рисовать, да? - Я опустила голову. Ладно, о картинах я расскажу, но что делать с Нером, как быть? Это брат Линда, родной ему человек, и даже взаимная ненависть не отменяет родства. Еще один удар... Сначала потерять отца, а теперь... пожалуй, братская ненависть придется как нельзя кстати.

- Что случилось, Веара?

Замявшись, я отошла к окну и снова вернулась.

- Я была у Клариссы, Линд, и она мне кое-что рассказала. - Твой отец нарисовал две картины – шар из черного стекла и зал с зеркалами...

- Я помню их. - Линд с тревогой наклонил голову. - Но это всего лишь картины...

- Не всего лишь. Они связаны с миром грез. С их помощью Аглос убивал, но теперь... я, кажется, знаю, у кого они.

Линд нахмурился и о чем-то крепко задумался.

- Да, картины отличались... Отличались... были какие-то... темные, мрачные. Но, Веа! - Он приложил руку ко лбу и серьезно на меня посмотрел. - Их было три, как минимум. Третья была... черная: сплошная черная краска, только посередине шла белая полоса. Аглос всегда держал ее закрытой.

Третья. Я с досадой поджала губы.

- Ну конечно.

Конечно, три. Минимум. Стекло я видела сегодня, хорошо. Зал с зеркалами тоже знаком, но остается еще черно-белый мир - тот самый, в который я всегда попадала, проснувшись во сне. Да и не только я, похоже. Третья картина... и что, все эти картины у Нера?!

Внутри шевельнулась уснувшая было ненависть, но я жестко подавила ее. Ненависть - плохой советчик, один раз дашь ей волю - и она вечно будет диктовать, что и как делать.

- Он отдал две картины Неру... - Линд осекся, посмотрел на мое лицо и, нахмурившись, вцепился в свои волосы. - Только не это. Не может быть...

Я растерялась: не ожидала, что он так быстро поймет. Помолчав, Линд с болью отвернулся и наполовину процедил, наполовину прорычал:

- Только не это. - Резко развернувшись, он неожиданно с силой ударил по стене: - Нет!

***

Если бы я только знала, что Линд так отреагирует, я бы тысячу раз подумала, а стоит ли рассказывать. Нет, Линд не крушил все вокруг, не кричал и не рвал на себе волосы. Крепко сжав зубы, он хмуро сверлил темноту за окном, будто видел в этой темноте кровного врага.

- Линд... - Я подошла было ближе, но не решилась к нему прикоснуться.

- Когда-то давно я рассказал Неросу все, что знал. - Линд с силой сжал кулак, но на лице ничего не отразилось: оно осталось пугающе-равнодушным. Мне захотелось встряхнуть его и заорать "круши, кричи, делай что-нибудь, не стой!", но я лишь качнулась на каблуках и, чтобы не упасть, дотронулась до стены. - Он знал все, что знаю я... всё.

Линд выдохнул и с неожиданной яростью ударил в стену.

- Так почему же, почему он меня не послушал?! Как он мог?! Он же знал, кто убил мать, почему он предал ее, как когда-то предал отец?! Как он мог поднять руку на Тауру, на тебя?! Да я лучше убью его, чем позволю...

- Линд! - Я развернула черноволосого к себе. - Все не так плохо. Это может быть обманом или обычным сном.

В голубых глазах сверкнула такая ярость, что я испуганно отшатнулась. Не завидую Неру!