Другая истинная. Вторая жена дракона

Глава 8

— Лучше сядь, София! — с ошалелыми глазами нянечка ворвалась в мою комнату, крепко сжимая в пухлых руках конверт.

И я опустилась обратно на кровать, даже не думая возражать.

— Что такое?

— Ты родилась под счастливой звездой, девочка! — просияла она улыбкой и положила мне на колени письмо с оттиском красивого герба рода Нордак. Сердце едва не выпрыгнуло из груди, когда вдруг осознала, что оно от родственников Соломеи. — Ну же, открывай! — я заметила, что конверт вскрыт. Значит, Флоренс уже знает содержание письма, от того и прыгает от счастья.

Любопытство захватило настолько, что я чуть ли не разорвала конверт в клочья, когда выуживала из него листок бумаги. Каллиграфический почерк, строгий и элегантный. Текст начинался с формального обращения: «Дорогая София…». Кто-то обращался ко мне по настоящему имени!

Далее следовали извинения за столь позднее обращение. Бабушка Соломеи — Хелейна Нордак, написала, что узнала о трагедии внучки лишь недавно и не собирается бросать ее тело в беде. Хочет забрать меня из дома мужа под свое покровительство и научить жизни в новом мире.

Я подняла на Флоренс растерянный взгляд.

— Вот не зря я недавно вспомнила про опальную бабку Нордак! — ударила она себя ладонью в грудь, горделиво вскинув подбородок. — Не выжила еще из ума старуха! Собирайся, скоро прибудет за тобой экипаж. Торен подписал согласие на твое проживание в поместье Хелейны!

Мои руки дрожали от смешения чувств. Я безумно обрадовалась, что появился реальный шанс покинуть это чистилище с ежедневными моральными пытками, но маленький Сэм… Как не думать о судьбе ребенка?

— Мне надо увидеть сына! — вскочила я с места и заметалась по комнате в попытке собрать какие-то ненужные пожитки. В голове сплошная каша!

— Успокойся! — схватила меня за руку нянечка. — Надень красивое платье и спускайся в зал. И поживее! Торен плохо себя чувствует и не будет долго ждать.

— Что с ним? — кольнула в сердце тревога.

— Ранение не заживает. Вызвали лекаря, посмотрит. Не волнуйся, — вцепилась она в меня серьезным взглядом. — Послушай, о себе только думай. О ребенке я позабочусь.

— Я ходила в потайную… — осеклась я и тяжело вздохнула. — Шармилла что-то задумала. Я видела, как она несла в супружеские покои...

— Я буду писать тебе письма, — устало улыбнулась женщина, перебив мою тираду, и заставила меня как можно скорее переодеться.

Знакомое платье изумрудного цвета уже давно со мной слилось и олицетворяло все важные события в моей новой жизни. Я чувствовала себя в нем чужой, будто надеваю маску на чужое лицо. Зеркало показало легкую бледность, уставшие глаза и едва заметную дрожь в руках. Сэм… Его личико всплывало перед глазами, маленькие ручки, волосики, пахнущие молоком… Сердце сжималось от страха, от неизвестности. Что будет с ним? Если я не вернусь?

Нянечка, женщина с суровым, но добрым лицом, подождала меня у двери и нежно поправила выбившуюся прядь волос.

— Все будет хорошо. Не представляешь, как я рада такому шансу для тебя. За сына не переживай. Глаз с него не спущу, — она хорошо чувствовала мой страх, и ее уверенность немного успокаивала.

Спуск по широкой мраморной лестнице показался бесконечным. Каждый шаг отдавался тяжестью в груди, но в зале я выдохнула и взяла эмоции под контроль. Медленно пошла по ковровой дорожке, приближаясь к хозяину замка. Торен сидел в кресле, опершись на подушки. Его лицо было очень бледным, губы сжаты, взгляд затуманен.

Видимо, не заживающая рана, которую я увидела на его торсе в первый день нашего знакомства, действительно серьезно беспокоила дракона. Вид его вызвал новую волну боли. Я почти не заметила, как подошла, как села напротив.

Торен смотрел на меня внимательно.

— Я получил письмо от леди Хелейны Нордак. Экипаж от нее прибыл и ожидает тебя снаружи. Ты отправишься в Нилейские земли в ее поместье, под ее покровительство, но под именем Соломеи Нордак — моей второй жены. Всего сутки пути от столицы. Ты что-то помнишь о бабушке Хелейне? — Он улыбнулся слабо, почти незаметно. Голос слабый, было видно, что ему тяжело сидеть и говорить.

Вместо того, чтобы копаться в памяти хозяйки тела, я вновь представила, как Шармилла варит не понятное зелье. Почему его рана не заживает? Что скажет лекарь? Не травит ли мужа эта змея специально? И почему после скандала, когда свекровь отказалась покидать замок, она из комнаты так и не вышла даже к Сэму?

— Не припоминаю, хотя имя мне знакомо, — призналась честно.

— Насколько я знаю, родные от нее отреклись из-за наследства, которое она освоила вопреки другим наследникам. Они долго оспаривали завещание прадеда, но ничего не вышло. Поместье в престижных Нилейских землях досталось Хелейне всецело. До сих пор твои родители считают, что она получила его обманом, заставив прадеда силой подписать завещание. Разругались настолько, что вычеркнули ее имя из семейного древа.

— Значит, дело в деньгах, — задумчиво протянула я, перебирая в памяти скудные фрагменты информации. — Знакомо, — пожала я плечами. — В моим мире тоже бывали не шуточные бои за наследство.

— Так и есть. «Дом у синих лотосов» — место легендарное и магическое. Но Соломея никогда там не была. Общаться с бабушкой ей запрещали. Хорошо, что Хелейна откликнулась и готова взять на себя заботу об иномирянке. Это дорогого стоит. Я рад, что ты сможешь найти свое место в нашем мире. Благодарен судьбе, что тело Соломеи будет существовать, пусть и вдали от моего замка, — чувствовалась нотка печали в его словах.