Древо Жизни

Глава 1. Два корня

Воздух в Нью-Йорке обладал особой плотностью. Он не просто был наполнен выхлопами и пылью — он состоял из чужих амбиций, обломков чьих-то надежд и электричества миллионов возможностей.

Майк Хейл, молодой выпускник из провинциального Огайо, вдохнул его полной грудью, стоя на краю Центрального парка. Он чувствовал, как этот воздух обжигает лёгкие, обещая всё и сразу.

Он представлял, как когда-то так же стояли его предки, прибывшие в страну свободы и возможностей с непоколебимой верой в то, что они смогут добиться всего и осуществить все свои мечты на светлое будущее. Он был их продолжением, он истово верил, что его также ждет успех.

— Осторожно, парень, смотри под ноги! — грубоватый голос таксиста выдернул его из раздумий. Майк отпрыгнул с проезжей части на тротуар, чуть не угодив под колеса желтого кэба.

— Спасибо! — крикнул он ему вслед, но водитель, уже сигналя кому-то, растворился в потоке. «Добро пожаловать в Нью-Йорк», — с горьковатой усмешкой подумал Майк. Город не собирался подстилать соломки.

Ему было двадцать два, и он носил свою молодость как удобный, немного поношенный пиджак — легко, без намёка на самолюбование.

Высокий, под метр восемьдесят пять, он ещё не набрал взрослой, солидной грузности, и в его движениях угадывалась упругая, почти пружинистая энергия футболиста-любителя. Его волосы, цвета спелой пшеницы, вечно были слегка взъерошены, будто он только что вышел из-под порывистого ветра с полей Огайо, а не из душного вагона метро.

Выразительной чертой парня были его глаза. Широко поставленные, пронзительного серо-голубого оттенка, они горели смесью безрассудной уверенности и наивного любопытства ко всему на свете. В них читалась непоколебимая вера в то, что все двери перед ним вот-вот распахнутся, стоит лишь толкнуть их посильнее.

Уголки его губ были приподняты в готовности к улыбке — открытой, немного смущённой, но невероятно заразительной. Он выглядел как парень, с которым легко заговорить в баре и которому без опаски можно доверить присмотреть за собакой.

В его простоватом, но опрятном свитере и джинсах чувствовалась неброская провинциальная аккуратность, выгодно отличавшая его от нарочитой небрежности столичных хипстеров.

В кармане его заношенных джинсов лежали последние семьсот долларов — жалкие остатки от летней подработки, которые должны были стать билетом в новую жизнь.

План парня был прост и гениален, как все планы двадцатидвухлетних: приехать, изучить Уолл-стрит, найти наставника и стать королём инвестиций.

У Майка была великая Мечта — заработать состояние, чтобы помогать другим, тем, у кого есть настоящий талант.

Сам парень считал себя абсолютно заурядным, но упорным малым и в детстве очень сильно из-за этого переживал. Тогда-то он и решил, что приложит все силы, чтобы разбогатеть и поддержать молодых дарований, которые сами не смогут пробить себе путь наверх. И сейчас ему казалось, что он приблизился к своей цели на расстояние вытянутой руки.

Он был голоден, упрям и слепо верил в то, что город не сможет его сломать.

Шаги Майка были упругими и быстрыми. Его глаза осматривали небоскрёбы, выискивая будущие офисы, где он будет заключать сделки.

И тут его взгляд наткнулся на скромный щит: «Благотворительная акция - Подари жизнь планете Земля». Парень вчитался в более мелкий текст - «купи и посади свое дерево, расти вместе с ним и оставь свое наследие в вечности. Стоимость участия 500$. Все средства будут отправлены на благотворительность».

Майк фыркнул. Сентиментальная ерунда для туристов и богатых старушек. Пятьсот долларов? Это были его кровные деньги! На них можно было купить стопку учебников по трейдингу, оплатить месяц в неплохом хостеле или сделать первую, пусть и крошечную, но реальную инвестицию. Рациональный голос в его голове кричал: «Беги! Это ловушка для сентиментальных дураков!»

Он уже сделал пять шагов вперёд, но что-то заставило его замедлиться. Не голос разума, нет. Это было странное, щемящее чувство где-то под рёбрами. Словно невидимая нить натянулась и дёрнула его за сердце. Он обернулся и посмотрел на щит ещё раз.

«Это безумие», —прошептал внутренний голос, голос прагматика. «Это твои последние деньги». Но другой голос, тихий и настойчивый, спросил: «а что, если это и есть твоя первая настоящая инвестиция? Не в дерево. Инвестиция… в надежду? В нечто хорошее?»

Майк представил, как рассказывает на собеседовании в инвестиционном фонде, что спустил последние деньги на дерево. И мысленно увидел насмешку в глазах матерого брокера.

Но тот тихий голос настаивал: «Это и есть твой первый настоящий выбор. Не расчет, а Вера». Сжав кулаки в карманах, Майк развернулся и направился к столику с надписью «Регистрация», он решил довериться своей интуиции и перешел к действию.

---

В тот же самый час, всего в нескольких кварталах оттуда, мир Джинни Кэмпбелл рушился. Он не рухнул с грохотом, а скорее рассыпался в тишине, как пыль.

Конверт из Нью-Йоркской академии искусств был удивительно тонким и лёгким. Слишком лёгким для того, чтобы внутри помещались все её мечты.

Она стояла на оживленном углу, и люди безучастно обтекали ее, как вода камень.