Друг отца. Грани греха

1 Наташа

— Сколько можно прикидываться ледышкой, Наташ? Хотя бы поцелуй кого-нибудь сегодня — а то мы скоро начнём подыскивать тебе подходящий монастырь! — Саша заливается смехом и едва не проливает вино из пластикового бокала, всё-таки успев расплескать немного.

Я закатываю глаза и вытираю пятно на колене салфеткой.

— Я сюда пришла не целоваться. А за приятной компанией, в частности, твоей.

— Ага, конечно. Я, конечно, ценю твоё рвение ради нашей дружбы. Но ты сейчас, извиняй, выглядишь как соска на подиуме. Короткое платье, шпильки, смоки айз — ну ты и шлюшка, Наташ. Причём в хорошем смысле. У тебя шея так и просит, чтобы на ней кто-нибудь засос поставил. А ты при этом ходишь с лицом, будто святую воду пьёшь с утра до вечера. У тебя вообще всё нормально, или ты реально собралась в монашки?

Вокруг гремит музыка, отдающая пульсацией в грудную клетку. Воздух — как сладкий сироп из духов, перегара и чего-то ещё, липкого и тяжелого. Мы на студенческой вписке у главного тусовщика нашей компании, и всё идёт по шаблону: кто-то пьёт, кто-то танцует, кто-то уже делает глупости в тёмных углах. Ильяс, хозяин сегодняшней тусовки, где-то рядом.

Он всегда где-то рядом, и в последнее время я не чувствую себя в безопасности рядом с ним.

У него такой голодный взгляд, будто я — не человек, а блюдо, поданное специально для него. Он смотрит так, словно уверен: стоит мне хоть раз улыбнуться — и я его. Если говорю «нет» — значит, играю, кокетничаю. Он словно живёт в мире, где женщины говорят "нет", но на самом деле это "да, но я сначала поломаюсь для вида". Крутится вокруг меня который вечер подряд, как муха над мёдом, навязчиво, липко, настойчиво. Всё ждёт, когда я дам слабину.

А я не дам. Никогда.

Всё перегорело. Предохранители оплавились, схемы закоротило, теперь только на свалку. Внутри — пусто, как в выжженной пустыне. Все плотские желания сгорели. Я смотрю на него — и не чувствую ничего. Только отторжение и холод, словно вся я превратилась в лёд.

Я отворачиваюсь, иду в сторону кухни, потому что мне срочно нужна бутылка воды именно из холодильника. На самом деле цель — просто уйти подальше. Там тише, людей меньше. Свет не такой яркий. Можно хоть чуть-чуть подышать, открыв окно.

Слышу, что Ильяс идёт за мной.

— Натали, подожди, — язык слегка заплетается от выпитого алкоголя, но в нём слышится игривая нотка, как у кота, который облизывается, предвкушая победу над мышкой.

— Нет, Ильяс. Иди, потанцуй с кем-нибудь. Уверена, здесь полно девушек, которые будут счастливы составить тебе компанию.

Он хватает меня за запястье. Пальцы грубые, горячие, сильно сдавливают. Я резко дёргаюсь, но он не отпускает.

— Ну чего ты? Сколько можно изображать недотрогу? Я ж знаю, ты не такая, — он делает шаг ближе, дыхание с запахом алкоголя обжигает щёку. — Ты классная, Натали. И мне сносит крышу от тебя. Ты не представляешь…

Я пытаюсь оттолкнуть его, но он крепко наваливается всем телом, преграждая путь к свободе. Паника подступает к горлу, обжигает изнутри. Он уже нависает надо мной, прижимая к стене, его рука нагло скользит по талии, оставляя за собой липкий след. Воздуха не хватает.

— Отстань, — шиплю я, но голос предательски дрожит, срывается, выдаёт страх, с которым я живу постоянно.

И вдруг — резкий рывок. Тело Ильяса исчезает из поля зрения, будто его кто-то выдернул из кадра. Глухой звук падения. Я в шоке смотрю на того, кто меня спас.

Передо мной — мужчина. Высокий. Широкие плечи, тёмная куртка, простая футболка, резкие черты лица. Волчий взгляд, прожигающий насквозь. Он держит Ильяса, уже поднявшегося с пола, за шкирку, как щенка.

— Ты не понимаешь слов? — голос низкий, ровный, почти ленивый. Но в нём металл.

— Я в своём доме, дядька, пусти. Ты что вообще здесь делаешь?

— Ещё раз услышу, что ты женщину принуждаешь к чему-то — отправлю общаться с клиентами в техподдержку. Будешь жопы им вылизывать и радоваться, если хороший отзыв оставят, — в голосе ни капли эмоций, только ледяное презрение.

— Эээ… ты чё… отец не позволит… — лепечет Ильяс, но осекается под его взглядом. Мужчина глянул на него так, что тот заткнулся и пробормотал что-то себе под нос, пятясь к выходу. Миг — и исчезает в коридоре.

Я стою как вкопанная. Сердце стучит в ушах. Руки дрожат.

— Всё в порядке? — Он поворачивается ко мне.

И я смотрю на него. На его тёмные глаза. На то, как они задерживаются на моих губах. На то, как близко он стоит.

Он смотрит мне в глаза. Спокойно, уверенно, будто читает меня между строк. В его взгляде нет ни неловкости, ни смущения — наоборот, он будто нарочно держит его дольше, проверяя меня на прочность. В его глазах — хищное, первобытное спокойствие. Внутренний контроль, от которого по коже бегут мурашки. По спине скатывается испарина. Он смотрит на меня так, будто уже знает: я не забуду этот момент. И уже никогда не стану прежней.

И моё тело — испуганное и взбудораженное — пульсирует жаром, будто внутри включили огонь на полную мощность. Сердце сбивается с ритма, потом начинает грохотать, как барабан. Колени подкашиваются, рот пересыхает, дыхание сбивается.

— Ты чего здесь? Тебя долго не было, — врывается на кухню Саша, спасая меня своим появлением.

— Извините, я пойду, — торопливо отвечаю и, пользуясь моментом, всё же выхожу к подруге.

Когда оглядываюсь, он всё ещё там. Смотрит. И, словно в последний момент решает, делает шаг ко мне.

— Мы ещё увидимся, Наташа.

Оборот «земля уходит из-под ног» — это не метафора. Я буквально хватаюсь за косяк двери, потому что мир, в котором я жила последние два года, трескается, и сквозь щель врывается нечто новое. Опасное.

Ведь я не говорила ему, как меня зовут.

***
Мои хорошие,
Рада видеть вас в своей новинке, всех обнимаю :)
История нас ждет непростая, герои не идеальные. Но ХЭ будет обязательно!
Не забывайте подписываться на страничку автора тут:
https://litnet.com/shrt/lKnJ
А так же добавляйте книгу в библиотеку и ставьте звездочки (в карточке книги, не в читалке), так вы мотивируете меня писать больше и лучше, ведь я пишу для вас❤️
Ваша Софья