Друг моего брата. Ещё поквитаемся.

Глава 7

В то время, когда Элионора не имела названия и не существовала как единое государство, остров делился на две части, 1/3 которой теперь занимает Элионора. Однако в то время 1\2 часть острова занимала раса демонов, вторую - люди. Маленькие деревеньки, в которые только-только начинали превращаться в города. Человечество почитало Всемогущего Хранителя Судеб - одним своим «присутствием» или вестью он не давал демонам напасть на людей. Первые основатели деревень – преступившие за черту «закона» ангелы были сосланы в этот мир и лишены былого могущества. Но так как Хранитель никогда не покидал их и всегда показывал, что наблюдает за ними – одни пытались искупить вину, показывая верность Хранителю, в надежде вернуться домой, другие приняли вину, не пытаясь что-либо сделать, так как подозревали, что пути назад для них нет. Тем не менее, грешники были обескуражены, не обнаружив причину своего изгнания – демонов. Хранитель дозволил возлюбленным встретиться, если их таковыми можно было назвать. Демоны и демонессы обратились в нечто ужасное: на месте бывших когда-то крыльев стекала черная смоль, их лица обезобразились, на телах виднелись кровоподтёки. В тех местах, где когда-то были рожки демонов – оказались уши животных. Все ангелы были шокированы жестокостью подземного мира. Но главное не это: если раньше было вето, то сейчас они не могли друг к другу приблизиться по иным причинам. Монстры охотятся на людей – ангелы сейчас стали ими. Хрупкие и нежные создания в миг сели на землю, не сводя глаз со своих возлюбленных; мужчины, которым едва хватало духу не рвануть к любимым застыли словно статуи: да и как узнаешь любимую, когда она в таком обличии. Демоны неожиданно оживились и бросились в сторону грешников, но яркий свет их остановил. Хранитель сообщил грешникам, что будет охранять их от демонов, пока те не «встанут на ноги», о своей сущности Хранитель также попросил забыть, так как они ею более не являлись.

Шло время, создавались поселения, а несколько десятилетий спустя образовался город в центре деревень. Прибывали странники: кто-то оставался, кто-то уезжал или увозил с собой. Настало то время, когда от Всемогущего Хранителя Судеб внезапно перестали приходить вести, люди вверглись в панику. Все уже позабыли о былой сущности и привыкли к нынешнему быту. Однако и он теперь перестал существовать. На всех напали паника и страх, никто не был готов остаться без защиты. Не прошло и недели как демоны, обитаемые лишь во мраке, прослышали о том, что Хранитель более не отвечает волшебникам. Мерзкие, покрытые скользкой тёмно-фиолетовой слизью, демоны, совершили обряд, позволивший вернуть былые силы: собравшись в одном месте, орда завыла страшнее волчьего воя. Давний ритуал, некогда разработанный по ошибке магами с другого острова и потерянный ими же в процессе пребывания, навсегда остался в памяти у демонов. Однако не все смогли пройти ритуал до конца. Маги, что следили за активностью демонов, вовремя поняли, что объект набирает силу и к чему это может привести. Впрочем, демоны не знали, что подвергнутся тяжёлому испытанию. В результате чего демоническая раса разделилась на две группы: та, что следовала лишь инстинктам - переняла повадки животных, лишь некоторое сходство можно было заметить между ними и местной фауной. Они совершенно не понимали человеческую речь и не могли ею воспользоваться, в отличие от своего предыдущего вида. Другая группа, та, которая преодолела испытание, вернула не только утраченный человеческий облик, но и предыдущие умения. Не смотря теперешние очевидные различия, раса демонов осталось столь же крепкой, если не больше.

Паника в городах всё нарастала. А две недели спустя разведывательный патруль сообщил о мутации демонов. Людям, кто жил размеренной жизнью, пришлось выбрать лидера. Но так как прийти за пару дней к чему-то единому трудно, были выбраны посланники от городов; иногда посланников было лишь трое, а иногда и пять. Медлить было нельзя.

Общее собрание не помогло решить проблему: старшие, опираясь на свой опыт, предлагали эвакуировать жителей, а воинов отправить в атаку. Но куда эвакуировать, если отступать некуда, а запасов хватит только на месяц? Молодые выдвигали другие версии: кто-то предлагал проискать прибежище на других островах, но не было гарантии, что на них нет монстров и жителей не убьют или возьмут в плен, кто-то соглашался со стариками. Были и те, кто предлагал воздвигнуть большой барьер, но сила эволюционировавших демонов была не известна. Переговоры длились дни и ночи, пока однажды…

Юная дева, что в это время постигала новые виды магии, была опечалена вестью, которую принёс патрульный – и не только она: у народа тоже кончалось терпение. Прошло уже три дня, но от переговоров не было толку. А ведь было так хорошо до этого: Элинора была на пороге открытия нового заклинания и завершения вновь открытого. Она хотела представить новый вид магии на обозрение. Её руководитель был шокирован и не верил, что это магия до последнего момента. Элинора с трудом уговорила руководителя в том, что она не ангел, посланный Всевышним. Ей было бы приятно посмотреть на недоумевающих Хранителей Судеб, которые и занимались поддержкой связи между людьми и Всевышнем.

В голову Элионоре пришла безумная мысль, связанная с изучаемой магией. Очевидно – это была опасная идея; в лучшем случае она сможет использовать легкие заклинания, в худшем – останется прикованной к постели на всю жизнь, если не умрет от истощения манны. Целый день в голове сражались две воли: оставаться не причастной к событию и побыть с семьей в надежде, что все пройдёт мимо, продлив себе жизнь немногим дольше. Или попытаться защитить семью и город, встретившись с опасностью один на один, возможно, не спася город, но немного приостановить шествие демонов.

Обдумывая свой план, Элионоре было очень тяжело расставаться с семьёй, особенно будучи послушной дочерью. Одно дело, когда опасность угрожает твоей семье и ты можешь заслонить их телом, а здесь неизвестно что лучше: умереть вдали от родных, измучив их беспокойством, или умереть вместе с ними. С трудом пересилила свои предубеждения: страх быть отруганной за то, что ушла из дома ночью, хотя она и была совершеннолетней, страх выйти ночью, где каждый шорох казался чем-то опасным и, в конце концов, просто выйти на бой.