И я, и Линд, и даже фейка – все мы слишком устали, чтобы на ночь глядя отправляться к призракам в пасть. Покинутый город подождет до завтра. В конце концов, тридцать восемь лет ждал, еще день – не проблема. Проблемы могут быть у меня.
Я щелкнула пальцем по кристаллу, отчего тот тихо зазвенел, и задумалась. Не больно-то мне хотелось лезть в воспоминания Нера: это нечестно по отношению к другу. К другу, но не к предателю. Когда я, наконец, смирюсь, что мы враги?
Вздохнув, я неохотно взяла в руки обруч и, помедлив, натянула на голову. Неприятное чувство – будто иголки втыкают, фууу! Но надо сказать спасибо, что Грай Анари вообще додумался до хранителей воспоминаний, жаль только, ему не удалось создать что-нибудь не столь противное.
Я откинулась на спинку кресла, устроилась поудобнее и попыталась расслабиться, как положено по инструкции. Увы, не так-то просто расслабиться, когда в твою голову лезут чужие воспоминания. Например, гнев и обида маленького Аглоса на злую тетку Алигару, сожравшую его – подумать только! – пирожное… это что-то.
- Эмм… Нет, позже. Год жизни – примерно пятнадцать лет.
Кристалл послушно щелкнул, и перед моими глазами промелькнул первый учебный день, окрашенный в похоронно-мрачные тона, проклятый Край, скучная вереница лиц, Таура… я против воли остановилась на этом воспоминании. Нер – это Нер, без флирта не может.
И я… я тоже там была. Странно, что это воспоминание было теплым и светлым, не таким темным, как остальные, но в то же время с оттенком недоступности. Это что, я такая гордая? Вот уж не подумала бы.
Глупый Нер! Все могло обернуться иначе, если бы он только не побоялся сделать ко мне первый шаг. Глупая я – если бы я только не боялась подпускать близко людей! Я подавила в себе горечь и покачала головой. Прошлое принадлежит прошлому и точка.
- Пятнадцать лет, лето.
Ближе, но не то. Не просматривать же мне всю жизнь! Займусь этим позже.
- Шестнадцать лет, лето.
Да, вот этот образ. Длинные белоснежные волосы, две тонкие косы, теплый взгляд… но не всегда такой уж и теплый.
- Подробней.
Покалывание усилилось, от чужих воспоминаний разболелась голова, пока я не сообразила расслабиться и позволить картинкам свободно мелькать перед глазами, а чувствам – проникать в сердце.
Я узнала о Нере столько подробностей, что тысячу раз пожалела, что вообще влезла в этот проклятый хранмиг! Но оно того стоило. Покопавшись в сведениях еще часик, я все-таки нашла то, что хотела.
***
Суд. Совет Сенерингола в полном составе – их ровно девять, каждый в золотой мантии, расшитой серебром. Они сидят прямо, положив руки на подлокотники; все, как одно целое, все настолько похожие – не внешне, нет – внутренне, что их тяжело различать.
Они общаются без слов. Достаточно взгляда или жеста, чтобы принять общее решение. Одна душа на девять человек, одни и те же мысли. Сила и власть во взглядах.
Они могут решить судьбу Линда одним жестом. Да или нет. Жить или умереть за куполом. Линд молод, чуть застенчив, сомневается в себе… это его и погубит. Он уверен, что на нем лежит вина – замечательно. Меньше проблем. Значит, я вне подозрений.
Ему и в голову не придет, на что пойдет та жизнь, за которую он готов провести вечность под куполом. Но даже если и придет… он, разумеется, не пожалеет своей жизни ради триумфа отца. Мир должен принадлежать Великим.
Правители переглядываются: что-то решают. Буквально минута, и один из них встает – гордая осанка, смелый и решительный взгляд… недолго вам править! – и тихо говорит:
- Осудить.
Сожаление, немного горечи и последующее равнодушие. Что ж. Это все мелочи.
…Через неделю.
Снова суд, их уже не девять, а восемь – один в Агатовой провинции, разбирается в смерти последней жертвы отца. Им все равно не докопаться.
- Что ты знаешь о своем отце?
Встаю и улыбаюсь. Ничего. Конечно, ничего, он умер.
Ложь. Но я их обманул – это неплохой результат. Правитель садится на трон, расправляет мантию и медленно поднимает руку.
- Введите.
Брат бледен, измучен. Короткий, но острый укол совести. Это все во благо. Отец бы не одобрил обман, он всегда выделял Линда, но зато теперь вся надежда на меня. И я не подведу.
- В свете последних событий и обстоятельств, а также по ходатайству госпожи Алигары, - доверенный разворачивает свиток. – Совет выполнил просьбу о пересмотре дела. Вследствие детального рассмотрения и анализа, Совет пришел к выводу, что данное преступление было совершено под влиянием близкого лица и под нажимом ныне Отреченного Аглоса. Совет постановил, что наказание может быть снято частично или полностью при отказе от родства и клятве не искать более контактов с данным лицом.
- Готов ли ты отречься от имени отца? – Великий спокоен и хладнокровен. Дело щекотливое, но Правители готовы пожертвовать принципами ради Алигары. Ее угроза разнести Академию на щепки действует пока отрезвляюще.
Линд хмур и непривычно холоден. Месяц под куполом пошел ему на пользу – от прежнего неуверенного мальчишки не осталось следа. Сила и уверенность слегка удивляют и настораживают. Чуть завидую. Но теперь братец гораздо лучше подходит для нашего дела.
Брат, конечно, не отречется от отца.
- Да.
Недоумение. Горечь. Боль. Ярость!
***
- Хватит! – Я стянула с головы обруч и перевела дыхание. Нер, что же ты наделал?! Как ты мог подставить родного брата?! Как мог?! Да будь ты проклят, Нер, где бы ты ни находился!
Голова раскалывалась на части, но я узнала, что хотела. И все равно – меня не оставляло чувство неправильности. Как мог маленький мальчик вырасти в такого безумца, в отравленного ложью убийцу?! Ранние воспоминания будто принадлежали другому Неру – Неру, которого я знала и любила, как друга. Такой контраст…
Отредактировано: 09.01.2021